закрепившимися в его психике, ассоциативно связанными с особенностями первичной ситуации. В результате, встречаясь в жизни с ситуациями, чем-то ее напоминающими, субъект переживает чувство беспомощности и старается их избегать, т. е. боится, даже если знает, что реально они не несут угрозы.
Основная задача терапевта состоит в том, чтобы вытащить клиента из позиции жертвы и избавить от застрявших эмоций.
Поясним это на примере разговорных фобий, когда человек боится выступать публично. Он может бояться произносить тосты на празднике, выступать со сцены, делать доклады, отвечать на уроке или семинаре и т. д. Причины этого весьма неприятного для человека синдрома обычно таятся в детской травме в период начальной школы. Ребенка могли публично высмеять или наказать, он мог сам «опозориться». Лечение происходит в воображении, когда он оказывает сопротивление преследователям и побеждает или высмеивает их. После он может их простить.
В первом классе девочка была разговорчивой и весело болтала с соседом по парте. Учительница вывела ее из класса и на весь урок оставила стоять за дверью, а после урока отвела к медсестре и спросила: «Что мы делаем с болтливыми девочками?» Та спокойно ответила: «Языки им отрезаем». Этого было достаточно, чтобы девочка больше не болтала на уроке, но она вообще утратила способность свободно разговаривать с другими людьми. Она по большей части молчала и слушала. Ей трудно было отвечать на уроках, в институте – выступать на семинарах, делать доклады, говорить что-то в компании. В семье она тоже не могла поделиться ни с кем своими чувствами, все рассказывали ей о своих проблемах, но никто не слушал ее, она стала играть роль «мусорного ведерка».
Мы случайно задели эту тему в терапевтической группе, и девушка отреагировала сильной психосоматической реакцией. Ее челюсти были так напряжены, что она с трудом, с каким-то мычанием рассказывала об этой проблеме, выдавливая из себя каждое слово. Однако мы выяснили истину, и я спросил: «Что бы ты сделала с этой учительницей и медсестрой, если бы могла?» Подумав, она смущенно ответила: «Языки бы им вытянула, связала их между собой и подвесила к большому вентилятору на потолке». «Сделай это прямо сейчас», – сказал я. Она подняла глаза вверх и плакала и смеялась, наблюдая эту воображаемую сцену. Через некоторое время она сказала, что полностью удовлетворена и может их отпустить, что и сделала. Больше она не боялась, вся область рта расслабилась, и она почувствовала способность свободно говорить.
В этом случае видно, во-первых, что мысленное наказание преследователей обычно касается той же области тела (в данном случае языка) или психики, которая подверглась нападению. Во-вторых, желательно, чтобы оно заканчивалось прощением, иначе клиент останется с ощущением, что совершил нечто жестокое, пусть и в воображении.
На семинаре студентка обратилась с вопросом, можно ли ей помочь: она боялась произнести тост на свадьбе брата. Выяснилось, что во втором классе ее перевели в другую школу. Отвечая урок, она вызвала смех новых одноклассников. С тех пор у нее был постоянный страх выступать публично, отвечать у доски и т. д. Представляя себе ситуацию на свадьбе, она чувствовала непреодолимый барьер для произнесения тоста. Я предложил ей в воображении представить себя в той исходной ситуации и посмеяться над обидчиками так же, как это сделали они. Она проделала это. После чего попробовала мысленно произнести тост на свадьбе брата и почувствовала, что проблем больше не будет. Через две недели она подтвердила, что теперь все хорошо, все прошло удачно и на свадьбе, и на ее дне рождения.
На занятии мастер-класса студентка заявила о своем страхе входить в автобус. Этот страх был похож на рыжего усатого таракана. Я предложил ей представить еще один образ – символизирующий ту часть личности, на которую воздействовал «таракан». Это была какая-то серебристая полусфера. Интерпретация этих образов вызывала затруднения, однако я предложил студентке давать много энергии серебристой «полусфере» и рассказывать мне, что происходит с образами. Девушка начала эту работу и сказала, что из серебристой «полусферы» почему-то вылез серебристый «молоточек» и стал гвоздить «таракана». И лупил его до тех пор, пока от того не осталось мокрое место, которое девушка с брезгливостью смыла воображаемой водой.
После этого она ощутила огромное облегчение и вдруг вспомнила, что, когда была девочкой-подростком и ехала в автобусе, какой-то усатый грузин стал хватать ее за коленки. Она завизжала, и мужчины вытолкали этого грузина из автобуса. Однако с тех пор каждый раз, садясь в автобус, она испытывала очень неприятные чувства и перестала ездить. Еще она стала бояться темных аллей, даже когда знала, что они безопасны.
Теперь смысл образов стал ясен: «таракан» символизировал того грузина, а серебристая «полусфера» – ее нежное девичество. Энергетизация «полусферы» привела к тому, что девушка дала отпор преследователю и избавилась от страха.
Мы проверили результат на воображаемой ситуации – больше страха перед автобусом не было. Позднее она подтвердила, что страх прошел и она еще многое поняла о своих проблемах.
Последний пример уникален тем, что вся работа заняла не более пяти минут. Студенты, наблюдавшие со стороны, решили, что это какой-то фокус. Однако это вполне логически выстроенная терапия.
Избавление клиентов от фобии, возникшей в результате травмы, – самый простой случай, успех достигается за один сеанс, иногда за полчаса прямо на семинаре. Однако встречаются ситуации, которые могут поставить в тупик.
Прямо на семинаре студентка попросила избавить ее от фобии высоты. Она боялась забираться на стул, стол, особенно на стремянку, но побывать на высоком здании – почему-то нет. Я спросил, не было ли в ее детстве какой-то травмы. Она тут же рассказала, что ее отец любил такую игру: он бросал девочку на диван (отец был высокий и сильный мужчина), она подскакивала, смеялась и бросалась ему на шею, и так повторялось много раз. Однажды он промахнулся (ей было лет шесть), она упала спиной на пол, было очень больно. Мама набросилась на отца с криком, а ей даже хотелось защитить его, но больше он никогда так не играл с ней. С тех пор она и стала бояться высоты.
Надо бы по логике прежних работ дать отпор преследователю – но кто преследователь? Кроме того, она любит отца! Тогда я выбрал другой путь. Я предложил ей вспомнить, какие чувства она испытала, когда упала. Она сказала, что это были страх, боль, переживание за отца. Я спросил, в каком месте тела концентрируются эти чувства. Она ответила, что в области груди. Следующий вопрос: «Каким звуком могли
