Все гуськом направились к перрону. Замыкавший шествие Данмор увидел, как шериф, приоткрыв мутные глаза, поморгал, и тут же голова его свалилась набок.
Они позаботились покинуть вагон так, чтобы их не увидели с перрона и торопливо зашагали туда, где у шлагбаума замерли фигуры двух верховых с оседланными лошадьми. Данмор шепотом сказал, куда ехать, попридержав Чилтона, чуть не бросившегося наутек.
— Как только мы тронемся, они сразу заподозрят неладное, — сказал он. — Успокойся, Чилтон. Как только минуем шлагбаум, возьми на прицел вон того джентльмена на буланой лошади. Думается мне, лошадка должна быть резвая! Мой будет тот, что на гнедом жеребце. Конь, конечно, так себе, но по крайней мере достаточно здоровый, чтобы выдержать такого верзилу, как я. Нужно еще постараться увести ту лошадку, что ближе всего, для Джимми. Парнишка научился ездить верхом раньше, чем ходить.
Вдруг за их спиной из вагона долетел дикий вопль. Лязгнул затвор винтовки, грянули выстрелы и пуля, с визгом ударившись о рельсы возле ноги Чилтона, высекла сноп искр.
— Началось, — пробормотал Данмор. Они подбежали к шлагбауму. — Вперед, ребята!
И с воинственным криком перемахнул через него.
Этим криком начался и закончился бой из-за лошадей. Мирные обыватели, вдруг обнаружив перед собой вооруженных до зубов головорезов, не говоря уже о свирепого вида мальчишке, с дикими воплями на бегу размахивавшем винтовкой, предпочли ретироваться без дальнейших возражений. В это время из вагона высыпала целая толпа вооруженных мужчин и открыла беспорядочный огонь по беглецам.
Увидев направленные на них винтовки, мирные горожане тут же спешились. Похоже, никогда еще твердая земля под ногами не казалась им такой желанной. Подскочив к изгороди, они одним махом перескочили через нее и кинулись наутек.
— Пару выстрелов по конвою, ребята… только никого не убивать! — скомандовал Данмор, выпрягая полюбившегося ему жеребца.
Поднявшаяся суета привлекла внимание конвоя. Опешив от воплей, шума, громогласных проклятий очнувшегося шерифа, они все же постарались честно выполнить свой долг и ринулись в погоню за беглецами. До них оставалось всего несколько шагов, когда Чилтон открыл огонь.
Он получил приказ стрелять поверх голов, но близость врагов заставила его забыть обо всем. Вскинув к плечу винтовку, он взял на прицел первого из преследователей. Грянул выстрел и охранник в воплем рухнул на землю. Следующий выстрел попал другому в плечо.
Рассыпавшись в разные стороны, уцелевшие конвойные кинулись под прикрытие вагона.
Раненый в плечо конвойный оглушительно вопил. Остальные же служители закона, засевшие в багажном вагона, настолько перепугались, что не осмелились даже нос высунуть наружу, чтобы посмотреть, что происходит. Только фермеры, укрывшись на безопасном расстоянии, равнодушно проводили глазами удалявшихся всадников.
Погони не было. Облаком поднялась пыль под копытами бешено скачущих лошадей, а когда она осела, беглецов пропал и след.
Глава 24. Вернется ли Данмор?
Было только одно место в лагере Танкертона, где можно было поговорить, не опасаясь, что тебя подслушают — маленькая хибарка, служившая домом Беатрис Кирк. Тонкие стены хижин, где жили мужчины, позволяли стоявшему снаружи слышать каждое слово. Поэтому все совещания проходили в домике девушки.
В эту ночь там собрались сам Танкертон, Линн Такер и доктор Леггс. Беатрис готовила им кофе. Кофейник шипел и булькал на огне. Танкертон не случайно попросил ее приготовить кофе. Если бы не это, она бы устроилась на диване, который за бешеные деньги где-то достал Танкертон, и постоянно вмешивалась бы в их разговор, то и дело перебивая то одного, то другого. Беатрис вела себя, как невоспитанный ребенок или избалованная вниманием повелителя фаворитка, и так же к ней относились и остальные.
В этот раз они сложившуюся ситуацию. Правда, Данмору, Чилтону и малышу Ларрену удалось ускользнуть, но положение их было незавидное. Их отрезали, не дав пробраться в горы, где у людей Танкертона было надежное убежище.
— Им не пробиться, — покачал головой доктор. — Последнее, что я слышал, это то, что между Гризволдом и Чэннингом их караулит сотни три вооруженных людей!
— Достаточно иметь голову на плечах, а лазейка всегда найдется, — вмешалась Беатрис.
— А о трех сотнях винтовок вы позабыли, дорогая? — елейно переспросил доктор.
— А вы позабыли, что речь идет о Данморе! — парировала девушка.
— Ее сердце принадлежит ему, — заметил доктор. — Впрочем, я догадывался, что так и будет.
— Еще бы, — угрюмо осклабился Линн Такер. — Он ведь у на новенький! А Беатрис всегда тянет на свежатинку!
— По крайней мере, он не любитель попусту молоть языком! — отрезала девушка. — Еще кофе, Линн? И, будь любезен, сотри эту мерзкую ухмылку с физиономии, хорошо?
Он послушно протянул ей кружку, но лицо его помрачнело еще больше. Из всех, кто попал под очарование красавицы Беатрис, Линн Такер стал самым покорным ее рабом.
— Ты даже в лагере умудрилась устроить домашний очаг, — хмыкнул он.
— Как это? — заинтересовался доктор.
— Женская рука! — с довольным видом объяснил Такер.
— Тебе это полезно! — фыркнула она.
— Вы вроде тонизирующего средства для него, дорогая? — осведомился доктор.
— Вроде того. По крайней мере, не даю вашим мозгам заплыть жиром, — буркнула Беатрис. Повернувшись к ним спиной, она растянулась на диване и, взяв в руки журнал, сделала вид, что читает. Но внимательный взгляд мог бы заметить, что глаза ее то и дело украдкой обращались в сторону сидевших за столом.
— Данмор — ловкий парень, — сказал Танкертон, — и в одиночку смог бы проскользнуть. Но не надо забывать, что с ним Чилтон. А он, скорее всего, еще не очухался после тюрьмы. Да не забывайте про Джимми Ларрена — он ведь еще мальчишка!
— Да в одном его мизинце больше храбрости, чем во всех твоих людях, — донеслось с дивана.
Линн Такер злобно покосился в ее сторону.
— Это мое мнение! — воскликнул он. — Если хотите знать, мне вообще плевать, что там станется с Данмором!
— В таком случае почему бы тебе не убраться отсюда… подальше. Я не позволю тебе так говорить в моем доме.
— Обратите внимание, — с гаденькой улыбочкой сказал доктор, — как она обижается, стоит только слово сказать против этого Данмора! Нас это, разумеется, не касается!
— Данмор, Данмор! — вдруг с бешенством воскликнул Линн Такер. — Уж если он такой умный, так почему не дождался, пока поезд войдет в ущелье?! Ведь таков был наш план, верно? Тогда бы нам достался кус пожирнее Чилтона! Куча денег! Но влез этот болван и нарушил все наши планы! Решил, что сам справится… идиот несчастный!
