Первые акции против российской собственности Украина предприняла еще в конце апреля, арестовав имущество Одесского НПЗ, предприятия, которое, как мы отметили, находилось в последнее время у российского банка ВТБ.
Ответные меры России
А каковы активы украинского бизнеса в России? Назовем наиболее крупные. «Кернел» Андрея Веревского владеет заводами по производству подсолнечного масла и долей в одном из портов. ДТЭК Рината Ахметова принадлежат три угольные шахты и обогатительная фабрика. Юрию Иванющенко и Ивану Аврамову — Армавирский «Тяжмаш», Петру Порошенко — Липецкая конфетная фабрика. Анатолию Юркевичу — Останкинский молочный комбинат. Москомприватбанк уже столкнулся с особым вниманием россиян. Банк России с 6 марта назначил в банке временную администрацию.
Некоторые наши аналитики поспешили поднять панику по поводу дисбаланса в активах двух стран: мол, их инвестиций в России намного меньше, чем наших у них. Но они забывают, что Крым уже наш и что он буквально напичкан активами украинских олигархов и чиновников. Собственно из-за этих активов и начался шум-гам под названием «конфискационная война». Государственные активы Украины в Крыму перешли, как мы выше отметили, на баланс Российской Федерации. А частные остались в неприкосновенности. Глава парламента Крыма Владимир Константинов в начале июня предложил принять федеральный закон о противодействии терроризму, который позволит конфисковать крымские активы у украинских бизнесменов, участвующих в подготовке и финансировании силовой операции на Юго-востоке Украины. Речь идет о предприятиях, связанных с Петром Порошенко, Игорем Коломойским, Арсением Яценюком. «Очень руки чешутся всю эту мразь наказать, но надо действовать в правовом русле. США применяют в таких случаях антитеррористические законы, очень жесткие. Они касаются, в том числе, собственности пособников террористов. Так и нам нужно принять законы, чтобы мы имели право в законном порядке, через судебных приставов конфисковать имущество у тех, кто занимается геноцидом мирных жителей. Чтобы оно не служило источником финансирования карательных операций. Если такой закон будет принят, мы очень быстро в Крыму разберемся», — заявил Константинов. Он привел в пример ситуацию с «Приватбанком», описав ее так: «Они ограбили крымчан, взяли миллиарды гривен, которые были на счетах в Севастополе и в Крыму. «Отмыли» эти деньги через заграницу и пустили на финансирование «Правого сектора», на государственный переворот». «Предполагаю, что люди, связанные с финансированием бойни на Украине, сейчас активно прячут свои крымские активы. Будут их перебрасывать на других владельцев, переоформлять, чтобы скрыться от возможных санкций. Уверен, ничего у них не получится», — подчеркнул спикер крымского парламента. Таким образом, активы двух стран не так уже несопоставимы, как это кажется на первый взгляд. При этом власти России и Крыма придерживаются законности, подчеркивая, что национализации частных активов не предвидится. Речь идет лишь об имуществе, приобретенном с нарушением законов. А также об имуществе, доходы от которого использовались в преступных целях. В первую очередь, для финансирования Майдана и так называемой «антитеррористической операции» на Юго-востоке Украины, которая уже привела к гибели многих сотен людей.
Кампаний конфискаций — PR-акция или начало большой экономической войны?
Предположим, что все активы на сумму 3,8 млрд. долл. (оценка российских накопленных инвестиций на Украине) принадлежат российским компаниям, «находящимся под эффективным контролем государства». Даже если все они будут конфискованы, то их хватит для покрытия лишь 4 процентов того счета, который Киев предъявил нам по Крыму. Негусто.
Правда, кроме прямых российских инвестиций на Украине имеются также российские активы в виде кредитов наших банков украинским компаниям и организациям, причем их объем почти на порядок превышает прямые российские инвестиции. Примечательно, что рейтинговое агентство Fitch оценило риски российских банков на Украине, то есть выданные кредиты вместе с процентами в 28 миллиардов долларов. Однако, ни в законе, ни в заявлениях украинских руководителей о конфискации российских кредитных активов пока никаких упоминаний не было. Конфискация таких активов фактически означает, что власти Киева санкционируют бойкотирование украинскими компаниями своих обязательств по кредитным договорам. Вряд ли украинские власти пойдут на такой шаг, который приведет к «неуправляемому хаосу» в экономике страны.
