– Пойдем танцевать, – сказала Алька, и ее взгляд пополз по однокурсникам и гостям.
– Ага, вон Марго и Ленка. Хихикают… – Даша тоже вытерла руки и тоже прицельно скользнула взглядом по лицам. Поправив колпак, она помахала палочкой в такт музыке и добавила грозным голосом: – Наверное, замышляют какое-нибудь чудовищное зло.
– Кто бы сомневался, – ответила Алька.
Они переглянулись и, не сговариваясь, решительно направились в сторону врагов. Высокие тонкие каблуки туфель еле слышно постукивали, сапоги сорок второго размера многообещающе шаркали.
Марго и Пенка перестали болтать и, насмешливо поджав губы, приготовились к очередной милой ругани, но, как оказалось, с ними разговаривать никто не собирался…
– Вадим, можно пригласить тебя на танец? – спросила Алька и, не дожидаясь ответа, потянула парня на середину зала.
– Максим, можно пригласить тебя на танец? – спросила Даша и выдала робкую девичью улыбку.
* * *
Какая наглость! Марго не поверила собственным глазам и сильно толкнула подругу локтем. Ленка-Пенка, временно утратив дар речи, крякнула и прошипела нечто невразумительное. Разве могли они представить, что их мужчины легко и просто пойдут танцевать с другими девушками? То есть позже – да, народ развеселится, раскачается и толпа смешается, но не первый же танец! И главное – с кем?! С ненавистной Алькой Воробьевой и ее сестричкой!
– Гадины, – выдохнула Марго. – Ее мужик не пришел, так она моего утащила.
– А эта… – подхватила Ленка-Пенка, нервно теребя розовые бусины на балахоне, – Дашка! От горшка два вершка, а задницей крутит будь здоров!
– И парни хороши – согласились. Я же им говорила, предупреждала…
– Нет, они не виноваты, неудобно же отказывать…
– Когда дело касается Воробьевой, то очень даже удобно! – вспыхнула Марго. – Почему-то у всех парней отключается мозг, когда она появляется поблизости! Стой здесь, никуда не уходи, я сейчас приду…
– Ты куда?
– М-м… в туалет.
Вечер пошел не так, как планировалось, и Марго не собиралась мириться с этим. По крайней мере ей срочно нужна весомая компенсация за моральный ущерб, а уж потом Воробьева у нее попляшет! Должна же хоть когда-нибудь восторжествовать справедливость? Почему не сейчас? Другой возможности победить Альку, наверное, и не представится… Защита диплома, затем пьянка-гулянка, и все…
Марго воровато оглянулась и направилась к кабинету бухгалтерского учета.
«Посмотрим, какие тайны есть у Воробьевой! А Ленке знать об этом ни к чему, а то проболтается своему тупому Максу… Или я ей потом расскажу…»
Тема мужчин была особо болезненной, и именно поэтому провал Альки ожидался с повышенным злорадством и нетерпением. Это отличный повод ткнуть выскочку носом в правду: ты никому не нужна, ни на что не способна, ты одинока. И уйти с гордо поднятой головой. Увы, сама Марго никого не любила и ни с кем не встречалась. С высоким пижонистым Вадимом она некогда училась в одном классе, и проживали они на одном этаже. Мамы – подружки, и папы – друзья. Скука смертная! О, сколько пришлось его уговаривать сыграть роль Ромео! С каким трудом удалось оттащить его от компьютера! Унизительно, и за это тоже должна ответить Воробьева!
«Как же хорошо, что никого нет».
Маргарита подошла к стулу, на котором лежали Алькины вещи, прислушалась, а затем быстро отложила куртку в сторону, расстегнула молнию сумки и заглянула внутрь. От волнения и любопытства зачесался нос, и вспотели ладони, но на эти мелочи она не обратила внимания. «Что там?» – стучал в висках вопрос, и рука сама потянулась к тайне…
Марго надеялась найти фотографию, документ или… Да какая разница! Любая вещица, утрата которой способна огорчить Воробьеву и ее сестру, будет кстати! Любая вещица, наделенная хоть какой-нибудь информацией, тоже обрадует! Главное – найти.
В сумке не лежало ничего интересного, такого, чтобы увидеть и ахнуть, но вот небольшая с виду обыкновенная коробочка наверняка хранила секрет, наверняка именно ее прятали Алька и Дашка. Больше-то нечего!
Торопливо вынув коробочку, Марго открыла крышку и с изумлением и разочарованием уставилась на самый обыкновенный шар красного цвета.
«Ерунда какая-то… Ей кто-то подарил? Или она собралась кому-то подарить?»
И как использовать эту елочную игрушку в своих целях?..
Где-то хлопнула дверь. Марго вздрогнула, мгновенно застегнула «молнию» сумки, кинула сверху куртку, заметалась, и, не зная, куда пристроить дурацкий шар, подскочила к своим вещам и сунула коробку в пакет с шарфом и шапкой. Вновь прислушавшись, прижав ладонь к груди, она выскочила из кабинета и устремилась к залу, пытаясь на ходу успокоиться и решить, что делать с бесполезной находкой.
* * *
Высидев первое действие, с трудом дождавшись антракта, Глеб Сергеевич не стал суетиться. Наоборот, старательно изображая равнодушие и усталость, он поднялся, поправил галстук и, не оглядываясь, направился к проходу. «Наверняка она уже отыскала меня и смотрит… Ну-ну, пусть смотрит… А мне-то все равно! Инна Михайловна, Инна Михайловна… Сама себя развлекай!»
Но Воробьев все же пошел чуть быстрее, оторвал взгляд от пола и осторожно огляделся. Дамочка-экскурсовод стояла около первого ряда амфитеатра и с робкой улыбкой ждала его. Глеб Сергеевич кивнул и самодовольно усмехнулся: «Прилепилась! Не отдерешь! Будет теперь трещать о спектакле и вспоминать своих сопливых племянничков…»
Но среди эмоций, переполнявших душу, не было злости, он точно уговаривал себя, убеждал, что Сенечкина Инна Михайловна по-прежнему достойна лишь раздражения.
– Отличный спектакль, правда? – тут же оправдала ожидания Инна. – Час трепета и восторга. Я смотрела, затаив дыхание! Жаль, передо мной сидит очень высокая женщина, и прическа у нее… Плохо видно. Но это, конечно, ерунда! Какие актеры! А музыка? Вам понравилась музыка?
Все, что Воробьев мог сказать по этому поводу, не заняло бы и полминуты, он совершенно не следил за сюжетом, не знал имен главных героев и смутно помнил, как выглядят декорации. Восторг и трепет пронеслись мимо, не задев даже ветерком.
– Да, согласен, музыка нормальная, – выдал он и последовал за толпой, не сомневаясь, что восторженная Инна потянется следом. С удивлением он обнаружил ее руку на своем локте и недовольно насупился. Беспардонная дамочка!
– Давайте посмотрим фотографии актеров, – предложила она. – Я в каждом театре обязательно разглядываю фотографии!
– Зачем?
– Интересные лица, и актеры часто совсем не похожи на тех героев, которых…
– Вы заядлая театралка? – перебил Воробьев, останавливаясь около фотогалереи.
