Читаем без скачивания Роркх-6 (СИ) - Бо Вова

— Жезл Алтарайи, — произнес Хохуро, ставя меня на пол и выдергивая ленту. — Ты помнящий, что пах как Ключник, потом не пах как Ключник, а теперь не знаешь, как пахнет Ключник, потому что ты не он. Уже никогда.

— У нас договор. Мы не на твоей земле, — прохрипел я, сдерживая кровавый кашель. — Мы не должны платить. Ты нарушаешь.

Хохуро даже не посмотрел в мою сторону. Его взгляд был прикован к одеяниям. И в его взгляде плескалось… что-то. Что-то неуловимое. Будто он смотрел на нечто прекрасное или любимое.

— Мое, — прошептал он совсем тихо. А следом его глаза полыхнули яростью. Ленты безумным штормом взвились в воздух. — Подделка! Снова!

Я упал на колени, прикрывая голову руками. Сверху посыплись осколки стекла. Воздух наполнился свистом и ощутимой яростью. Ровно на одно мгновение. А когда я наконец поднял голову, то увидел лишь осколки.

Божественное одеяние, достойное величайших людей, порвано на мелкие лоскутки. Рядом валяется мелко нарубленный жезл. Его исполосовало на тонкие диски. Всего за одно мгновение.

Хохуро развернулся и поплыл обратно в сторону выхода. Во все стороны хлестнули алые росчерки. Одна ударила меня по голове, но боли не было. Просто мир внезапно начал гаснуть.

— Хохуро чтит договор. Хохуро берет лишь то, что принадлежит ему.

Последние слова, что я услышал. Но доносились они словно из-под толщи воды. Тьма накрыла меня с головой, но не подарила покоя. Она шуршала вокруг меня проклятым песком до тех пор, пока все мое тело не начало издавать этот звук.

Каждая мысль издавала этот мерзкий звук. Казалось, что я лежал тысячелетия, превращаясь в прах. И эти тысячелетия был только сраный песок и этот шелест.

— Арч, — раздался знакомый голос. Теплый и приятный. Так может звучать только ангел. Ангел милосердия. — Арч, проснись.

Я открыл глаза. Ну точно. Неми склонилась надо мной, тыкая в нос какой-то вонючей травой. Я дернулся было и осторожно поднял руку, чтобы убрать подальше сраную траву.

Странно. Ни боли, ни каких-то неприятных ощущений. И тело такое легкое. Посмотрел на свою ладонь. Глянул на грудь, где на одежде расплылось багровое пятно. Но раны не было. Даже проверил здоровье.

Полное. Полное и удвоенное выше максимума. Глянул на Неми, затем осмотрелся вокруг. Маус помогал Рино выбраться из завала. Даже вампир выглядел бодрым и здоровым. Ну то есть тощим и бледным, но в его случае это одно и то же.

— Как так? — прошептал я.

— Это мы тебя хотели спросить, — раздался довольный голос Айи за спиной. — У всех даже разум восстановлен.

— Хохуро, — прошептал я. — Вернул, что забрал.

— Видимо, с процентами, — ответила Ана, жонглируя куском стали. — У меня бафы на силу и выносливость.

— Ребят, — раздался глухой утробный голос из угла. — У меня проблема. Я не могу на этом играть из-за рассинхрона. Вам придется меня тащить.

Все обернулись в сторону голоса. В углу, словно статуя стоял рыцарь. Черный доспех сиял в свете луны, пробивающейся сквозь дыры в крыше. Металл блестел изгибами тонких линий, переливался в новеньких сочленениях, веселыми бликами скакал по четким граням рун.

Казалось, доспех только что вышел из-под руки мастера и даже пыль с песком боялись касаться иссиня-черной стали.

Мы стояли и пялились на Овера, открыв рты. В беззвучной тишине раздался голос Мауса:

— Роркхануться импы гнуться…

Глава 10. У Рино дернулись оба глаза. По очереди. В разные стороны

Я с любопытством рассматривал ровный ряд бутылок вина, что Маус бережно вытаскивал из шляпы фокусника. Он не доверил их хранилищу, грамотно решив, что рисковать таким ценным напитком в присутствии шизанутого садовника не стоит.

Хант ведь немного поехавший, так что частично не выполняет указания Овера. А пропажи алкоголя и некоторых реагентов мы уже замечали. Пока что только товары, покупаемые за медь, так что расходы списали на содержание крокодила и Плотоядика.

Вино было странным, но я никак не мог понять почему. Вроде обычные бутылки с обычной этикеткой. Но Маус так бережно их расставлял и откупоривал, что было страшно лишний раз пошевелиться.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— Арч, ты чего такой хмурый? — спросила Неми.

— А? — встрепенулся я. — Да просто. Задумался о своем.

— Ну что? — оскалился Маус. — Выпьем за самую успешную партию наших дней! И пусть она станет самой серой и обыденной на фоне будущих свершений!

— Йееее… То есть, ура!

Мы дружно чокнулись нашими бокалами и пригубили напиток. Если честно, в вине я разбирался примерно на уровне «да, это определенно вино. Судя по цвету — красное. Но это уже не точно». Но вкус приятный.

Лицо Мауса вообще расплылось в счастливой улыбке. Айя тоже выглядела крайне довольной, болтая жидкость по граням бокала. Остальные просто пили. Рино так вообще выдул весь стакан залпом и потянулся к открытой бутылке под неодобрительные взгляды.

Но сложно отобрать бутылку у того, кто может взять тебя за ногу и избить тобой всех остальных присутствующих. В конце концов он исполнил свои угрозы в партии и пару раз приложил Мауса Овером, пока тащил того до убежища.

И в вандализме не обвинить. Сияющий начищенный доспех уже никак нельзя было обозвать антиквариатом. А лишние двадцать процентов прочности сверх максимума и так бы исчезли со временем. Как и прочие бафы.

Это я знал на своем опыте. Джекс когда-то тоже получил подобное усиление от Хохуро, которое не продержалось даже до следующей партии.

— И долго ты его хранил для такого случая? — спросил я Мауса, кивая на бутылки.

— Ну так два дня, — с любовью посмотрел он на ряды этикеток. — Что? Это не раритет какой. Это эксклюзив. Выкупил у торговцев на площади перед партией. Самое дорогое между прочим.

— А к чему тогда столько чести? — кивок на цилиндр, в котором хранились напитки.

— Так мы первые во всем Роркхе, кто его пробует. Эк. С. Клю… Склю… — попытался он по слогам повторить для пущего эффекта, но сбился, стараясь понять как правильно. — Ой, да ну вас. Неблагодарные.

— Мы очень благодарные, — вмешалась Айя, смакуя вино.

— И восхищаемся твоими талантами, — поддержал я.

— И вовсе не считаем тебя алкоголиком со стажем, — произнесла Ана.

— Считаем, — возразил Овер. Но под укоризненными взглядами все же добавил. — Но благодарны. И тебе, и твоему алкоголизму.

— Ох, — закатил глаза Маус и ополовинил свой бокал. — Дилетанты. Чтоб вы понимали.

— Так это получается вино, которое появилось в Роркхе вместе с последним обновлением? Вместе с приездом торговцев?

— Ага, — кивнул Маус. — Я выкупил все их запасы сразу после дегустации. Так что у игроков был шанс его получить, если только в партии нашли.

— Спешу тебя разочаровать, Маус, — повел я плечами. — Пока у нас был день оффлайна, игроки уже могли прикупить его в дневном Роркхе.

— Списю типя язятиявать, — скорчил он гримасу. Веский аргумент в споре, ничего не скажешь.

— Сойдемся на том, что это первое такое вино, которое появилось в Роркхе.

— Триста процентов наценки, — прокашлялся Рино.

— Будь здоров, — похлопала его по плечу Ана.

В целом нам было, что праздновать. И мы уже отпраздновали в Танатосе. Гудели до самого утра, потом еще немного. В итоге завалились спать, проснулись и побрели в Роркх опохмеляться, так сказать.

Просто находиться в реале было немного… Дискомфортно. А здесь ничего не кружится перед глазами. И практически не тянет блевать. Да и голова почти не болит. А ради такого случая Маус даже зашел на фокуснике, а не на своем излюбленном вампире, который вообще не чувствует боли или похмелья.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

И да, нас официально приняли во вторую волну Расвов. Всего за две партии, что считается рекордом. Не абсолютным, так как многие команды проделывали то же самое, но все же. Ну и не стоит сбрасывать со счетов все то время, что мы прохлаждались на первой волне.

Партия вообще получилась мутная. Никто так до конца и не понял, что надо делать. Просто отряды первой волны пришли на территории, указанные квестовыми цепочками, поняли, что активностей никаких нет и сообщили руководству.