Читаем без скачивания Киска по вызову - Марина Серова

Кирилл опомнился и шагнул вперед, но было поздно: девушка уже скрылась, шаги ее раздавались где-то внизу. Расстояние от ванной до того места, где он стоял, было довольно большим, поэтому она и успела, быстро сообразив, что произошло, ускользнуть от Архипова. Преследовать ее на улице он не решился, понимая, что она тут же поднимет визг на всю округу и станет кричать о трупе в квартире. Он выглянул в окно и увидел, что девушка бежит по двору, прижимая к груди сумку. Сейчас она впрыгнет в первую попавшуюся машину и умчится прочь.

Кирилл быстро прикинул обстановку. Девчонка, скорее всего, обыкновенная проститутка. Задерживаться ему в квартире небезопасно, нужно сматываться отсюда поскорее. Взгляд его упал на стол. Там, возле телефонного аппарата, лежала визитка досуговой конторы «Ночная луна».

Вот и след отыскался, обрадовался Архипов. Девчонка работает, скорее всего, именно в этой конторе. Значит, есть шанс ее найти. Кирилл чуть успокоился, оставил визитку на столе и вышел из квартиры Сукристова, продолжив размышлять уже сидя в своей машине.

Итак, если девчонка никому ничего не станет рассказывать, то можно рассчитывать, что все обойдется. А если она, наоборот, поднимет шум по глупости? Если за ней в скором времени приедет сутенер и увидит труп, что тогда? Скорее всего, подумают, что проститутка Сукристова и грохнула. Непонятно, правда, зачем. Труп в квартире никуда не денешь. Если девчонку найдут и припрут к стенке, она, конечно, взахлеб будет твердить о нем, о Кирилле, описывая его как можно подробнее.

Значит, побыстрее нужно посылать ребят в досуговую контору для конкретного разговора. Это и было сделано. Так Кирилл узнал, что девчонка пропала неизвестно куда, что когда за ней приехал сутенер, то, кроме трупа хозяина квартиры, больше никого не обнаружил.

Вскоре Кирилл по своим каналам узнал, что милиция вовсю трясет «Ночную луну» — сработала визитка на столе, — и успокоился совсем. Его парнишки навестили Пензу, но по месту прописки девчонку не нашли. Ее мать даже не знала, где она и что с ней. Братки пасли квартиру, но так ничего и не выпасли. Кирилл решил, что девчонка и впрямь надежно куда — то скрылась. По крайней мере свистеть о происшествии она не собирается.

Постепенно он совсем успокоился и даже стал забывать о случившемся. Менты, воспользовавшись ситуацией, перетрясли бригаду Сукристова и половину его бандитов-охранников замели за те или иные прегрешения. Охранное агентство перешло в собственность людей, более устраивавших власть. В общем, наступила тишь да гладь.

— Тишь да гладь продолжалась до того момента, пока вы не приехали в Тарасов и не встретились со Святославом Груничевым, — продолжила я. — Точнее, пока не увидели Алену.

— Ну да, — кивнул Кирилл. — Я сразу ее узнал, хотя в первый раз видел всего несколько секунд. У нее лицо запоминающееся. Узнал, удивился, подумал, что ошибаюсь, но тут же убедился — это она. Потому что она испугалась. Она меня тоже узнала. Страх на ее лице был таким очевидным, что, по-моему, даже ее муж в тот момент как-то косо посмотрел. Она произнесла какую-то ерунду, и он успокоился. Потом я, естественно, попробовал с ней поговорить, но она сбежала моментально. Я ничего не знал о ней. Если бы она сказала, что обо всем забыла и не собирается ничего предпринимать против меня, я бы махнул рукой. Не собирался я убивать ее. И не убивал, — добавил он.

— А что же в ее поведении заставило вас натравить своих подручных? Ведь это они устраивали эти дурацкие нападения на Груничевых?

— Она повела себя как дура! Я только подошел, хотел поговорить, а она как заорет: «Не трогайте меня, отойдите, я все расскажу мужу!» Ну, я и отошел, чтобы шум не поднимать. А потом решил прощупать, что у нее на уме. Позвонил ребятам, они приехали, я объяснил, что нужно просто пугнуть, а потом проследить за ней, что делать станет. А она в ментовку отправилась.

— Вот как? — подняла я брови. Это явилось новостью для меня.

— Ну да. Ребята говорят, вышла из дому, пошла пешком, к крыльцу отделения подошла прямо… Они уже хотели остановить ее там, но она развернулась и обратно пошла.

— Не решилась, значит, — констатировала я.

— Да. Но меня это насторожило. Не решилась раз, могла решиться во второй. И тут уже стало не до экспериментов, не до выяснений, что у нее на уме. Я-то хотел, чтобы она, испугавшись, притихла, а она наоборот.

