Произнесено 8/21 июля 1929 года в Варне
Слово в Неделю 6-ю по Пятидесятнице
Народ же, видев это, удивился и прославил Бога, давшего такую власть человекам
Мф. 9, 8
Евангелие в повествовании о исцелении расслабленного предлагает нашему вниманию не только самое событие исцеления, но и различные суждения о нем людей, которые были свидетелями исцеления. Принесли ко Иисусу расслабленного, положенного на одре. И когда Он, видя веру принесших, сказал расслабленному: дерзай, чадо! прощаются тебе грехи твои (Мф. 9, 2), – некоторые из книжников сказали сами в себе: Он богохульствует (Мф. 9, 3).
Вот оно, суждение о чуде!
А когда народ увидел чудо исцеления расслабленного, то, видев это, удивился и прославил Бога, давшего такую власть человекам (Мф. 9, 8).
Вот другое суждение о чуде!
Он богохульствует- чье это суждение? Книжников, людей, которых по-нынешнему надлежало бы назвать образованными, просвещенными, учеными.
Какая неожиданность! Простой народ, хотя еще и не познает Бога в лице Иисуса, однако в Его чудесных действиях признает силу Божию и прославляет Бога. А люди образованные при виде тех же самых действий обвиняют Иисуса в богохулении.
Отчего это происходит?
Оттого, что народ, хотя и непросвещенный, искренно следовал внушению здравого смысла и доброй совести, а просвещенных ослепила гордость. Они не старались из существа дел Божиих почерпнуть истинное познание, но хотели своему мнимому знанию подчинить дела Божии. Они воображали, будто Бог не должен и не может действовать иначе, как по законам, какие заблагорассудит Ему приписать мудрость иудейских книжников.
Думаете ли, братия, что этот несчастный пример не минет отношения к нам и нам не нужно извлекать из него для себя никакого назидания?
Если думаете так, то несправедливо.
Кто не любит света? Кто позавидует мраку?
Но что говорит Истина?
Был Свет истинный, Который просвещает (Ии. 1,9). Следовательно, есть и ложный свет, который блещет поверхностно, а не просвещает внутренно. Итак, не может ли случиться и с нами, как случилось некогда в Иудее, что прельщенные светом, блещущим поверхностно, не узнают и не примут света, просвещающего внутренно? Не могут ли встретиться и ныне люди, которые не называются – правда, и, вероятно, не пожелали бы назваться – книжниками, но которые над какою-нибудь темною книгою в тумане воображения увидав призрак истины, вследствие того почитают себя способными произносить суд над таинствами веры, над мудростью Церкви, над делами Провидения Божия в роде человеческом? Что подобные опасения не излишни, удостоверяет нас апостольское слово. Не к иудейским книжникам, а к христианским мудрователям, следовательно и к нам, простирает Апостол увещание: По данной мне благодати, всякому из вас говорю: не думайте о себе более, нежели должно думать; но думайте с благоговейно-разумной осторожностью, не выходя из пределов смиренномудрия, какое каждому Бог уделил (Рим. 12, 3).
Что подобные опасения не излишни, свидетельствует и современная печальная действительность. Ведь не так давно от нас жило поколение «книжников», которые не только утратили веру в Бога, во Христа и в Церковь, но и старались доказать научно, что могут «вполне обойтись без них». Они призывали проклятие на все славное прошлое России, мечтали о всеобщем разгроме ее и думали на развалинах прошлого создать новое лучшее будущее. Мечты их, к сожалению, сбылись. На смену слабовольных мечтателей явились сильные, одержимые духом беснования, разрушители. Они действительно разрушили старое, но на развалинах его создали не Царствие Божие, а царство антихриста, в котором русские люди не блаженствуют, а жестоко мучаются под тяжким гнетом насилия, голода и нужды. И хочется по примеру Спасителя нашего сказать и этим «книжникам» и их ученикам-разрушителям, с гневом, скорбя об ожесточении сердец их (Мк. 3, 5): Горе вам, книжники и фарисеи, лицемеры (Мф. 23, 13), Вы творите дела отца вашего (Ин. 8, 41 ), Ваш отец диавол; и вы хотите исполнять похоти отца вашего. Он был человекоубийца от начала и не устоял в истине, ибо нет в нем истины! (Ин. 8, 44).
Страшны эти «книжники», но только для людей малодушных. Но есть иной род «книжников», не менее опасный, чем первый, для всех малоопытных и нетвердых в вере христиан. Они не знают ни Бога, ни Христа, ни Церкви и не задаются целью разрушить христианство, но только, как выражаются они, «обновить», «углубить», «очистить» его от случайных исторических наслоений и покровов. Они проповедуют новое, не церковное, а свое христианство, не христианство Христа, Божией Силы и Божией Премудрости (см.: 1 Кор. 1, 24), а христианство какой-то «женственной премудрости», которой не знала история Православной Церкви.
Что сказать об этих «книжниках»?
