что скрывалось в тени.
Несколько долгих минут я провел, «общаясь» с камнем Эффо, но ничего качественно нового выяснить так и не смог, лишь понял, что в дальнейшем для использования потенциала кристалла мне больше не придется касаться его поверхности и «просить» о помощи. Отныне у нас с амулетом установился устойчивый пси-контакт — этакая пси-нить, по которой наши сознания могли быстро обмениваться мыслеобразами и пси-импульсами. И теперь амулет копировал и впитывал в себя все, что видел и ощущал я сам.
Остаток дня мы с заключенными провели, рассказывая разные истории из своих прежних жизней. Я поведал, как мы с женой провели наш первый месяц после свадьбы на берегу острова, названия которого я уже и не помнил. У Перка в закромах опять отыскалась байка с неудачным концом, Виллис поведал о каком-то небольшом, но крайне интересном исследовании, на которое он однажды получил заказ, а Ролдан рассказал забавную историю, что приключилась с ним на раскопках. Айрекс к нам присоединяться отказался, а Коупленд и Декс по большей части молчали, только последний один раз упомянул о каком-то небольшом восстании рабочих на Марсе, которое, впрочем, было быстро подавлено.
Я смотрел на них, слушал их реальные или выдуманные рассказы, улыбался, где это было уместно, и надевал грустную маску, если того требовала ситуация. И думал. Думал о том, что все эти люди, ставшие мне близкими и почти родными, не переживут следующую неделю. Не переживу ее, возможно, и я. В голову опять полезли навязчивые мысли о семье и доме, но я уже не испытывал той гнетущей тоски, что грызла меня в первые дни плена. И с ужасом начал понимать, что привыкаю к сложившимся обстоятельствам — к Арене, к смертельной опасности, к необходимости постоянно быть начеку. Я даже привык к мысли, что могу в любой момент умереть. Непроизвольно передо мной встал вопрос: сила это или слабость?
Понимать, что в любой момент можешь проиграть, но не сдаваться — это ли не сила? Или все мы лишь прикрываемся маской безысходности? Ведь кроме борьбы за жизнь у нас ничего больше и не осталось. Просто работают инстинкты самосохранения и не более. Или же нет?
Размышляя обо всем этом, я и не заметил, как наша сходка стала медленно распадаться. Завтра нас ждал новый раунд, и заключенные разбрелись по ячейкам. То же самое решил сделать и я. День выдался насыщенным, тело требовало отдыха. Да и психике досталось не мало.
Стоило мне лечь на койку и закрыть глаза, как в нейроинтерфейсе всплыло уведомление:
Внимание! Входящее сообщение.
Этого еще не хватало!.. Отправителем мог быть только один человек — мой тайный благодетель. Я открыл уведомление и принялся читать:
«Приветствую, УВ839999! Не буду тянуть и перейду сразу к сути. Я почти разгадал формулу этого проклятого вещества, „Covit-19“. Не обошлось, конечно, без применения моих чудесных навыков, но я добился своего. Риск был огромным, и в один момент я почти был уверен, что меня разоблачат. Но удача оказалась на моей стороне.
Я несколько дней работал почти без сна и еды, изучая „Covit-19“ и его воздействие на организм. Большая часть пути пройдена, и у меня уже есть на руках план действий. Осталось внести несколько правок в код протокола и испытать его на виртуальной машине. А потом, если все пройдет успешно, я запущу его в твоем нейроинтерфейсе.
И вот теперь мы подходим к самой сути. Чтобы этот протокол отработал на всю мощность и вероятность нейтрализации „Covit-19“ повысилась до приемлемых значений, тебе тоже необходимо кое-что сделать, а именно: усовершенствовать „Ускоренный метаболизм“ хотя бы до третьего ранга. Не помешало бы, конечно, еще развить и „Улучшенную имунную систему“, но данную функцию в твоем организме теперь выполняют Т-бактерии, поэтому остановимся только на прогрессе метаболизма. Все это важно не по моей дурной прихоти, а потому, что протокол задействует все биологические системы защиты организма, чтобы противостоять угрозе. Он из них должен выжать максимум, поэтому, чем они крепче и совершенней, тем выше вероятность удачного исхода. Так что улучшать упомянутые мною усовершенствования нужно сугубо в твоих интересах.
По моим расчетам механизм уничтожения в твоем теле должен запуститься завтра в конце дня, поэтому поторопись. Как бы там ни было, я запущу протокол вечером, потому что в ином случае ты умрешь, а так у тебя появится крохотный шанс на спасение. С учетом развития твоего организма и имеющегося одного ранга улучшения „Ускоренный метаболизм“, вероятность нейтрализации „Covit-19“ по моим прикидкам составляет 26,79 %.
Ну все, мое время ограничено. Если все пройдет успешно, я с тобой еще свяжусь. Если же нет, то… покойся с миром, УВ839999».
Дочитав сообщение до конца, я на несколько секунд впал в прострацию. А потом вспылил. Да где же ты был пару часов назад, когда я вкладывал энергосферы в другие улучшения и способности?! Почему не сообщил раньше, чертов ты благодетель?!
Я быстро взял себя в руки, глубоко вдохнул и выдохнул.
Так, ладно, что мы имеем в сухом остатке… а имеем мы чертовски низкий процент выживания. Еще неизвестно, что ждет меня в следующей локации, но с вероятностью почти в семьдесят три процента я на ней не выживу. Хотя нет, вероятность выживания именно на локации будет повыше, ведь до этого мне пока везло, но вот потом, в жилом блоке или на пути к нему меня просто срубит на ровном месте, и сто тринадцатый сезон этих гребаных игр для меня подойдет к концу. Чертов Кронос будет ликовать, зрители наверняка станут аплодировать столь драматичному повороту, а мой тайный благодетель, этот злой гений, что не спал ночами, создавая спасительный протокол для моего нейроинтерфейса, — кусать локти и рвать на голове волосы, если таковые у него имеются.
Кронос с создателем нейроинтерфейсов разыграли ставку, ценой которой была моя жизнь. При всем при этом ситуация усугублялась еще тем, что лично я почти ни на что повлиять не мог. Для формирования следующей энергосферы мне было необходимо получить чуть больше шестидесяти пяти тысяч единиц энергоресурса, а добыть столько на одной локации очень тяжело. Те сто пять тысяч, которые я получил за выполнение задания на предыдущем раунде, можно считать крупным везением, сравнимым, разве что, с выигрышем в лотерею. Ожидать повторения глупо и бессмысленно. Решением проблемы
