Сегодня погода решила ещё больше нас порадовать теплом, но, не расслабляясь, я всё же накинула тёплый плащ, прежде чем отправиться выращивать вторую часть таверны. Уже зная чего ожидать, повторила весь процесс с другой стороны участка. В этот раз зрителями были: бабушка, Айю и довольный жизнью Барст — как только он появился, то с улыбкой до ушей заявил, что его мать выпила зелье и впервые за долгое время погрузилась в крепкий сон без горячки, а когда проснулась, то заверила, что ей стало немного легче. Значит, зельевару не суждено испробовать на себе моей скалки. И это не могло не радовать.
На душе после новостей стало так тепло, что казалось, даже воздух вокруг поспешил подстроиться. Правда, явно перегибая — чем активнее вёл себя росток в моих руках, тем жарче мне становилось. Заметив моё тяжелое дыхание и испарину на лбу, бабушка уже хотела снять с меня плащ, но Барст её опередил.
— Верити, может, стоило сделать перерыв? А то и дня не прошло с посадки первой ветки, — спросил парень, лишая меня тёплой одежды и тем самым позволяя почувствовать себя лучше.
— Глупости, — фыркнула я, не забыв благодарно посмотреть на Барста, и напомнила: — Они сами по себе являются источниками магии, так что сил из меня не тянут. Просто я переволновалась — слишком много хороших событий. Тёмный фейри не обманул, маг не напортачил и совсем скоро Рамира поправится и…, — пустилась перечислять, а в конце сделав хитрую гримасу, сострила, — возьмётся за твоё воспитание. А то ведь совсем от рук отбился!
Летающая вокруг меня фея захихикала, а вот Барст ответил на шутку в своём духе:
— Злая ты, замуж тебе пора, — прилетела ответка от рыжего наглеца. После такого бабушка за его спиной просияла и подключилась к излюбленной теме:
— Мальчик дело говорит, милая. Тебе уже почти двадцать годков, а ты всё в девках.
Уф, ну началось.… Вот же поганец, прям с козырей зашёл — эту тему при ба поднимать ну никак нельзя. Сразу начинает пилить.
— Угу, — растеряв всё веселье, недовольно начала я, — где те женихи были, когда мы одной морковкой питались? Когда нам на голову дождь лил, потому что некому было прохудившуюся крышу чинить? Или пока по дому жуткие сквозняки гуляли? Не было их. А теперь, когда мы в шаге от успеха, а он точно не заставит себя ждать, никакие женихи мне не нужны.
Хоть мои слова имели смысл, ведь зачем мне тот, кто придёт и соберёт все сливки, даже Айю покачала белокурой головой, а деревце в моих руках сочувственно затрепетало. Дожилась, даже феи с растениями мне сочувствуют.
— А как же тот серый волк? — хохотнул Барст, ловя мой гневный взгляд. — Он же вокруг тебя уже дорожку вытоптал.
— Какой ещё волк? — недоуменно спросила бабушка, тут же навострив уши. И ведь даже чепец такому действу не помешал.
Моим безмолвным обещаниям, намылить кое-кому шею, как только у меня освободятся руки, мальчишка не внял.
— Да есть тут один оборотень, — заявил Барст, поигрывая бровями, — да не простой, а весь из себя загадочный!
Бабушка вначале просияла, я же в это время скрипела зубами, но тут она что-то вспомнив, встрепенулась, поправила сползающую с плеч шаль и, скрывая улыбку, спросила:
— А это не тот часом оборотень, что тебя, Барст, за шкирку притащил?
Мальчишка вздрогнул, сделал большие глаза и принялся оправдываться:
— Бабуль, ну вы как скажите… Никто меня не тащил, я сам пришёл!
Злорадно посмеиваясь, я украдкой вздохнула, потому что внимание успешно сместилось со скользкой темы. Ну а что мне тут можно ответить? Сама не понимаю, почему Киллиам то и дело не просто возникает на моём пути (а как оказалось я на его появляюсь гораздо, гораздо чаще), так теперь ещё и помочь при каждом случае пытается. Ненавязчиво так, будто знает, что иначе мне подобное станет в тягость. Не понимаю этого оборотня, впрочем, как и себя.
