— Кто это — мы? — нахмурился Булыга.
— Воины, кто еще. Мы же убиваем направо и налево. После нас остается столько смерти, что вампирам и не снилось! Но они хоть ради пропитания кровь проливают, а мы ради чего? Вспомни лучше, из-за какой ерунды наши князья воюют.
Булыга сплюнул и покрутил пальцем у виска, но сказать ничего не успел.
— Все ко мне!
Кричал князь. Он по-прежнему сидел у обрыва, но лицо его теперь было перекошено гримасой изумления, а рука указывала в сторону великаньего поселения.
Село горных великанов доживало последние минуты. Великаны умирали. Незримая смерть настигала их всюду. На пороге пещеры, возле речки, у постепенно гаснущих очагов, на горных тропах, по которым многие отправились на охоту или повели на выгул домашний скот. Некоторые еще корчились в муках, ползли куда-то, словно это могло их спасти, но большинство уже лежало в полной неподвижности.
— Что же это? — Даже вечно каменное лицо Деженя озарилось подобием удивления. — Что еще за мор?
— Я наблюдаю за ними с самого утра, — сообщил князь. — Встали рано, пока женщины готовили еду, мужчины первым делом разобрали камни, что все-таки добрались до поселка, потом позавтракали и стали расходиться по своим делам, вот тогда это и началось. Случись такое с людьми, я бы решил, что их отравили.
Он оглядел всех:
— Может, кому-то есть что мне сказать?
Дольше всего его взгляд задержался на Дежене, Ирице и Велене. Особенно на Велене. Но в ее глазах разливалось столько недоумения, что князь вскоре пожал плечами и отвернулся.
— Дело ваше. Но тогда нам придется признать куда более неприятную вещь. Великанов отравил кто-то еще. Кто-то, кому, так же как и нам, необходимо было обеспечить свободный проход через Долину. Так или иначе, но нам нужно немедленно спускаться.
— А может, подождать до вечера? — спросил Горяй. — Вдруг они еще живы? Или это какая-то ловушка?
Князь поморщился:
— Не выдумывай. Посмотри на них, неужели ты полагаешь, что великаны устроили это представление специально для нас?
— Кто может знать пределы коварства врага? — не унимался сотник. — А вдруг их усыпили?
— Ты начинаешь меня разочаровывать, Горяй. Или ты никогда не видел умирающих от яда людей?
Сотник смутился:
— Как-то не приходилось.
— Вот и поверь мне. Уж я-то наблюдал это неоднократно.
Горяй открыл было рот, намереваясь уточнить — только ли Воисвет наблюдал, однако, встретив его взгляд, запнулся и благоразумно промолчал.
— Даже если они очнутся, если яд все-таки не убьет их, нам тем более надо спешить. Придут в себя, будут вдвойне настороже, черта с два мы потом прошмыгнем мимо!.. Ирица, Берсень — в порядке? — Князь повернулся к ним. — Вот и отлично, быстро собираемся — и вниз.
Они торопливо разошлись. Булыга как бы случайно налетел на Велену, а когда она подняла на него взгляд, кивнул в сторону Долины.
— Ты? — шепотом спросил он. — Это ты сделала?
— О чем ты?
Она невинно распахнула глаза, бабочками запорхали ресницы.
— Но это ведь ты ходила куда-то ночью!..
— Тише ты! — Велена оглянулась. — Ишь раскричался!.. — Она окинула его испепеляющим взглядом. — Даже если я, что с того? Или ты предпочел бы простоять здесь целую вечность?
— Нет, но так ведь тоже нельзя, — неуверенно возразил Булыга, зачарованный ее огненным взором.
— А как можно? Или ты надеялся сойтись с ними в честном бою? Ну ладно, у тебя голова железная, а я? Как бы я билась, ты подумал?
— Ну я бы защитил тебя.
Ярость на лице Велены неожиданно быстро улеглась. Она улыбнулась.
— Спасибо, Булыга. — Девушка вздохнула. — Ты знаешь, многие обещали меня защитить. Но ты первый, кому я почему-то верю. Ты такой…
Она погладила его по плечу и мигом улетела за своими вещами. Булыга же долго смотрел ей вслед, ощущая, как его душа воспаряет в поднебесье. Вертевшиеся на языке вопросы растаяли без остатка.
Из этого блаженного состояния его вывел омерзительный голос Воисвета. Булыга подарил ему уничтожающий взгляд и стал собираться в путь.
ГЛАВА ТРИНАДЦАТАЯ
Едва спустившись, Булыга облачился в доспехи и размеренно топал позади, громыхая на каждом шагу.
— Ты не слишком рано? — осведомился Горяй. — Моя сотня на марше и то производила шума куда меньше.
— Остынь, сотник, сейчас не время для шуток, — отозвался Воисвет. — К тому же вспугнуть нам больше некого. Теперь это Мертвая Долина!
К полудню, когда они добрались до поселка, слова князя подтвердились. Долина Великанов превратилась в настоящее кладбище великанов.
Глазам открылось жутковатое зрелище. Гиганты умирали в страшных муках. И без того уродливые черты лица были искажены гримасами боли и ярости. Многие в агонии скребли землю, выворачивая огромные камни и сдирая пальцы в кровь. Некоторые в корчах упали в костер и теперь догорали, источая зловоние.
— Вот судьба, — проворчал Горяй, обходя очередного гиганта и старательно отводя взгляд. — Наверняка прожили не одну сотню лет, уверен, враги трепетали, заслышав их шаги, а тут… Какой-то мерзавец подкинул яд — и все.
— Ты предпочел бы пробиваться с боем, что ли? — холодно осведомился Дежень.
— Нет, не о том речь, — поморщился сотник. — Что сделано, то сделано. И нам этот отравитель весьма кстати пришелся. Но, знаешь ли, я не пожелал бы такой смерти даже своему злейшему врагу.
— Ага, и предпочел бы сдохнуть от удара такой вот дубины! — Ирица пнула почти цельный ствол дерева, лежавший рядом с одним из погибших.
Горяй окатил ее полным презрения взглядом.
— Да не о том я! — зло воскликнул он. — Ты что, и в самом деле такая тупая, какой кажешься?
— Что ты сказал!
Ирица ухватилась за меч. Горяй оскалил зубы:
— Ну, красавица! Давай! Продолжай, что же ты? Или опять на братца надеешься? А то, может, на своего нового дружка? — Горяй кивнул в сторону Берсеня, с неприязнью буравившего его взглядом.
— Прекратить! — рявкнул Воисвет, вклиниваясь между Горяем и Ирицей. — У нас нет времени на ваши склоки! Неужели это непонятно? Если кто-то из великанов уцелел, нам не поздоровится!.. Дежень, проследи наконец за своей сестрой! А ты, Горяй, держи рот на замке или, клянусь, мне придется подрезать тебе язык!
Выход из Долины представлял собой хорошо протоптанную великанами тропу. Именно этим путем гиганты уходили на охоту, выгоняли на выпас скот. И здесь же, прямо поперек дороги, рухнул один из них. Судя по его не самым крупным размерам, это был, наверное, еще юноша. Однако выпавшая из его рук дубина мало чем уступала оружию его соплеменников.
Перебирались через него быстро, чуть ли не бегом. И только Велена неожиданно задержалась. Забравшись на исполинское бедро, она присела, ощупывая великана ладонями, а затем и вовсе прильнула всем телом.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
