— Спасибо тебе, Джо!
Сименон ожидал этой реакции Ди. Она всегда рвалась в Европу. В тот день она предавалась любви с забытым пылом и повторяла:
— Спасибо, спасибо, Джо!
Сименон покупает огромный фургон, которым может вместить восемь человек и багаж. Это белый «додж», который совсем недавно начала выпускать фирма «Крайслер».
Ранним утром 19 марта они покидают Лейквил. На руках Джонни симпатяга Мисетер — щенок серебристого королевского пуделя.
Впереди новая жизнь! Сименон не хочет оглядываться — уезжать, так уезжать! Но при развороте он видит окутанный цветением сад и дом, приветливо сияющий всеми окнами. Он никогда не вернется сюда, так же, как никогда не возвратится ни в роскошную парижскую квартиру, ни в «бабушкин дом» дом в Нелье.
Девятнадцатого марта семейство садиться на «Иль де Франс», покидающий причал Нью — Йорка.
Мари — Джо два года и она лепечет по — английски. Марку шестнадцать, Дениз тридцать пять. Вспоминая этот свой неожиданный переезд, Сименон все же докапывается до тайной причины: он чувствовал неудовлетворенность жены провинциальной американской жизнью и решился переселиться в любимую ею Европу.
«Как большинство франкоязычных канадок, Ди была воспитана в духе обожания Франции и ей вскружило голову путешествие 1952 года, когда она попала в круг людей, к которым и не мечтала приблизиться ранее.
Конечно, с первой встречи я знал о ее неуравновешенности, о ней свидетельствовало ее признание о тяге к самоубийству, попытка утопиться в океане. Мы прожили месяцы, годы слепой страсти, взлетов и падений и я лелеял надежду, что она успокоиться и станет простой женщиной. Но красоты провинциальной жизни оставили ее равнодушной. Она чувствует себя созданной для блестящей светской жизни. Неделя в Нью — Йорке лишь разжигала тоску.
Надежда увидеть Ди безоглядно счастливой и радостной вдруг толкнула меня к решению уехать в Европу».
Признание звучит не убедительно. Сам Сименон, по его словам, ненавидит светскую круговерть и пустую трату времени в общении с приятелями. Неприятно ему это стремление и в Дениз. И вдруг он срывается с полюбившегося ему места, чтобы предоставить жене тот образ жизни, который ему претит. Что скрывается за этим откровением? Вероятно, как всегда в случаях внезапной перемены мест, он и сам не понимает причин. Не оседлый характер у этого гонца за приключениями. Хотя сам он считает иначе, провозглашая своим идеалом сельское «фамильное гнездо», в котором вырастают и старятся несколько поколений.
Перечисление домов, обустроенных Сименоном для «постоянного проживания» может заинтересовать фирму недвижимости, изучающую потребительский рынок. Уж очень велик список и поразительна потребность к перемене мест, при заявленной тяге к стабильности и простому уюту.
Пароход для Дениз уже является преддверием Парижа — блестящие вечера, стол капитана, ежедневные коктейли, балы и разговоры до рассвета с важными персонами. Дениз считает себя чрезвычайно интересным собеседником и волнующей женщиной, ей необходима достойная аудитория.
Через Париж они направляются в Канны, где останавливаются в отеле «Мириам». Здесь на летний сезон уже собралось много знакомых. Джонни вместе с маленькими детьми Чаплинов целый день проводит на пляже. Тижи с Марком поселились неподалеку, а Буль была готова заняться кухней, когда найдется подходящая вилла.
Марк получил разрешение на работу на пляже — он раскрывает пляжные зонтики, ставит разноцветные шезлонги, с улыбкой разносит газированные напитки и купальники. Парню не терпится обрести финансовую независимость. К тому же, он обожает подаренный ему отцом суперсовременный мотоцикл и ночами гоняет по набережным в компании таких же грохочущих «ангелов ада»
Через несколько недель Сименон становится другом всех каннских стриптизерш. Что и говорить, здесь куда веселее, чем в Американской глубинке.
А вскоре Сименоны переезжают на виллу, расположенную на вершине холма, поросшего сосняком. Отсюда открывается захватывающий вид на город и залив. Письменный стол Сименона развернут к распахнутому окну. Что бы легче было передвигаться, он покупает три четырехцилиндровых «рено» — новинку тех лет. На одном, предназначенном для Дениз, добавляют всевозможные никелированные украшения с ее монограммой. Монограмма даже на автомобильных дисках — Дениз имеет привычку помечать свою собственность знаками отличия.
Вилла на холме хороша, но не для семьи с таким размахом. Перетерпев месяц, они
переезжают в роскошное поместье «Золотые ворота», отвечающее размаху и вкусам Дениз, да и финансовым возможностям ее мужа. Здесь всю ночь лунно сияют подсвеченные пруды, бурлит синяя вода в бассейне, выдолбленным в скале. Пришлось снова брать для Дениз секретаршу, нанимать шофера, садовника и вторую няню.
— Мне необходима комната для платьев, — объявляет Дениз, осматривая дом. Теперь у нее целый гардероб, а туфель — ящики, ведь она привыкла сразу заказывает не менее шести пар. Сумочки все от Гермеса и их такое множество, что требуется специальный шкаф.
Мари — Джо просится в школу, и отец записывает ее в самый красивый и современный детсад во Франции.
Ди снова беременна. Но у нее случается выкидыш и после лечения в лучшей частной клинике, она чувствует себя расположенной к новым приключениям.
Что бы восстановить силы Дениз, Жорж везет ее в Париж. Теперь мадам Сименон сопровождает личная горничная, одетая в черное платье, кружевной передничек и наколку. Следуя за хозяйкой, она несет ее сумочку. В отеле «Георг У» Сименоны занимают лучшие апартаменты. Но Дениз заставляет горничную дезинфицировать ванну и туалеты, заново пылесосить мебель и протирать шкафы. Жорж, вместо того, что бы вдыхать запах хлорки, отправляется в престижные публичные дома искать «естественную женщину».
В баре, где Дениз всегда задерживается, что бы принять двойную порцию виски, она познакомилась с образованной молодой дамой, владеющей европейскими языками.
— Дорогая моя, я очарована вами. И мне пришла в голову дерзкая мысль: ни согласились бы вы стать моей помощницей в делах мужа? Пожалуйста, не говорите «нет»!
Джойс Эткен стала секретаршей Дениз.
Парижская жизнь бьет ключом — супруги окунаются в чреду кутежей с друзьями Сименона. Загулы с постоянными возлияниями кружат голову. После одного из них, Дениз до утра танцует на тротуаре Елисейских полей. Да и сам писатель не теряется — он отводит душу в тех «тайных домах», о которых с пренебрежением вспоминал в индейской деревне.
«Я не терял надежду сделать ее счастливой» — повторяет в своих воспоминаниях Сименон. Верно, он щедро ублажает капризы жены. Не скрывает и того, что ее вздорный характер, амбициозность, тяга ко всему, что он считал буржуазной мишурой и яро ненавидел, вызывают в нем сильное раздражение, крепнущее с каждым днем. Но в этом противостоянии сдает свои позиции не она — он.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
