В молодые годы Пушкин был романтиком. Высоцкий уже познал прозу жизни, поэтому и былина у него получилась жизненной. А жизнь такова, что и в древние века, и ныне заставляет задуматься над тем, в чем ее смысл? Неужели в стремлении человека однобоко завладеть властью и богатством?
В летописи «Повесть временных лет» приводится прозвище Олега – Вещий, то есть знающий будущее, провидящий будущее. Разве мог подумать регент Олег, что более чем через тысячу сто лет о нем сочинят поэму и песенную балладу? А если и предполагал, то честь ему и хвала!
Вспомним жизненные вехи этого незаурядного человека. Начинал Вещий Олег свою «трудовую деятельность» под руководством «императора» Рюрика.
Но перед этим надо было Олегу родиться в Западной Норвегии, очевидно, в богатой семье бондов. Был назван Оддом, затем получив прозвище "Стрела" – Орвар. Его сестра Ефанда впоследствии вышла замуж за правителя варягов Рюрика (или же Олег сам был женат на дочери Рюрика). Благодаря этой родственной связи Олег стал главным полководцем Рюрика. Вместе с ним прибыл в Ладогу и в Приильменье между 858 и 862 годами. В 879 году Рюрик перед смертью передал Олегу регентство над своим малолетним сыном Игорем. Вот так Олег стал единоличным князем Новгородской Руси. И сразу же показал свой незаурядный богатырский почти императорский ум!
Через три года в 882 году выступил в свой первый княжеский полководческий поход, взяв с собою не только много воинов: варягов, чудь, словен, мерю, весь, кривичей, но и малолетнего Игоря. Приплыл к Смоленску с кривичами, приступом взял его, захватил власть и посадил в Смоленске своего управителя.
Из Смоленска отправился к Любечу, захватил его и посадил в нем своего управляющего. А далее путь по Днепру привел Олега с войском к горам Киевским. Разведка донесла Олегу, что в Киеве по прежнему княжат Аскольд и Дир и в данный момент они находятся в этом граде.
По успешной привычке, возникшей в Смоленске и Любече, решил Олег свергнуть и их. А для этого спрятал одних своих воинов в ладьях, а других оставил в предместье Киева. Сам вместе с младенцем Игорем подплыл к Угорской горе вместе с запрятанными в ладьях воинами. Послал своих представителей под видом торговцев к Аскольду и Диру. Мнимые торговцы сказали им, что-де «мы купцы, идем в Греки от Олега и княжича Игоря. Придите к нам, к родичам своим за товаром, купите, что приглянется».
Когда же Аскольд и Дир пришли, выскочили из ладей все Олеговы воины. Аскольд и Дир оторопели. Вот тогда-то и сказал Олег Аскольду и Диру:
«Не князья вы и не княжеского рода, но я княжеского рода».
И показал Игоря:
«А это сын Рюрика».
И убили варяги по приказу Олега Аскольда и Дира, отнесли на гору и погребли Аскольда на горе, которая называется ныне Угорской, где теперь Ольмин двор; на той могиле Ольма поставил церковь святого Николы. А Дирова могила – за церковью святой Ирины.
И сел Олег, княжа, в Киеве, и сказал Олег:
«Да будет это мать городам русским».
То есть, варяжским? Но об этом по рассуждаем в одной из следующих глав.
Если летописец Нестор передал в своей «Повести временных лет» все, как и было, то, можно, лишь удивляться кровожадности Олега, его алчности. Но дальше будет еще хлеще.
«И были у Олега в Киеве варяги, и славяне, и прочие, прозвавшиеся русью». И начал Олег облагать племена и их города данью. И установил Олег из Киева дани в свою пользу и словенам, и кривичам, и мери. Не пожалел Олег даже и родину малолетнего князя Игоря и «императорский трон» Рюрика, установил давать Новгороду дань своим киевским варягам по 300 гривен ежегодно.
В 883 году Олег покорил древлян, стал брал дань с них по черной кунице.
В 884 году Олег победил северян и возложил на них легкую дань, и не велел им платить дань хазарам, сказав:
«Я враг их! И вам им платить незачем».
«В год 6393 (885). Послал (Олег) к радимичам, спрашивая: «Кому даете дань?». Они же ответили: «Хазарам». И сказал им Олег: «Не давайте хазарам, но платите мне». И дали Олегу по щелягу, как и хазарам давали. И властвовал Олег над полянами, и древлянами, и северянами, и радимичами, а с уличами и тиверцами воевал».
