Всё-таки статус имеет важное значение.
Не люблю что-нибудь делать на скорую руку, но почему бы не попробовать? Мне не титул нужен, а порядок в подотчётной стране. Даже жители получат моральный подъём, став из верноподданных князя жителями королевства. В общем, исходя из обстоятельств назначили коронацию на 11 июля, будь что будет. Обещались быть Никола Черногорский, король Валериан Первый с супругой, Мориц Эстерхази (этому-то что нужно, пригласил его из вежливости, чтобы лишь соблюсти культур-мультур) и весь набор полпредов великих держав, включая посла России.
Ещё приехали мои данники, точнее их представители, и руководители табора (то есть, сабора) королевства Славонии, Хорватии и Далмации. Даже посредник между Австрией и Сербией изволил посетить торжество, якобы по высокому дипломатическому протоколу. Испанский гранд, а не хухры-мухты, да ещё и негласный поддержант Габсбургов в душе.
Новое королевство состоялось и внесло сумятицу в умы европейцев. К 20 июля меня и Сербию признали в ряде государств. Россия, Пруссия, Романия, Оттоманская империя, Швеция, Дания, Венгрия и почему-то Англия. Последние наверняка хотят таким образом каверзы строить на Балканах, чтобы многих ввести в раздор, иначе ничем не объяснить столь странную и подозрителную поддержку.
Никола Первый опять запросил аудиенцию и даже представил карту "Великой Сербии". На ней изображены наши совместные будущие владения, где к Черногории добавлены Герцеговина, север Албании и даже половина Ново-Пазарского санджака. Эдакий сильный союзник, согласный на дуалистическую монархию по принципу Австро-Венгрии. Послать в сад, лесом, через поле неудобно, но…
— У него огромные амбиция, несмотря на крохотулечную подвластную территорию, имеющуюся сейчас в распоряжении, — объясняю на домашнем совете.
— Владимир, но это же сильный союзник будет, судя по карте. Помоги ему и он всегда будет верным и преданным.
— Наталья Борисовна, я и сам себе могу быть верным и преданным.
— Но на твоих землях живут черногорцы, отдай им земли по справедливости.
— Княгиня, поймите, а моих землях живут сербы, в том числе и в Черногории. И я сам могу объединить тех сербов, которые пока не в составе Сербии.
Честное слово, почему люди падки на лесть и радушие тех, кто их изливает? Да и реалии поддерживают мою правоту. Это у меня есть деньги, войска, промышленность, концы-то в концах. А у Николы Питерского (виноват, Черногорского) только мечты. Ладно бы он ими лишь себя тешил, но почему я их должен исполнять?
— Натали, — внешался в дискуссию отец, — Вольдемар прав. Зачем отдавать свои собственные земли, чтобы создать почти полноправного партнёра?
— Михаил, так им вдвоём будет легче, чем Владимиру в одиночку.
Логика зашла в тупик и мы прекратили пустопорожние дебаты, оставшись каждый при своём мнении.
Зато огорошили славоно-хорваты. Их раздоры, оказывается, уже перешли в массовые мордобои. Франц-Иосиф, сняв с себя корону их короля, оставил бедолагам мощное яблоко раздора. Три комитата Славонии хотят уединиться в почти полный суверинитет. Восточная окраина, что с них взять. Далматинские хорваты тянут в унию с новой Сербией, а центральные хорваты уже не знают что и делать со своими правым и левым флангами.
— Ваше величество, раскола никто из нас не хочет, но и дальше так продолжаться не может. Опасаемся, что народ возьмётся за оружие и тогда быть беде.
— Но я то чем могу помочь, уважаеные? Для проведения гуманитарной акции нет свободных средств и специалистов. Кроме того, в любой момент может начаться война с Австрией и я обязан именно на этом сконцентрироваться.
Делегаты переживали и чего-то не договаривали. Создалось впечатление, что они имеют огромный камень за пазухой и начнут мне угрожать возвращением под крыло Франца-Иосифа. Наконец один созрел и опроверг все мои домыслы одной фразой.
— Ваше величество, станьте нашим королём, — немая сцена, я застыл от изумления.
Есть разница. Одно дело когда принимаешь в состав своего королевства другое, это один вариант сотрудничества. Претензии малых на равноправие и многочисленные льготы. Другое дело, передать право на страну третьему лицу.
— Мы раздумывали пригласить его высочество Карла Зигмарингена, но он просто сядет на шею народу. Вы же известны, как справедливый правитель со своими планами действий, — о том, что "за свой счёт" ничего не добавили.
— Господа, честно признаюсь, что такой вариант неожиданен.
— Мы тогда все успокоимся, а далматинская партия даже будет рада. Это очень важно для нашей страны, так как нет единого мнения с момента получения независимости от Австро-Венгрии.
Я задумался, пытаясь на ходу принять решение. Брать под себя страну, стоящую на грани гражданской войны не хочется. Мне только буйных верноподданных не хватает сейчас. И лишних войск нет, чтобы их угомонить. Впрочем есть, у брата. Тогда попробуем договориться, но по-моему.
— Господа, я готов пойти на это, но только временно, — тут уже у делегатов челюсти отвисли.
Нашёлся человек, который не хочет стать королём, ещё и условия выдвигает.
— А чтобы урезонить ваших сторонников, я могу пригласить для выполнения полицейских функций дивизию из Романии. Они нейтральны к вашим интересам и разногласиям, поэтому будут поддерживать порядок в стране объективно и по закону.
Все сначала засуетились, но передумали высказывать сырые мнения и попросили тайм-аут на три дня.
В Петербурге срочно занялись перепланированием своих действий на Балканах.
— Александр Михайлович, теперь тем более незачем спешить с воплощением нашей идеи.
— А если Васнецовы объединят все свои страны и провозгласят Трансбалканскую империю?
— Помилуйте, это же смешно. Никто не призает столь неподготовленное государство. Да и Владимир Михайлович не глуп и не станет без солидной подготовки делать такой серьёзный шаг.
— Извините, ваше величество, я просто дую на воду, обжегшись на молоке.
Серия случившихся с начала года сюрпризов совершенно выбила из колеи самоуверенного дотоле канцлера. Все политические заготовки по поводу Васнецовых не срабатывали из-за непредусмотренных ходов одного из балканских лидеров нынешнего времени.
— Тут ещё эта война назревает.
— Да, Александр Михайлович, именно когда начинается пора отпусков и министерских каникул. Не боитесь недоглядеть за политикой, — улыбнулся император.
Александр Второй, уверенный в своих силах и силе своей армии, по-прежнему воспринимал балканские события, как забавные чудачества третьих лиц. Оборонительная доктрина позволяла не тратить огромные средства на участие в тех или иных европейских событиях. Казна полна и даже переполнена, народ не шумит, так как вдосталь новых рабочих мест, даже дворянство притихло.
У престолонаследника родился второй сын, а это важно. Да и свой третий сын достиг совершеннолетия. Всё вместе означает, что династия Романовых укрепляется и ведёт Россию к светлому будущему. Вот-вот можно будет отбыть на отдых, чтобы расслабиться после напряжённого года.
— Надеюсь, что до осени ничего чрезвычайного не случится, как вы думаете?
— Хотелось
