– О волшебница! Молодость и красоту? – переспросил Рахман. – А дарует ли эта вода благосклонность прекрасных женщин?
Прекрасная Ли обернулась к юноше и окинула его долгим оценивающим взглядом.
– Не ищи благосклонности женщин в водах мира, ищи ее в своем сердце, открытом прекрасному.
Рядом с водопадом нашлась и пещерка, где можно было без опасения оставить свою поклажу. И вот миг отрады наступил. Неизвестно, правду ли говорила девушка – действительно воды текли по травам, дарующим молодость и красоту. Но это было не так и важно – чуть теплая вода омыла усталые тела и изнуренные души, даровав момент чистой радости и незамутненного удовольствия.
Первым вышел из-под теплых струй Сейид. Разложив платье сушиться в нежных солнечных лучах, он прикорнул у скалы, опершись на заросший мхом камень. И, да поможет ему Аллах всесильный, этот камень показался ему куда мягче и желаннее любого роскошного дворцового ложа.
Рахман же не мог отвести взора от тоненькой девичьей фигурки, нежащейся в теплых струях водопада. Необыкновенная красота, удивительная душевная сила и стойкость прекрасной Ли сейчас не значили ничего по сравнению с тем чувством, что рождалось в его душе. «Она должна стать моей! Эту женщину Аллах великий создал для меня! Нет и не будет лучше ее, красивее и мудрее малышки Ли!»
Но сейчас, любуясь прекрасной женщиной, Рахман ощутил и жгучее желание, какое объяло его с невиданной ранее силой. О нет, никогда расчетливые объятия не могли дать такой невероятной жажды соединиться немедленно, в тот же миг!
Рахман шагнул под струи водопада и взял девушку на руки. Она нежно улыбнулась, провела рукой по лицу юноши и проговорила:
– Наконец ты смог договориться со своим страхом.
– О, звезда моей жизни, больше нет и не будет страхов. Если ты останешься со мной.
Ли не ответила ни слова, лишь позволила Рахману унести ее в уют крошечной пещерки, вход в которую скрывали лианы.
До слуха Ли доносилось нежное журчание воды. Солнечный свет, проникавший сквозь густую сеть лиан, позволял видеть красивое лицо юноши, его яркие глаза, сиявшие в полутьме.
Рахман, однако, лишь задумчиво смотрел на Ли, пока та первой не нарушила молчание.
– Ты мечтал сорвать с моих уст поцелуй?
Юноша медленно, сладострастно окинул Ли взглядом.
– Пожалуй, я начну с иного. Одного поцелуя мне будет мало. Я хочу показать тебе, прекраснейшая, и силу прикосновения.
Ли на миг стало не по себе.
– Рахман…
– Я мечтал прикоснуться к тебе с того самого мига, как увидел. Мне кажется, о единственная девушка в мире, что в любовных делах ты не столь сведуща, как в знании природы.
– Увы, Рахман, – Ли повесила голову. – Ты прав, ибо я знаю о соитии мужчины и женщины лишь по рассказам и книгам.
– Тогда в этом странствии я стану твоим проводником. Ты согласна, звезда моего сердца?
– Да.
– Научу тебя всему. А сейчас я хочу показать, сколь сильные ощущения могут возникнуть между мужчиной и женщиной всего лишь от легкого касания.
– Но это же, должно быть, и так понятно.
Рахман лукаво улыбнулся.
– Но ты должна не знать, а почувствовать.
В ярких глазах юноши появился вызов, только усиливший лихорадочную дрожь, изнутри снедавшую тело Ли.
Ли замерла, когда Рахман взял ее правую руку и повернул запястьем вверх, но отвести взгляд было выше ее сил. Девушка зачаровано наблюдала, как Рахман кончиком пальца рисовал на ее ладони причудливые узоры, следуя капелькам, оставшимся на кисти после омовения в водопаде.
Когда Рахман достиг самой чувствительной точки, простое касание пальца заставило Ли затрепетать всем телом.
Девушке казалось, что нужно как можно скорее вырвать руку. И тем не менее продолжала поддаваться ласкам Рахмана, который касался нежной плоти. Кожа молодой женщины запылала огнем.
Ли в испуге попыталась освободить руку.
– Не двигайся, – приказал Рахман.
– Мне щекотно.
– О прекрасная, тебе не просто щекотно.
Юноша поднял голову и посмотрел в глаза Ли. В его взгляде танцевали игривые огоньки. Он знал, он прекрасно знал, как на нее подействуют его умелые ласки!
Рахман оставил ее запястье и продолжил чувственную пытку: кончики его пальцев стали медленно подниматься к плечу. Ли почувствовала, какая дикая жажда обладания таится за этими легкими прикосновениями. А когда пальцы Рахмана поднялись до самого горла и нашли беззащитную ключицу, девушку захлестнула горячая волна доселе неизвестных ощущений. Лихорадочный жар только усилился, когда палец Рахмана заскользил по впадинке между ее грудями.
– Ли… – едва слышно проговорил Рахман, когда девушка сделала попытку вырваться.
Ли шумно сглотнула, ей показалось почти невозможным оставаться спокойной, когда этот смуглый, стройный юноша продолжил свои нежные действия. Самым удивительным было то, что ей нравились эти прикосновения, она хотела, чтобы Рахман к ней прикасался.
Его рука заскользила вверх по ее коже, лаская нежную шею.
– Признайся, ведь тебе это очень нравится.
Его голос бархатом услаждал слух, а пальцы наслаждением воспламеняли кожу.
Да, Ли было хорошо, она не могла этого отрицать. Возбуждающие ласки Рахмана заставляли ее тело трепетать от удовольствия, обжигая страстью все ее существо, от кончиков мокрых волос до пальцев на ногах.
Ответа не последовало, и Рахман медленно поднял палец от шеи к подбородку и заставил Ли посмотреть ему прямо в глаза. Когда она встретила взгляд юноши, ее сердце забилось так, словно хотело выскочить из груди, кровь с бешеной скоростью понеслась по жилам.
Рахман снова прикоснулся к шее Ли, слегка придавив уязвимую ложбинку в основании. Затем, скользнув выше, провел большим пальцем по ее скуле. Ли вздрогнула от сладости ощущения.
Потом опытный юноша еще дважды неторопливо, вызывающе провел большим пальцем по скуле девушки, а затем с завораживающей медлительностью перешел к ее щеке.
Пристальные глаза Рахмана приковывали взгляд Ли, а нежные пальцы дразнили ее горящую кожу. Ли не в силах была отвернуться. Она зачарованно смотрела на юношу, отдаваясь нежной атаке его пальцев. Ли почти перестала дышать, когда Рахман большим пальцем провел по ее влажным, полуоткрытым губам, а потом надавил немного, чтобы проникнуть в уголок ее рта.
Сердце до боли отчаянно забилось в груди, и Ли на мгновение показалось, что Рахман собирается поцеловать ее. Но его рука оставила ее щеку и снова опустилась к шее. Его ладонь легко заскользила по обнаженной коже, даря восхитительные ощущения, оставляя за собой огненный шлейф.
Когда Рахман обольстительно повторил пальцем очертания ключицы, кожа Ли воспламенилась. Однако он остановился, как только достиг возбужденно припухшей груди. Вместо того чтобы продолжить движение вниз, его теплые руки властно легли на плечи Ли. Рахман приблизился еще на шаг.