Это волки в одеждах овчих (см.: Мф. 7, 15). Они вышли от нас, но… не наши (1 Ин. 2, 19), хотя бы в уста свои они влагали Божественные глаголы. Точно так же проявил себя первоначально тот, кто искони сделался изобретателем клевет, – диавол, который, когда говорил с Евой, прежде скрыл себя под личиною, а потом обольстил ее. За ним и вместе с ним скрывают свой настоящий вид и все изобретатели лжеучений. Хотя они и читают Священное Писание, но нимало не обращают внимания на то, в каком виде и смысле преданы они святыми мужами и Отцами Церкви. Не так прияла, не так предала Божия Церковь, как учат они. Не церковное это учение! Основания нашей веры – определения Евангелия, проповедь Апостолов, свидетельство Пророков, учения Отцов, постановления Вселенских Соборов. Мы должны быть учениками их, а они должны быть нашими учителями, и только с ними необходимо должны мы согласоваться. Ибо только они имеют верное и всякого приятия достойное учение. Не от Отцов же заимствованное и ныне только изобретенное может ли быть чем иным, а не тем, о чем предсказал блаженный Павел: в последние времена отступят некоторые от веры, внимая духам обольстителям (1 Тим. 4, 1).
Христе Свете Истинный! Просвещай нас Твоим светом, вразумляй нас Твоим словом, руководи Твоею премудростью; дух смиренномудрия даруй нам, да низлагает он в нас всякое возношение, взимающееся на разум Божий (см.: 2 Кор. 10, 4–5), да познаем, как недостаточна и ненадежна мудрость мира, которая все легко судит и осуждает, но никого спасти не может. Тебе да исповедуем, Тебе да последуем, Твоим спасительным делам да дивимся, Тебе да прославляем, Христе, Божия Сила и Божия Премудрость!
Произнесено 22 июля 1929 г. в Варне
Слово в Неделю 8-ю по Пятидесятнице и на память Святых Отцов VI Вселенского Собора
Поминайте наставников ваших, которые проповедывали вам слово Божие, и, взиря на кончину их жизни, подражайте вере их
Евр. 13, 7
В настоящий день, братия, Церковью празднуется память Святых Отцов первых шести Вселенских Соборов. По сему случаю думаю предложить вам слово о значении Святых Отцов и учителей Церкви для нас, христиан. В чем заключается их величие и чем обуславливается их особое значение для нас? Вот вопрос, на который предлежит дать нам ответ.
Церковь, братия, есть дом Бога живаго, столп и утверждение истины (1 Тим. 3, 15). Истина христианства хранится в ней в Священном Писании и Священном Предании; но она нуждается в правильном истолковании. Значение Святых Отцов и заключается в том, что они являются наиболее правоспособными хранителями и истолкователями сей истины по святости своей жизни, по глубокому знанию слова Божия и по обилию обитавшей в них благодати Святого Духа. «Для исследования и истинного уразумения сказанного в Писании, – говорит святитель Афанасий Великий, – потребны хорошая жизнь, чистая душа и христоподражательная добродетель, чтобы ум, преуспев в этом, был в состоянии достигать желаемое и приобретать оное, в какой только мере естеству человеческому возможно познание о Божием слове. Ибо без чистого ума и без подражания жизни святых никто не возможет уразуметь словеса святых. Кто пожелает видеть солнечный свет, тот, без сомнения, протрет и ясным сделает глаз свой, доведя себя почти до одинаковой чистоты с тем, что желает видеть, чтобы таким образом глаз сам стал светом и увидел солнечный свет. Так и желающему постигнуть мысль богословов должно предочистить и убелить душу жизнью и уподоблением в делах своих приблизиться к ним, чтобы, ведя одинаковый с ними образ жизни, уразумевать и откровенное им Богом» («Слово о воплощении Бога Слова»).
«Конечно, нужна чистота в жизни для того, чтобы и для преуспеяния в нравственной жизни распознаваемо было прикровенное в Писании», – говорит святитель Василий Великий. Но кроме чистоты жизни, нужно и продолжительное занятие Писанием, чтобы важность и таинственность Божия слова через непрестанное поучение напечатлелась в душе. А что в продолжение целой жизни требуется упражнение в Божием слове, показывает жизнь Моисея, который в первое сорокалетие изучал египетскую мудрость, а второе сорокалетие, под видом пастушеской жизни удалившись в пустыню, упражнялся в созерцании Сущего и, таким образом уже после вторичного сорокалетия удостоившись Божия явления, против воли призван человеколюбием Божиим к попечению о людях. И после того не оставался постоянно в деятельной жизни, но часто возвращался к жизни созерцательной. Таков же был и Илия; он бегал людской молвы и любил пребывать в пустынях. Посему если святые со всем постоянством владычественного в их душе трудились в изыскании истины, то не безрассудно ли желают воспользоваться плодами бесчисленных трудов без всякого усилия? Ибо заметь: после коликократных уединений, безмолвий и трудов удостоился Илия видеть Бога!» (Толк, на Книгу пророка Исаии, т. 11, с. 12–13).
