Девушка уже не чувствовала ни ледяного ветра, ни холодного песка, врезающихся в спину. Теперь стихия бушевала у нее внутри. Но зная о своём слабом иммунитете и как опасно для женщины переохлаждение она решила вернутся в дом и одела свитер. Страсть страстью, но ещё не хватало подхватить цистит.
— Разве ты не беспокоился, что я простужусь? Может вернёмся в дом?
— А разве ты сама за меня не решила, что мне плевать?
Это действительно было безумие — заниматься любовью на песке, в штормовой, холодный вечер … Ведь в восьми метрах от них дом, где тепло и мягкая постель.
— Не знаю, как ты, а я бы сейчас не отказалась, от горячей ванны и большой чашки чая.
— Сначала мы займёмся любовь. На огромной кровати, я слишком долго ждал этого и хочу насладиться каждой минутой проведённой тобой.
Он натянул на нее свою кофту, укрывая от холода. Прижав её к себе с неожиданной нежностью, Майк нежно поцеловал её в лоб и повёл в дом.
Глава 29
Ночь страсти.
Жажда власти над душой человека бывает не менее сильной, чем стремление к физическому обладанию.
Артур Конан Дойл
***
Майк отнёс Монику на кровать, затем поспешил избавить её и себя от одежды. Никакая сила на земле не удержала бы его теперь от обладания её телом. Девушка чувствовала, что находится под гипнозом его черных загадочных глаз. От одного вида его обнаженного, идеально пропорционального тела у нее перехватило дыхание, и странное чувство возбуждения, зарождаясь внизу живота, как жидкая ртуть, стало растекаться по всему телу, вызывая почти болезненное желание.
— Я хочу тебе признаться, что с тех пор, как я встретил тебя, я не спал ни с одной женщиной.
Моника была удивлена.
— Ты думаешь, я в это поверю?
— Конечно, поверишь, когда увидишь, как я изголодался по женской ласке, — тихонько рассмеялся Майк.
Он прижался губами к ее рту и стал целовать. Моника почувствовала еще более сильный прилив желания. Его поцелуи были страстными, сладкими и нежными, но через минуту стали более напористыми и властными. Они лежали рядом, лаская друг друга, целуясь, и с каждой секундой их желание разгоралось все сильнее, пока не достигло апогея. В ее сознании не осталось ничего, кроме всепоглощающего эротического желания и физического блаженства, которые разжигал в ней Майк.
Она не чувствовала тревоги, не чувствовала ничего, что бы охладило огненную лаву желания, протекающую по ее венам.
— Не двигайся, — прошептал Майк. — Я всё сделаю сам. Просто наслаждайся. Тебе понравится все, что я буду с тобой делать.
Девушка кивнула и застыла в ожидании мига, когда он коснётся её. Мысли об этом заставляли её кровь бурлить в ожидании.
— Какая же ты красивая, — выдохнул он, и нежно поцеловал ее в ложбинку меж грудей.
Он изучал её тело, пытаясь отыскать самые чувствительные зоны, которыми оказались шея и спина. Наслаждение готово было взорвать её на тысячи осколков. Никогда ещё её никто не ласкал подобным образом. Он словно не мог насытиться ею. Наслаждаясь каждым сантиметром её тела. Она стонала и извивалась в его умелых ласках, чувствуя как его губы изучают каждый её дюйм. Он подчинял себе ее тело, как океан подчиняет берег. Ощущения, которые дарили его руки ее телу, были фантастические. Майк приник губами к ее уху и вкрадчиво зашептал чувственные и бесстыдные, слова, заставившие ее краснеть и ликовать. Затем он принялся игриво покусывать ее шею. Ей это безумно нравилось, хотелось заниматься с ним любовью долго-долго. Моника больше не могла быть пассивной, её переполняли эмоции. Она заняла позицию «сверху» и стала покрывать лицо и шею Майка поцелуями, сжимая его сильные плечи.
— Ты такая страстная. Такая сексуальная. Мечтая о любви с тобой, я и представить не мог, что ты такая ненасытная.
Ее тихий, женственный стон был музыкой для его ушей. Её ноги были закинуты ему на плечи. Уверенным движением он проник в ее тело и окунулся в уютную, обволакивающую теплоту. Когда она почувствовала, что они стали одним целым, Моника поняла, что это то самое, чего она так хотела. Взрыв чувств, эмоций, вожделения и оргазм.
Когда всё закончилось, они лежали рядом, молчали, так как слова им были не нужны. Майк первым нарушил тишину:
— Это было… У меня просто нет слов, чтобы описать…
— У меня тоже, — нежно ответила Моника.
У неё с ним всё было по-другому. Их ночь была прекрасна. Теперь она еще больше любит его. Что бы будущее ни готовило ей, Моника знала: она всегда будет любить его.
Глава 30
Беременность
Это было слишком хорошо, чтобы длиться долго.
Бернар Вербер
***
Следующая неделя была настоящим раем для Моники.
Они с Майком ни на минуту не расставались друг с другом, плавая в море и гуляя по острову. Вечера они проводили, работая над книгой. За ужином они подолгу разговаривали. Затем проводили ночь в постели.
Некоторое время спустя Моника поняла, что беременна. У неё была задержка уже шестой день, периодические головокружения и её тошнило от любой еды и резких запахов. Чтобы удостовериться в своей правоте она нашла пару тестов на беременность в аптечке. Оба теста оказались положительными.
Шатенка поняла, Майк не может быть отцом ребёнка, так как их совокупление было всего лишь пару дней назад. Значит отец — Джон и по её подсчётам ребёнку около семи недель. Целых семь недель она носит под сердцем ребенка, крохотное живое существо, которое будет напоминать ей о ночь, проведённую с Джоном.
Сначала она не знала радоваться или огорчаться. Моника не хотела ребёнка, тем более вне брака. Да и замуж она тем более не хотела. Ей просто хотелось пожить для себя и в своё удовольствие. Развлекаться и делать, что хочется.
Да ей хотелось встретить достойного мужчину, которым являлся Джон, но она должна была убедиться, что он тот самый. А теперь в её жизни полная неразбериха. Она на острове с мужчиной, который, безусловно, ей нравиться, с которым ей хорошо в постели, но с которым мало шансов на совместное будущее. Он не давал ей обещаний, а вся клятвы данные в постели нельзя рассматривать серьёзно. А теперь она ещё и беременна от мужчины, который уже и позабыл о её существовании, который сейчас нежиться в объятьях светловолосой красотки.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