Стоит отметить, что на Украине много российских денег, они приходят в страну через российские банки. Что касается банков, то их конфискация способна спровоцировать падение всей банковской системы страны. Поэтому риск потерять банковские активы на Украине, по оценкам самих российских банкиров, невелик. Надо иметь в виду, что процедура экспроприации собственности очень растянута во времени. Если Киев решится на экспроприацию госсобственности, то российский бизнес может просто вывести средства из Украины. Данный шаг может стать серьезным ударом для страны, находящейся в преддефолтном состоянии. Таким образом, «невидимая рука рынка» сделает свое дело. России даже не придется вступать в экономическую войну.
Бизнесмены, владеющие активами в РФ и на Украине, разошлись в оценках действий Киева. Многие бизнесмены не отрицают, что угрозы со стороны Минюста и Правительства Украины могут продолжаться. Но вот вероятность принятия каких-то конкретных шагов (проведение прокурорских расследований и возбуждение судебных дел) они оценивают уже намного ниже. А позитивные результаты практических шагов оценивают еще ниже. В крайнем случае, санкции Киева могут «зацепить» некоторые российские госкомпании, а частным компаниям беспокоиться не о чем.
Но эту точку зрения разделяют далеко не все. Некоторые не исключают варианта полного правового «беспредела», похожего на большевистские экспроприации времен гражданской войны и военного коммунизма в Советской России. «Сейчас украинские власти способны на что угодно, причем в других странах их признали и покрывают, — заявил российский бизнесмен, у которого есть активы на Украине. — Я не докажу ничего даже своим европейским партнерам. Если Киев реально начнет отнимать активы, его никто не удержит, и в украинских судах ничего доказать будет невозможно».
Многие украинские и российские юристы оценивают заявление министра юстиции Украины Петренко скорее как средство психологического давления на Россию. Физически они мало что могут арестовать на своей территории, а арест российских активов в других государствах еще более сложен, т. к. там правоохранительные органы не очень склонны участвовать в политических играх Украины. Украинские юристы неофициально признают, что Генпрокуратура Украины может арестовывать имущество в рамках конкретного уголовного дела, однако увязать аресты и конфискации с аннексией Крыма представляется крайне сложным делом. И дело не только в недостаточности юридических оснований. Имеются аргументы экономические в пользу сохранения status quo. Многие предприятия, принадлежащие российским инвесторам, ориентированы на рынок восточного соседа Украины. Без участия российских инвесторов эти предприятия превращаются в ненужную игрушку: они лишаются рынков сбыта, а иногда также источников сырья и кооперационных связей с российскими предприятиями. Так, мы уже упоминали принадлежащее «Росатому» краматорское предприятие «Энергомашспецсталь» (ЭМС). Оно является важным звеном в производстве комплектующих для энергомашиностроения (как российского, так и украинского). Его конфискация может вызвать симметричный ответ со стороны россиян, которые монопольно снабжают украинские АЭС ядерным топливом.
Украинский политолог Владимир Фесенко считает заявления Павла Петренко «исключительно элементом информационной войны, причем не очень умелой. Подобные демарши ухудшают положение президента Украины и портят жизнь премьеру».
После выборов президента Украины все ждут заявлений Петра Порошенко по поводу конфискаций российских активов. Он еще на этот счет не высказывался. Значительная часть украинских парламентариев полагает, что церемониться с Россией нечего, благо на откровенно разбойные шаги их поощряет Вашингтон. Один из лидеров парламентской фракции «Батькивщина» Александр Бригинец полагает, что «если Россия не станет платить (компенсации за убытки от потери Крыма. — В. К.), будем забирать плату российским газом, идущим транзитом в Европу. Станем откачивать его в украинские хранилища. Также мы изучаем возможность конфискации принадлежащей России недвижимости — например, здания посольства». На наших глазах при попустительстве Вашингтона происходит формирование на Украине эпицентра военной и экономической нестабильности, который может затронуть не только Россию, но всю Европу.
