Ввиду недостатка времени нам так и не удалось подольше задержаться в Станцах[14] Ватикана. Но фрески Рафаэля, которыми расписаны Станцы, и сейчас живы в моей памяти во всей своей красоте. Разве можно забыть, например, сложную многофигурную композицию «Афинская школа»? В центре фрески – Аристотель и Платон, а справа и слева – их ученики и последователи. Великий живописец сумел найти такое изображение двух выдающихся умов античности, по которому нетрудно распознать особенности мировоззрения одного и другого: жест Платона устремлен к небу, Аристотель же указывает на землю, красноречиво давая понять, что человек неотделим от земли, от природы. Простота художественного решения в сочетании с силой экспрессии и сочностью красок поистине поражает.
Начиная с 1963 года мне неоднократно доводилось встречаться и беседовать с главой Римско-католической церкви и государства Ватикан – папой. Всего этих встреч было восемь. Один раз с Иоанном XXIII (1963), пять раз с Павлом VI (1965, 1966, 1970, 1974, 1975) и дважды с Иоанном Павлом II (1979 и 1985). Одна из этих встреч состоялась в Нью-Йорке (1965), остальные – в Ватикане.
Инициатива по их проведению во всех случаях исходила от Ватикана. Как правило, подобная инициатива проявлялась в своеобразной форме: достаточно неопределенной, чтобы назвать ее официальным приглашением, но вполне определенной, чтобы понять, что глава Римско-католической церкви хотел бы обменяться мнениями с министром иностранных дел СССР по некоторым проблемам. В общем, это совпадало и с нашей точкой зрения, так как хорошо известно, что Ватикан вовсе не стоит в стороне от мировой политики.
Нью-йоркская встреча, например, происходила следующим образом. Мы обменялись приветствиями, а затем я сказал Павлу VI:
– Мысль, высказанная в вашей речи на сессии Генеральной Ассамблеи ООН о необходимости избегать военных столкновений между государствами, созвучна с нашим мнением. Советский Союз исходил и исходит из того, что идеологические разногласия между государствами, религиозные убеждения людей не должны побуждать их стремиться к военным конфликтам. Люди различных идеологий и религий могут и должны быть в одном ряду в борьбе за мир.
Папа Павел VI с полным пониманием отнесся к этим соображениям и высказался следующим образом:
– Святая церковь видит пользу в поиске путей для сотрудничества в этой борьбе.
Вопросы войны и мира оставались главными темами и во время моих бесед с Павлом VI в Ватикане, когда я еще наносил ему визиты, находясь в Италии. Последняя такая встреча состоялась в июне 1975 года. Папа высоко отзывался об активной внешнеполитической деятельности Советского Союза в интересах развития отношений дружбы, взаимопонимания и согласия между людьми. С обеих сторон мы выразили удовлетворение ходом работы Совещания по безопасности и сотрудничеству в Европе и решимость содействовать его успешному завершению.
Перед встречей с Павлом VI в Ватикане священник из папской курии – один из приближенных главы католической церкви – предупредительно нам сообщил:
– Мы просили бы учитывать возраст и здоровье святого отца. Каждая встреча для него – это нелегкое испытание.
Предупреждение оказалось весьма кстати. Во время беседы ощущалось, что папа говорит медленно, с затруднением. Так общаются с окружающими только нездоровые люди.
Я учитывал это обстоятельство и несколько раз давал понять, что готов беседу закончить. Но каждый раз папа спокойно, с достоинством высказывал пожелание:
– Нет, кончать, по-моему, пока рано. Давайте продолжим беседу.
Встреча с папой Иоанном Павлом II[15] состоялась в январе 1979 года после осмотра Ватикана. Вместе с Н.С. Рыжовым, который являлся в то время нашим послом в Италии, мы долго шагали по коридорам и комнатам, пока не вошли в парадный зал, где папа обычно принимает иностранных гостей.
Это торжественный и большой зал, под его высокими сводами люди выглядят совсем маленькими. В глубине зала – стол, за которым сидит папа. Чуть в стороне от него – переводчик, а на некотором удалении – один или два кардинала. Как правило, когда приходил я, то присутствовал епископ Казароли, который вел в Ватикане все международные дела.
Иоанн Павел II приветствовал нас и отметил:
– Я хочу подчеркнуть важность контактов на благо упрочения мира на Земле.
Со своей стороны я сказал о главном:
– Нам необходимо сделать все, чтобы устранить угрозу новой войны, особенно ядерной.
Затем я изложил и некоторые крупные внешнеполитические инициативы Советского Союза, направленные на достижение этой цели, в частности предложение о неприменении силы в отношениях между государствами.
– Насколько можно судить, – сказал я, – католическая церковь придавала и придает важное значение укреплению мира, разоружению, ликвидации оружия массового уничтожения. Мы это высоко ценим. Советское руководство считает, что такая позиция имеет большое положительное значение, расширяет возможности людей в борьбе за мирное будущее. Что касается идеологии, религиозных убеждений и вообще мировоззренческих проблем, то они не должны мешать сотрудничеству во имя этой благородной цели.
Когда мы беседовали с папой Иоанном Павлом II, глава внешнеполитического ведомства Ватикана Агостино Казароли имел сан епископа. В кардиналы его возвели позднее. Но он отличался всегда необыкновенным вниманием, казалось, что он ловит каждое слово беседы.
Папа заявил:
– Я разделяю ту точку зрения, что сегодня нет более актуальной задачи в мировой политике, чем задача устранения угрозы войны. Католическая церковь действует на благо мира на Земле.
В ходе беседы папа, коснувшись вопроса о религиозных убеждениях людей, сказал:
– Возможно, не везде еще устранены препятствия, ограничивающие свободу вероисповедания.
Он сделал потом осторожный намек:
– По некоторым источникам, кое-что в этом смысле иногда, возможно, встречается и в СССР.
Такого рода заход не явился для нас неожиданностью, хотя бы уже потому, что и предшественник Иоанна Павла II высказывался примерно в том же духе. В ответ на это я сказал:
– Не всегда и не все слухи заслуживают внимания, тем более доверия. Особенно это относится к области мировоззрения людей и религии. На Западе иной раз распространяются разные небылицы о положении Церкви в Советском Союзе, даже предпринимаются попытки выдать уголовных преступников за великомучеников. Во всем этом, разумеется, нет ни грана правды. С первых дней своего существования Советское государство гарантировало и гарантирует свободу вероисповедания.
А затем я вспомнил Великую Отечественную войну.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
