Процесс
3 апреля 2013 года
57-летняя Елена Кохтарева применила физическое насилие к двум сотрудникам полиции, которых отталкивала от задержанного молодого человека. Она же прицельно метала в них пластиковые бутылки. Е. Кохтарева дала признательные показания.
Это не из Кафки нам что-нибудь. Это с официального сайта Следственного комитета РФ. Будем теперь размазывать печень уважаемой и добросердечной госпожи Елены Кохтаревой по асфальту, как рекомендовал, транслируя пульсирующую по поводку волю обезумевшего хозяина, один из его пресс-холуев?
Давно замечено, что уходящие с политической арены персоналистские режимы часто совершают нелепые действия, ускоряющие их падение. Видимо, потому, что нарастающая неадекватность первого лица — не досадная случайность, а закономерный биологический результат их затянувшейся эволюции.
Никаких политических дивидендов не сможет принести власти показательный Процесс по делу 6 мая, в натужную фальсификацию которого вовлечены сотни следователей, прокуроров, провокаторов, пропагандонов.
Процесс уже оглушительно провалился в общественном мнении. Нам предлагают поверить, что отважная русская бабушка Елена Кохтарева, ученый Сергей Кривов, слепнущий в камере Владимир Акимушкин учинили на деньги Гиви Таргамадзе массовые беспорядки и совершили попытку государственного переворота 6 мая. Эта смехотворная легенда следствия — надругательство над здравым смыслом, саморазоблачение жалкой, трусливой, злобной, закомплексованной власти.
Не надо только забывать, что наша державная крыса, которую и от которой тошнит, способна быть не только смешной, но и по-настоящему страшной.
У дела 6 мая есть еще один живой или скорее полуживой символ — поседевший Леонид Развозжаев.
22 октября 2012 года — важная дата в истории современной России. Похищенный на территории иностранного государства оппозиционер успел выкрикнуть, выходя из здания суда, что его два дня пытали, а через несколько часов ему же оформили «явку с повинной» и его «признания» в абсурдных преступлениях, совершенных им и его друзьями.
Мне кажется, что реакция даже протестного сообщества на то, что произошло с Леонидом Развозжаевым, несоразмерна масштабу и дерзости совершенного властями преступления.
Нам наглядно продемонстрировали, пока не в массовом масштабе, а на примере одного человека, что мы живем теперь в откровенно фашистском государстве гитлеровско-сталинско-путинского типа. Ни один «либеральный» приспособленец не сможет более оправдывать свое сверхкомфортное пребывание во власти или при власти блеянием о «продолжении непопулярных рыночных реформ» или необходимости накапливать силы для судьбоносных муниципальных выборов в Мухосранске в единый день голосования 2017 года.
Убедившись, что общество проглотило чудовищную историю с Развозжаевым, власть предъявила ему новое обвинение — ложный донос на палача-следователя и отправило в многомесячный пыточный тур по Сибири. В его моральной травле принимает активное участие не только кремлевский агитпроп, но и его глубокая агентура. Одна известная журналистка редко упускает в своей передаче возможность издевательски оттоптаться на жертве палачей и помочь следствию сфабриковать против него улики.
Нам рассказывают сейчас, что некоторая часть сохранившихся в Кремле системных «либералов» пытается разъяснить силовикам, что дело 6 мая грозит принести власти гораздо больше проблем, чем выгод, а потому для нее разумнее спустить его на тормозах либо объявить широкую амнистию, которая включает статьи вменяемые арестованным.
Может быть, и пытаются. Попытка не пытка. Хорошо, если бы палачи вняли мудрым советам своих яйцеголовых капо, и страдания узников прекратились, и они обрели свободу. Я буду очень рад ошибиться, но мне такое развитие событий представляется маловероятным.
Идентифицируя себя с палачами и стараясь объяснить им некую корпоративную выгоду тактического не-палачества, коллаборанты проходят точку морального невозврата. Единственная для них достойная и эффективная стратегия поведения, оставшаяся сегодня, — массовый демонстративный исход из власти.
Каждый, кто в день открытия безумного Процесса еще останется в эшелонах власти — в качестве государственного обвинителя, члена президентского совета по правам человека, премьер-министра, тюремщика, незаменимого буржуазного специалиста по фондовым рынкам — автоматически внесет себя в список палачей, в русский список Леонида Развозжаева.