Вот таким способом регент Олег объединил Новгород и Киев, а также полян, словен, кривичей, мери, древлян, северян, радимичей в одно многонациональное государство, присвоив ему варяжское название «Русь».
3. Как получилось, что мужчина «Киев» стал «Матерью городам русским», или как древний Великий Новгород «оплодотворил» огнем и мечом древнюю девицу Киеву для улучшения потомства?
Вопрос резонный. Но ранее он особенно не волновал историков, потому что надо было убедительно представить населению и Российской империи, и СССР главенство княжеского Киева, как сотворителя первого русского государства. Великий Новгород оказался не в почете у императоров и руководителей СССР, потому что был демократической вечевой республикой. Но после развала СССР историки разделились по своим новым государственным «квартирам». И началась катавасия с переосмысливанием древности. Каждая «квартира» возжелала представить себя центром «сотворения мира».
Конечно, на Украине стал возвеличиваться Киев. Но ведь и мы не лыком шиты. В июле 2003 года было торжественно отпраздновано 1100-летие Старой Ладоги. За ней пришел юбилей – 1150-летие Российской государственности.
Как писал Н. М. Карамзин в первом томе «Истории государства Российского», племена на реке Волхов, «добровольно уничтожив древнее народное правление» и «разделение на малые области», призвали на княжение из скандинавов-варягов «человека со стороны» в качестве правителя. Он не был связан ни с одним из местных кланов. Этот правитель должен был выполнять функции третейского судьи, «судить по праву», то есть по закону. Таким приглашенным правителем стал князь Рюрик, положивший начало первой русской династии, правившей страной более семи веков.
Н. М. Карамзин особенно подчеркивал, что российская государственность изначально утвердилась не «мечом сильных», а с «общего согласия граждан».
Как писал выдающийся русский историк С. М. Соловьев: «Призвание первых князей имеет великое значение в нашей истории, есть событие всероссийское, и с него справедливо начинают русскую историю. Главное, начальное явление в основании государства, это соединение разрозненных племен через появление среди них сосредотачивающего начала – власти. Северные племена, славянские и финские, соединились и призвали к себе это сосредотачивающее начало, эту власть».
21 августа 1852 года последовал Высочайший Указ императора Николая I, согласно которому 862-й год получил официальный статус «начального события российской государственности». Указ был принят к исполнению Министерством народного просвещение, и несколько поколений россиян с детства усвоили летописную версию образования своего государства.
Сменивший на престоле своего отца император Александр II постарался использовать тысячелетний юбилей Российского государства для того, чтобы заявить собственную программу царствования.
Центральным событием празднования должно было стать открытие грандиозного монумента, посвященного первому русскому государю Рюрику. Но предпочтение было отдано памятнику «Тысячелетию России», установленному 8 сентября (по старому стилю) 1862 года не в Киеве, а в Великом Новгороде – «колыбели государства Российского». Памятник стал летописью в лицах, Пантеоном Русской славы.
В марте 2011 года вышел указ президента РФ Д. А. Медведева о проведении торжеств по случаю юбилея:
«Празднование юбилея 1150-летия российской государственности имеет очевидный смысл: консолидация народа в целях дальнейшего развития нашего большого и сложного государства».
Действительно, и Российская империя, и СССР, и ныне Российская Федерация – государства, которые по своей внутренней сложности превосходят другие национальные государственные образования.
В 2012 году юбилей «1150-летие российской государственности» был торжественно отпразднован после долгого перерыва.
Причем здесь Киев? В прошлые времена его представляли, как, действительно, «матерью городам русским». И все же закрадывались недоумения у некоторых людей, пытавшихся разобраться в исторических хитросплетениях.
Впервые поднял этот интереснейший вопрос на страницах своей книги «Отец городов русских. Настоящая столица Древней Руси» Андрей Буровский (Москва, издательства «Яуза» и «Эксмо», 2007 год).
В своей книге Андрей Буровский задал и читателям, и современным историкам вопрос:
«…Если Киев – «мать городам русским», то кто такие первые столицы Руси – Новгород и Ладога? Если Новгород по праву следует считать «отцом городов русских, то Ладога, видимо, бабка».
Автор книги «Отец городов русских. Настоящая столица Древней Руси» убедительно показал, кто были бабкой и отцом наших городов.
Но дотошные читатели стали задавать иезуитский вопрос:
