Вдруг все стихло. В наступившей тишине Агис услышал приглушенную команду, и откуда-то сверху с ужасающим грохотом свалились огромные ворота, перегородив выход на улицу. Стражник едва успел отскочить.
Не ожидавший ничего подобного Агис остался в коридоре в гордом одиночестве, не считая, конечно, его отражения в полированных медных листах, которыми были обшиты ворота. Он подошел поближе. Такие ворота могли бы остановить армию – ну, во всяком случае на некоторое время. Металлические листы были подогнаны друг к друг так искусно, что Агис не смог бы просунуть между ними острие своего кинжала.
Сзади, по одной из лестниц, зашуршали чьи-то шаги. Агис обернулся. С горящими от возбуждения глазами и радостной улыбкой по лестнице спускался Тихиан. Вслед за ним торопились еще несколько темпларов.
Заметив Агиса, Тихиан приветственно поднял руки.
– Приветствую тебя, друг мой!
Он обнял Агиса за плечи. Потом повернул сенатора лицом к перегородившим проход воротам.
– Как ты думаешь, – спросил он, – никто не сумеет их поджечь?
– Пожалуй, это и впрямь будет трудновато, – согласился Агис. – Кого это ты собрался не впускать?
– Не выпускать, – поправил Тихиан, у его подчиненных от изумления отвисли челюсти. – Если бы мы хотели кого-то не впустить, то обшили бы ворота медью не изнутри, а снаружи.
– Господин, – прошептал один из темпларов у Тихиана за спиной. – Наверное, не стоило говорить об этом сенатору!
– Здесь я решаю, что стоит делать, а что нет! – резко оборвал его Тихиан. И добавил: – Мой друг так же верен королю, как и я сам.
Агис не мог не улыбнуться такому утверждению.
– Пойдите и велите снова поднять ворота – Тихиан, жестом приказал темпларам удалиться. – Нам с Агисом надо поговорить.
– Спасибо, что нашел время встретиться со мной, Тихиан, – сказал Агис, когда темплары ушли.
– Я всегда к твоим услугам, – любезно ответил Тихиан. – Чем могу помочь? Боюсь, наша последняя встреча была не слишком приятной…
Усилием воли Агис заставил себя улыбнуться – при воспоминании о том, что он потерял большую часть своих рабов, его снова охватила ярость. Вместо этого она заставил себя вспомнить двух мальчиков – самого себя и Тихиана три десятка лет тому назад. Вспомнил о том, как однажды жарким вечером они пробирались через заросли Фаро на плантации его отца…
Агис поглядел прямо в глаза Тихиану и осторожно, крайне осторожно послал эту мысль в сознание темплара. Одновременно он легкими, почти неуловимыми движениями начал нащупывать тропинку, которая позволит ему абсолютно незаметно проникнуть в голову Тихиана.
Агис долго и тщательно обдумал атаку на Верховного Темплара. Он придал ей вид приятного воспоминания в надежде, что, прикрываясь памятью о совместных приключениях, ему удастся, не обнаружить себя, направить мысли Тихиана в нужное русло.
Задумчивая улыбка заиграла на губах Тихиана, и Агис понял, что контакт установлен. Он не стал проникать глубже. Пусть подсознание темплара привыкнет к непривычному соседству.
– Ты так занят, – небрежно сказал Агис, – что тебе, наверное, трудно управлять своими землями.
– Порой это не просто, – кивнул Тихиан.
– Я мог бы тебе помочь.
– Каким, образом? – поднял брови Тихиан.
В разуме темплара подсознание, почувствовав вызванные Агисом воспоминания, начало дополнять их новыми деталями. Светлые волосы молодого Тихиана внезапно завязались в короткий хвостик – юноше как раз исполнилось двенадцать лет, и он добился права выглядеть как взрослый. Черные волосы Агиса оказались подстриженными так коротко, что дальше некуда – куда короче, чем Агис когда-либо носил – а его уши вызывающе торчали в стороны.
Мальчики почувствовали сладкий запах цветущего фаро: в тот год выпал дождь, и колючие растения все как один украсились большими красными цветками. На поясах ребят появились короткие мечи с обсидиановыми клинками. В руках – арбалеты. Агис и Тихиан находились у вершины пологого холма, отделявшего поля от оросительного канала. Они охотились на варлов.
При этом воспоминании Агис едва удержался от сердитого восклицания. Не понимая, насколько важны для садов покрытые панцирем слизняки, отец Агиса при каждом удобном случае посылал его на охоту. Странно, что к тому времени, как поместье перешло в руки Агиса на плантации вообще остались деревья.
Внезапно, юный Тихиан, стоявший ближе к вершине холма, упал на живот, жестом призывая Агиса последовать его примеру.
Для мужчин, стоящих в проходе Цирка, все произошло в мгновение ока. Агис как раз и поджидал этого момента.
– Я позабочусь о твоих полях, – предложил он своему старому другу. – Они станут такими же плодородными, как и мои собственные.
В тот же миг из-за щита воспоминаний молодости Агис послал мысль, которую Тихиан должен был воспринять как свою собственную. «Это хорошее предложение».
А подсознание Тихиана тем временем продолжало раскручивать воспоминания. Юный Агис повернулся и спросил, что, собственно говоря, случилось. Его друг приложил палец к губам и осторожно выглянул из-за гребня холма вниз, на оросительный канал.
И тут воспоминания Тихиана стали радикально отличаться от того, что помнилось Агису. Сенатор помнил, как он, казалось, целую вечность пролежал ничком в пыли под палящими лучами солнца. Потом услышал тихий шорох в зарослях фаро. В тот миг он даже и не подозревал, кто это там шевелится. Взведя арбалет, Агис изготовился к стрельбе. Он мог только гадать, какую опасность усмотрел его бдительный друг.
Тихиан вспоминал этот эпизод совсем иначе. Вот он выглядывает из-за гребня холма. И, не отрываясь, смотрит на плавающую обнаженной в канале старшую сестру Агиса Тиерни.
Сенатор не знал, сердиться ему или смеяться. За все эти годы Тихиан никогда не говорил, что он видел по ту сторону холма.
А в Цирке Верховный Темплар спросил:
– И что же ты хочешь взамен за то, что возьмешь на себя заботу о моих полях?
Тон добродушный и вместе с тем осторожный. Агис, разумеется, не собирался сообщать Тихиану истинную цель своего визита.
– Всего лишь права несколько дней в неделю использовать твоих гладиаторов для работы на наших полях, – ответил Агис. – Хотя ты и оставил мне женщин, и детей, они не в силах защитить поля от воров. Двое-трое опытных воинов живо научат грабителей уму-разуму. Да и тренировка вышла бы неплохая…
Воспоминания Тихиана стали более знакомыми, хотя все равно отличались от того, что помнил Агис.
Внезапно из зарослей фаро выскользнули три тощих гиха. У каждого – мешок украденных игл в одной руке и большущее копье в другой. В памяти Тихиана Агис увидел, как он вскакивает на ноги, точным выстрелом из арбалета убивает предводителя воров. Молодой Тихиан реагирует гораздо медленнее – его внимание, до самого последнего момента, поглощено прекрасными формами молодой женщины.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