— Ну, кстати, можно было сразу же припугнуть ее тем, что расскажете мужу о ее «боевом» прошлом, — заметила я.

— Конечно! Но я же говорю, что мне не удалось с ней нормально поговорить! Тогда, при первой встрече на неофициальном мероприятии, я по ее поведению понял, что она меня и слушать не хочет. А если б послушала, все в порядке было бы. Я ей хотел сказать, что мне тоже лишние разговоры не нужны. Мол, ты молчишь про Сукристова, а я в ответ — про контору «Ночная луна». И все! Нет, крик подняла…

— Вам не кажется, что нападение на Груничевых в сквере было уже чересчур для того, чтобы просто припугнуть? — спросила я. — Ничего себе припугнуть, муж чудом в живых остался! Немудрено, что она перепугалась и хотела пойти в милицию.

Кирилл как-то снисходительно посмотрел на меня.

— Это было уже не предупреждение, — пояснил он. — Это было всерьез.

— То есть вы хотели убить Алену уже тогда? — догадалась я.

— Ну конечно, придумано было неплохо. Мужа избили до полусмерти, а ее кинули в машину и увезли неизвестно куда. Для ментов все бы выглядело как нападение неизвестных хулиганов или маньяков. Никому бы и в голову не пришло, что на нее специально охотились, потому что она в чем-то замешана в прошлом. Но не получилось, — с сожалением вздохнул он.

Что ж, мне все стало понятно. Не знала я только подробностей убийства Алены, но они мне были и не нужны. И так ясно: кто-то из парней Кирилла вооружился по его приказу пистолетом, а дальше все оказалось совсем просто. Место проведения презентации было известно заранее, о том, что там будет Алена, Кирилл тоже знал. Он обладал полной информацией, так как общался с Груничевым. А во время преступления он был среди гостей. Алиби железное.

Кирилл закончил свой рассказ и теперь спокойно смотрел на меня, словно хотел спросить: «Ну что, теперь ты довольна?»

Я была не совсем довольна, и в первую очередь собой. Ничего, что могло бы помочь доказать вину Архипова, я так и не придумала. За убийство Сукристова его не привлечь — никаких доказательств его вины нет, свидетельница мертва. Поэтому никто не станет извлекать дело из архива. С убийством Алены все еще сложнее. Даже если Груничев опознает остальных братков, они могут сказать, что просто похулиганили, и все. Но не убивали ни в коем случае. Скорее всего, так и скажут. И вряд ли дадут показания против Архипова.

В общем, дело представлялось весьма сомнительным в плане торжества справедливости и наказания виновных. Правда, лично я свою задачу выполнила — нашла заказчика убийства, хоть и без доказательств. Но для Груничева, по-моему, это не принципиальный момент. Так что гонорар свой я отработала.

Но душа у меня все равно была не на месте. И когда я возвращалась домой в Тарасов, меня постоянно грызло чувство неудовлетворенности. Незадолго до того мне позвонил Мельников и сообщил:

— Мы уезжаем в Тарасов.

— Кто «мы»? — уточнила я.

— Мы — я с помощником, Груничев твой и этот, кого Груничев опознал. Неофициально он уже раскололся, теперь надо его поскорее к нам в отделение доставить, и пусть уже официально показания дает, по протоколу. Сдает дружков своих и заказчика. Только после этого уже можно будет выделить ребят и снова ехать в Самару — забирать всех остальных.

Сообщение Андрея немного прибавило мне оптимизма, но не настолько, чтобы я уверилась в том, что Кирилла ждет заслуженное наказание. Как бы там ни было, домой возвращаться нужно было и мне. Дальнейшее пребывание в Самаре все равно ничего не давало.

В Тарасове я, приведя себя в порядок, приняв душ и отдохнув, позвонила Груничеву. Пора было представить ему отчет о проделанной работе. Разговор предстоял не из легких.

Встретились мы у Святослава дома, и там постоянно чувствовалось напряжение, вызываемое присутствием в квартире Ирины Александровны. Мать постоянно влезала в наш разговор, обращаясь к Святославу то с одним, то с другим. Но я взяла себя в руки и рассказывала по порядку всю правду об Алене, начиная с ее легкомысленного романа с бандитом Анатолием Клименко.

Выслушав меня, Груничев долго не мог прийти в себя. Особенно, разумеется, ему оказалась неприятна самарская часть биографии жены. Но я не стала его жалеть и выложила все. Состояние Святослава после этого можно было охарактеризовать как полный сумбур. Эмоции так и выплескивались из него, одни сменяли другие, и он никак не мог четко определить, что чувствует и что собирается делать. То он собирался идти разбираться с Кириллом, то сыпал ругательствами в адрес покойной жены, а в конце концов добился того, что в комнату вплыла Ирина Александровна и поинтересовалась, что происходит.