— Ну вот. Значит, дело не в Димке. Он просто попался под горячую руку.
— Это есть очевидный факт, — подал голос Димка, — без всяких логических рассуждений.
— Это не есть очевидный факт, — отрезала Варвара, — нужен был не он, а моя квартира. Дим, в какое время… ну, все случилось, ты не помнишь?
Димка отрицательно покачал головой. После многочасовых перелетов он всегда плохо соображал, и в момент нападения тоже соображал неважно, и, конечно, на часы не смотрел.
— Ну, допустим, кто-то пришел, чтобы что-то найти в моей квартире. Кто-то с моей работы, потому что ключи у меня украли скорее всего на работе. Он пришел, увидел Димку, которого в квартире быть не могло, стукнул его по голове и сбежал.
— Зачем было… стукать меня по голове, если потом сбежать?
Варвара немного подумала.
— Должно быть, ты его напугал. Может, он решил, что… убил тебя, и струсил. Так или иначе, но квартиру он обыскать не смог. И пришел в другой раз.
— А это? — Таня кивнула на листок. — Что вернуть-то?! Абонентский ящик 280! Если ковбой ни при чем, откуда это взялось на двери моей квартиры?!
— Не знаю, — ответила Варвара растерянно, — понятия не имею. Может, он решил, что Димка это забрал себе? Может, он следит за нами и знает, что Димка здесь?
— Ну точно, — злобно заявила Таня, — как раз вчера про шпионов рассказывали. У них все именно так и было. Как у нас. Может, мне в программу «Человек и закон» позвонить? У них ведущий орел-мужчина, на душевнобольного не похож. Может, хоть он разберется?
Варвара посмотрела на нее. Таня доставала с полки кружки, сильно стучала — сердилась. Она всегда сердилась, когда чего-то не понимала или волновалась.
— Это одна сторона событий, — продолжала Варвара, выхватив у Тани кружку, она налила себе чаю, очень крепкого, красного от крепости, — есть еще другая сторона. Петр Борисович Лиго умер в четверг в кабинете у моего шефа. Я его нашла. Шефа на месте не было, он пришел, только когда за ним побежала Людка Галкина. Кроме того, он не мог убить этого Петра Борисовича, потому что тот, будь он неладен, ходил в кабинете, после того как шеф ушел, я слышала. Врач сказал, что у него произошли какие-то спазмы в мозгу, это значит, что он сам по себе помер.
— Ну и царствие ему небесное… — сказала Таня.
— Да, — согласилась Варвара, — царствие. У моего соседа в самолете была газета. Мне кажется, что он специально оставил ее так, чтобы я увидела. Димка, дай мне рюкзак.
— У того, который сбил тебя машиной? — уточнила Таня.
— Ну да. — Варвара открыла принесенный рюкзак и стала проворно в нем копаться. — Это автомобильчик для Васи. Коробка такая красивая! Тань, ты коробку не выкидывай, мы потом в ней еще кому-нибудь что-нибудь подарим… Это не то… Господи, купальник мокрый! Я купалась перед самым отъездом. Танька, слушай, какая роскошь — бассейн в этом «Дворжаке»!.. Главное, там почему-то никогда никого нет… Вот. Нашла. Это «Коммерсант» за пятницу. Вот заметка.
Таня выхватила у Варвары газету, Димка поднялся с табуретки и стал у нее за спиной. Некоторое время они читали, а потом переглянулись с недоумением. Димка перехватил газету и стал снова читать.
— Ну и что? Ну, написано, как у богатого дяденьки украли денежки со счета! Первый раз, что ли?
— Да этот дяденька и есть наш Петр Борисович Лиго, ныне покойный!
— Как — Петр Борисович? — опешила Танька. — Там же написано, что он…
— Белый Павел Григорьевич, — почти по слогам прочитал Димка, — и ничего не написано про то, что он… покойный.
— Ты что-то путаешь, Лаптева, — заявила Таня, подошла и пощупала у Варвары лоб. Варвара ее отпихнула. — У тебя от загадочных событий, наверное…
— Не выдумывай, Тань, — велела Варвара, — ты же знаешь, я галлюцинациями не страдаю. Это Петр Борисович Лиго. Это он умер в кабинете у шефа в прошлый четверг.
— Это газета за пятницу, — начал Димка, — и в ней написано, что есть совсем другой человек. Живой. Такого не бывает.
— Не бывает, но есть, — буркнула Варвара, — и тот, в самолете, Иван Александрович, мне кажется, что-то знает и газету мне подсунул неспроста.
Было еще кое-что, связанное с Иваном Александровичем, но Варвара не хотела рассказывать об этом Тане и Димке. Для начала ей нужно обдумать это самой.
Одной. Без них.
Это было совсем не правдоподобно и очень страшно.
— Подожди, — сказала Таня, — подожди, подожди. Все началось после смерти непонятно кого у вас на работе.
— Ну да, — кивнула Варвара. Чай в ее кружке остыл, стал коричневым и как будто мутным. На душе у нее тоже было коричнево и мутно. — В этом все и дело. Кто-то умер, мы даже точно не знаем кто. Димке дали по голове, меня услали в командировку, в самолете со мной очутился тип, который сбил меня машиной, в отеле у меня утащили конверт, который я должна была передать, а когда я вернулась, оказалось, что от моей квартиры ничего не осталось, — голос у нее повело вниз, но она его удержала, — и попутно выяснилось, что где-то поблизости болтается полмиллиона швейцарских франков, которые украли.
— Нас всех убьют, — будничным голосом сказала Таня, — за тыщу рублей убивают, а тут полмиллиона франков!..
— Они не имеют к нам отношения, — осторожно заметил Димка.
— Это мы знаем, что не имеют, — рассматривая холодный чай в своей кружке, проговорила Варвара, — а кто-то явно думает, что имеют. Что мы должны вернуть, что нам не принадлежит. — И она ткнула в листок с компьютерным текстом.
— Полмиллиона? — изумился Димка, — ты считаешь, написано об этом?!
— Ну конечно, об этом, — бодро ответила ему Варвара, как будто он был неразумный шалун, а она ласковая няня, — и выход у нас только один — выяснить, где на самом деле эти полмиллиона и существуют ли они вообще.
— Нет, — сказал Димка, — это очень глупо.
— Надо мне Васю к родителям отправить, — задумчиво произнесла Таня, — пока каникулы.
— Димка, тебя тоже нужно отправить к родителям, — сказала Варвара, — что-то странное творится…
— Я не мальчик Вася, — ответил Димка резко, — мне нельзя… отправить!
— Отправим, и пойдете как миленький, — вступила Таня, — «нельзя отправить»! Кто тут за вами будет смотреть?
— Я сам буду смотреть за собой и за вами, — заявил Димка и немного покраснел, — и я сам решу, когда и куда я… себя отправлю!
— Завтра на работе, — не вслушиваясь в их перепалку, начала Варвара, — я напишу записку, что мы не знаем, о чем вообще идет речь. Пожалостливее и подлиннее. Пошлю почтой… абонентский ящик 280. И попробую выяснить, кто такой был этот Петр Борисович Лиго, и почему про него пишут, что он Павел Белый, и почему он не умер, когда на самом деле он умер…
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