Мы обязательно пронесем их портреты по улицам нашего города и сбросим их в мусорную яму. Как справедливо заметил поэт и гражданин, история положила на них и поставила на нас.
В заключение — несколько слов о молодой поросли гламурных палачей-экзибиционистов — всех этих Грачевых, плешивцевых, заполняющих социальные сети своими татуированными натруженными палаческими телами. Они безграмотны, не знают историю собственной страны, никогда не слышали, например, имени следователя Рюмина.
Был в начале 50-х такой их собрат по палаческому ремеслу. И у него был свой звездный час и своя минутка славы. Он тоже готовил обвиняемых к знаменитому процессу, пытал их, фабриковал показания. Он так старался, что Пахан заметил его, обласкал и возвысил.
А потом у того Пахана как раз накануне открытия Большого Процесса случилось вдруг дыхание Чейна — Стокса. И несчастного Рюмина другие палачи, его же подельники, тут же поволокли к ближайшей стенке и там же и шлепнули.
Марафонцы
6 апреля 2013 года
Рождение ровно год назад одной, как теперь выясняется, долгоиграющей погремушки ваш покорный слуга приветствовал небольшой заметкой «Коллективный айфончик». Позвольте привести выдержку из нее. Уверяю вас, вы убедитесь, что не зря.
«Кудрин, Юргенс, Ясин, Белых, Познер — лучшие и благополучнейшие люди страны, вот уже почти четверть века каждый на своем посту беззаветно служившие власти, проводившей непопулярные, но столь жизненно необходимые стране реформы, будут теперь почтительнейше ей оппонировать в созданном ими Комитете гражданских инициатив.
Айфончик умер (политически), но паскудное дело его живет. Четыре года подряд этот аферист на доверии своим сладкоголосым блеянием о свободе, которая лучше, чем несвобода, выполнял важнейшую для режима функцию. Парализовывал ложными надеждами энергию протеста тех, кто давно уже понял, что в результате живительных реформ во власти оказались продажные чиновники и ничего не предпринимающие "предприниматели". Они хорошо устроились. У них "все есть". Их все устраивает. Они собираются до скончания века выжимать доходы из остатков советской промышленности и разбазаривать природные богатства, принадлежащие всем нам. Они не создают ничего нового, не хотят развития и боятся его.
Теперь, когда окончательно выяснилось, что вечно будет путинское сердце клокотать у клептократии в груди и никакого "либерального преемника" у альфа-моли не предвидится, технология охранителей режима оперативно видоизменяется.
Новым коллективным аферистом на доверии становятся бухгалтер мафии в нарукавничках от Brioni и откомандированные в его распоряжение звезды либерального бомонда».
К первой своей годовщине эта гора интеллекта родила продукт:
Власть — элиты — общество: Контуры нового общественного договора. Аналитический доклад.
В нем около ста страниц. Но наиболее ярко и голографически емко его содержание выражено в нескольких строчках на стр. 4.
Авторский коллектив доклада:
Игорь Михайлович Бунин — руководитель авторского коллектива.
Борис Игоревич Макаренко.
Алексей Владимирович Макаркин.
Ба! Да это же они самые! Три сладкоголосых тенора знаменитого театра "La Insora", четыре года надувавших через соломинку пустышку Айфончика. Пока, наконец, сам Юргенс не отстранился брезгливо от своей Галатеи: «Медведев-премьер?! Да ни один министр не сможет серьезно воспринимать его в такой роли. В отстой его, в Конституционный суд или в вице-президенты».
Три тенора, оказывается, не ушли в монастырь после торжественного акта содомии на высшем уровне 24 сентября 2011 года, а, наоборот, получили новый солидный долгосрочный ангажемент теперь уже на сцене "La Comitato". Моя скромная метафора коллективного айфончика нашла в них свое материальное воплощение. Администрацией театра были наняты те же проверенные в деле исполнители.
В докладе много инсайдерских, достаточно циничных наблюдений дум высокого стремленья элитных респондентов. Вот, например, паразамечательных пассажей:
«У элит могут быть серьезные претензии и недовольства, однако их преодолевает страх перед всеми, кто не "вписан в пирамиду" — от периферийных элитных групп до массовых слоев общества, испытывающих обездоленность. Путин рассматривается элитами как политическое прикрытие, без которого нынешнему режиму просто не на чем больше держаться».
