– Если позволите, миледи, я поставлю ваш цветок в кувшин с водой. А коли ему ваш подарок придется не по вкусу, значит, у него с башкой не все в порядке.
– С башкой?.. – переспросила Кассандра. – Вы, мистер Стаббс, наверное, родом из Лондона? Уильям кивнул.
– Вы говорите, как настоящий лондонец, – продолжала она. Уильям почувствовал себя виноватым, но графиня снова улыбнулась. – У лондонцев такая выразительная и приятная речь. Не принесете ли немного воды? Это было бы так мило с вашей стороны. Я положу розу, а вы потом поставите ее в воду, чтобы она не завяла.
И Кассандра открыла дверь в графскую спальню.
Их беседа продолжалась не более минуты. Но Уильям Стаббс так и прирос к полу, зажав в огромном кулачище кружку для бритья. Нет, теперь жизнь его круто изменилась.
Он первый раз говорил с крохотной хозяюшкой, у которой улыбка словно солнечный лучик и ямочки на щеках. Малютка обратилась к нему «мистер Стаббс» своим нежным голоском, и приветливо поздоровалась с ним, и назвала его речь «приятной и выразительной», а его самого «милым» за то, что он согласился притащить кувшин с водой для алого цветочка – розы или еще там чего.
Нет, нельзя сказать, что Уильям Стаббс влюбился с первого взгляда. В его чувствах к невесте друга не было и намека на романтику. Однако с этой минуты он испытывал к своей новой хозяйке благоговейное уважение и готов был пойти за нее в огонь и в воду.
Если этот Найджел, черт бы его побрал, хоть раз обидит ее, если она прольет из-за него хотя бы одну слезинку, думал Уилл, отправившись на поиски кувшина, то старина Стаббс не на шутку рассердится. Ох как рассердится!
Кассандра надела белоснежное подвенечное платье с широким кринолином, богато расшитое серебряными нитями. Ее тщательно напудренные волосы прикрывала кружевная наколка с вуалью, серебристые складки которой ниспадали до пояса.
Наряд ее жениха – по случайному совпадению – тоже был выдержан в белоснежных и серебристо-серых тонах. Подходя к алтарю деревенской церкви под руку с дядей, Кассандра подумала, что это хорошее предзнаменование, обещающее гармонию их семейной жизни. Найджел похож на сказочного принца, а она – на принцессу.
Встретившись с ней взглядом, он не улыбнулся. Лицо его было бледным, почти суровым. С той минуты как Кассандра вошла под своды церкви, она никого не видела, кроме него, но улыбнулась ему только тогда, когда встала рядом с ним перед алтарем. Вот теперь Кассандра наконец поверила в реальность происходящего.
Она выходит замуж за человека, которого любит больше всех на свете. За эти две недели Найджел совершенно преобразил ее жизнь и придал ей смысл. Сознание того, что он рядом, согревает ее, наполняет счастьем. Если бы у Кассандры и оставались какие-то сомнения (по правде сказать, за эти пять дней они растаяли без следа), то в эту торжественную минуту они окончательно исчезли.
– Возлюбленные мои… – начал преподобный Гит.
«Это первый миг счастливого супружества», – подумала Кассандра.
Найджел вспоминал свою семью и дом. Два года назад он порвал с родней всякие связи, после того как обнаружил, что они отреклись от него еще раньше. Найджел вычеркнул их из своей души и сердца и не станет даже враждовать с ними.
Они для него мертвы.
У него теперь новая семья и новый дом. Он долго к этому стремился и. Бог свидетель, заслужил эту награду. Больше ему ничего не нужно в этой жизни.
И Кассандра тоже принадлежит ему. Почти принадлежит. Найджел не сводил с нее глаз. В подвенечном наряде она казалась еще красивее, чем всегда. Бледная от волнения, Кассандра улыбнулась ему, и он увидел в ее взгляде, обращенном на него, любовь, доверие, радость.
Теперь можно торжествовать победу. Весь его план не стоил бы и гроша, если бы ему не удалось привести ее к алтарю.
Найджел последний раз обратился мыслями к своей семье и покойному графу Уортингу, отцу Кассандры.
Теперь ему все равно. Он входит в новый мир и начинает новую жизнь.
– Возлюбленные мои… – промолвил священник.
Леди Матильда прижала руки к груди и со слезами на глазах подумала, что новобрачные словно сошли со страниц сказочной книги. После того как обряд бракосочетания свершился, Найджел и Кассандра вышли на церковное крыльцо под радостный звон колоколов. Миссис Хэвлок, которая несколько смягчилась, примирившись с неизбежным, с улыбкой заметила, что они самая красивая пара, какую ей приходилось видеть за свою жизнь. Даже у леди Беатрисе подозрительно поблескивали глаза, когда она обняла племянницу и запечатлела поцелуй на щеке новоиспеченного племянника. Пейшенс стояла рядом, опираясь на руку Робина (хотя доктор пока не велел ей вставать с постели), и улыбалась сквозь слезы. Робин был серьезен и вежлив, как и мистер Хэвлок.
Уильям Стаббс стоял вместе с другими слугами, приглашенными на праздничную церемонию. Встретившись глазами с Найджелом, он мрачно кивнул своему другу, сверля его тяжелым взглядом, но не подошел к новобрачным.
Молодые не стали задерживаться на ступенях. Найджел повел Кассандру к воротам церкви сквозь живой коридор гостей и родственников, приглашенных на свадебный завтрак. За церковной оградой столпились деревенские жители и фермеры. Они радостно приветствовали свою госпожу и разбрасывали розовые лепестки.
Это самый счастливый день в ее жизни!
Новобрачные сели в открытый экипаж и покатили к дому. Солнце сияло, расточая тепло и свет. Как только экипаж тронулся, Кассандра повернулась к мужу и улыбнулась. Он улыбнулся в ответ, взял ее руку в свои и нежно поцеловал Кассандру в губы. Сзади послышались ликующие крики толпы.
– Моя жена! – шепнул он Кассандре.
– Мой муж…
Они рассмеялись. И снова стали серьезными, поглядев в глаза друг другу. Экипаж повернул в парк и стал медленно подниматься в гору.
– Ты счастлива? – спросил он.
– Да, – кивнула Кассандра. – А ты?
– Я тоже.
Они снова рассмеялись.
– Какой содержательный разговор! – заметила она.
– Иногда слова только мешают. И язык бессилен выразить переполняющие нас чувства. И тогда говорит сердце.
Да, это правда. Все так и есть. Словами вряд ли возможно описать ее радость. Они поженились. Их ожидает впереди безоблачная счастливая жизнь. Глупая, избитая фраза! Не так уж она наивна и понимает, что едва ли каждый день их совместной жизни будет безоблачно-счастливым. Но сегодня это утверждение справедливо. Или нет, Найджел прав: слова здесь бессильны. Но Кассандра все равно решила высказать то, что у нее на душе:
– Я навсегда запомню этот день, это мгновение, это ощущение счастья!.. Воспоминания об этом дне будут поддерживать меня всю жизнь. Это так.., так правильно, так… Да, ты прав. Слова только мешают.