Пока Барст с бабушкой спорили — было видно, что ба просто забавлялась, а вот парень серьёзно вознамерился доказать, что уж он-то не боится волков в человечьей шкуре — Айю нырнула в крону всё слабее светящегося деревца и оттуда блаженно пропела:
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
— Какая чистая энергия, прямо как в царстве фейри. Словно дома побывала и зарядилась!
А вот такое интересно. Я и раньше задумывалась на эту тему, но за бесконечной работой забывала спросить.
— Айю, вы со спригганом, получается, имеете общие корни? Ты светлая фейри, он тёмный.
Из сочной листвы, щедро обрастающей цветами, показалась голова феи и, она, так непривычно улыбнувшись, ответила:
— Да. Феи принадлежат к светлой стороне природы, а спригганы к тёмной, — после чего скуксившись, продолжила: — Но они давно перестали возвращаться в царство — им проще жить здесь. В отличие от нас они умеют получать энергию из…, — Айю прервалась на полуслове, но я поняла, что она имела в виду, потому закончила за неё:
— Из живых существ. Для них мясо источник энергии? — предположила, убирая руки от полностью расцветшего деревца.
Выпорхнув из кроны, фея замерла напротив моего лица и, кивнув, поведала:
— Мы не можем поглощать чужую энергию. Исключение — только родственная, что принадлежит спригганам.
— И поэтому ты так реагируешь на лозу, — сказала я скорее утвердительно, чем вопросительно.
Со стороны дороги послышались голоса — как раз подошло время, когда въезд в Торшильд оживлялся. Не желая быть увиденной, Айю подлетела ко мне и бессовестно шмыгнула в ворот платья. Будь на её месте фей, то я тотчас бы его изгнала из своего декольте, но раз уж это не мини-парень, решила оставить как есть.
— Ты верно подметила, — донеслось у меня из-за пазухи, — спригганы сородичи фей. Хоть они не плохие, но делиться с нами энергией не любят, кличут паразитами и прогоняют. А у тебя теперь будет целый дом, который сможет питать таких как я!
Услышав данное заявление, я даже на месте застыла, а ведь только что хотела последовать за бабушкой и Барстом — увидев, что всё закончено, ба предложила отметить это дело чаем.
— Божечки, — прошептала я, осознав всю степень возможной катастрофы, — только не говори, что: во-первых, моя таверна будет, э-э-э, кушать посетителей, как её создатель пирожки с мясом, а во-вторых начнёт притягивать фей…. Мне не нужны ещё нахлебницы! И уж тем более плотоядная таверна!
Кажется, вышло слишком громко, потому что ба взволнованно выглянула из-за двери. На что я натянуто улыбнулась, и махнула ей, мол, иди, я скоро присоединюсь.
Наблюдающая за сменой эмоций на моём лице фея затряслась от смеха, отчего моя грудь будто включила виброрежим.
— Хи-хи, ты такая смешная, — объявила эта паразитка, не понимая, что я из последних сил сдерживаюсь, чтобы не прихлопнуть её как моль. Наверное, заметив кровожадный блеск в моих глазах, Айю поспешила проглотить смешок, снова сделать грустные глаза и приняться объяснять: — Это же тотем, а не живой спригган, который любит мясо. А феи не смогут без спросу поселиться здесь, ведь тотем будет слушать только тебя, и если ты захочешь, он не подпустит к себе магических созданий.
Сказанное помогло чуть расслабиться, а ещё понять, что лозы-ростки, оказывается, зовутся тотемами. Странно, что маг этого не знал. Видимо происходящее и правда уникальный случай, когда, можно сказать, сами звёзды сошлись — ненормальная попаданка, которую после перерождения мало чем удивишь и не самая стандартная нечисть, решившая схитрить и забить на охоту. Мы словно нашли друг друга.
Однако шутки шутками, но у меня теперь возник вопрос.
— Слушай, Айю, спригган говорил, — припомнила, — что как только всё будет готово, я могу пожелать, и дом станет прочным. Насколько я поняла это что-то вроде обращения в камень. Так как, м-м-м, тотем тогда сможет мешать проникновению фей?
— А зачем тебе это? — неожиданно серьёзно спросила фея. — Я чувствую удивительный поток жизненной силы, скрытый в тотеме, а это значит, что живым он будет тебе куда полезнее, чем мёртвым.
— Всё ли тогда будет в порядке…, — произнесла, ощущая сомнения. Но тут вроде как излишне плаксивая фея вдруг показала себя с другой стороны.
