была бы такой ласковой. А может быть, они приветливо болтали бы друг с другом, оставив его в одиночестве, или уже катались бы вот по этому берегу, вцепившись друг другу в волосы?
Да, поведение девчонок – вещь непредсказуемая. Но, всё равно вдали от Ларни, с которой он в своей жизни не расставался больше чем на три дня, ему было тоскливо и неуютно. Даже рядом с Сато…
– Думаешь о своей девушке?
В глазах Сато зелёные искры хитрости сменяли красные, означавшие недовольство и раздражение. Стефану не хотелось рассказывать ей о Ларни, но он не умел врать и кивнул, едва успев подавить вздох. На долю секунды среди зелёных и красных искр полыхнули белые – ярость, но они сразу же сменились жёлтыми – задумчивость, а потом и вовсе синими – благодушие и расположение.
Удивительно, но по лицу Сато, хоть его и нельзя было назвать неподвижным, было невозможно узнать о её чувствах, но искры в глазах выдавали её с головой и Стефан быстро научился читать их словно открытую книгу.
– Интересно было бы на неё взглянуть! – задумчиво произнесла Сато, глядя в пространство. – Любопытно, как она выглядит?
Стефан чуть было не сказал, что ей достаточно взглянуть на своё отражение, но он вовремя сдержался и произнёс только:
– Вы с ней похожи.
Однако и этой фразы оказалось достаточно для взрыва.
– Мы?! Похожи?! Внешне похожи? Но этого не может быть! Люди не бывают просто так похожи на членов нашей семьи, если только… Неужели папаня опять погулял? Да нет же, это невозможно. Он ведь заперт здесь и надолго, а на расстоянии делать детей даже он не может. Но всё равно было бы интересно на неё взглянуть!
– Если выйдем отсюда, я вас познакомлю, – решил схитрить Стефан.
Сато вдруг погрустнела, поникла и, обняв руками ноги, уткнулась лицом в колени.
– Мне нет хода наверх, – печально сказала она.
– Почему?
– Запрещено. Видишь ли, когда я была ещё маленькой и глупой, то натворила на Земле таких дел, что мне строго-настрого запретили туда возвращаться. И не просто запретили, а так запечатали все пути туда, что никаких сил не хватит пробиться через эти заслоны.
– Что же ты такого натворила?
– Тебе интересно? Хорошо, я расскажу. Сначала всё было тихо и мирно. Я играла в куклы и кубики на почти необитаемых островах севера и юга. Очень любила строить маленькие домики из цельных каменных плит и расставлять в самых разных местах Земли. Иногда просто ставила длинные камни торчком, чтобы посмотреть, сколько они так простоят, пока не свалятся. Был у меня один остров, где "жила" целая семья моих куколок. Их надо было втыкать в песок, чтобы они могли стоять. Они были вырезаны из камня, довольно грубо, но много ли ребёнку надо? Вот смешно – я помнится, расставила их лицами внутрь острова, как будто они разговаривают, и не трогала с тех пор. Они ведь до сих пор там стоят, а люди никак не могут понять, кто это сделал и зачем? И вокруг моего недостроенного домика на северном острове тоже ходят и удивляются. Смешные они, люди… А ещё я разводила разных зверушек. По большей части зубастых и когтистых. Это были переящерки и недоптицы, но тебя врядли заинтересуют биологические подробности. Я их без спросу разводила. Самых разных, больших и маленьких, плавающих, бегающих и летающих. Их было великое множество, и они населяли всю Землю, но в один прекрасный день вдруг исчезли! Когда я спросила, куда они делись, то мне ответили, что Земля теперь нужна для разведения людей, а мои зверушки мешают! Знаешь, как это было обидно? Правда кое-кто из моих питомцев ухитрился спрятаться и прожил ещё достаточно долго. Люди называли их драконами, но это уже другая история. А моя история заключалась в том, что лишившись привычных развлечений, я начала играть… людьми! Причём сначала эти игры были просто злые и глупые. Скажем, только люди расплодятся, поднимут голову и немного обустроятся, как я им организую извержения, землетрясения и какие-нибудь ураганы. И всё, их цивилизации конец! Потом мне это надоело, и я стала возводить и разрушать империи, а в связи с этим увлеклась войнами, которые становились всё более и более кровопролитными. Дело кончилось тем, что я опрокинула на мир несколько сосудов с чумой и другими болезнями, а они выкосили человечество на три четверти! Что ты так на меня смотришь? Думаешь, я злая? Мне просто было обидно, ведь я считала Землю своим домом, а тут появляются эти люди и хозяйничают в моих песочницах, вырубают леса и джунгли, которые я сажала для зверушек, пачкают мою воду! Кстати, с болезнями вышло совершенно случайно. Просто я ловила сбежавшую крысу, и нечаянно толкнула папин стол, где стояли разные склянки. И крысу облила, и на землю много попало.
– Значит, за это тебя изгнали из мира людей?
– Нет, не за это. Понимаешь, все эти дела люди почему-то приписывали моему отцу. Одно время среди них даже утвердилось мнение, что дух мирового Зла – женщина! Он, когда узнал, так смеялся… Но потом надолго запретил мне посещать Землю. Вот за это самое!
– Надолго, это на сколько?
– На целых четыре вечности!
– Сурово.
– Вот и я говорю, что это перебор. Ну, набедокурила, так что с того? Сама же готова всё исправить, но мне, видите ли, больше не доверяют! Дедушка для этой цели, то есть для исправления ошибок, всё время посылает моего дядю, младшего брата отца, и что ты думаешь? Люди каждый раз распинают его, в каком бы виде он к ним не являлся! Сначала мучают и убивают, а потом начинают поклоняться ему, как Богу!
– Сато, скажи, а последняя война, которая почти всё уничтожила, это тоже твоих рук дело?
– Нет, что ты! Я давно уже под домашним арестом, не скажу даже сколько лет. Люди теперь воюют сами по себе. Вошли, понимаешь, во вкус, напридумывали такого, что мне и не снилось, а до меня лишь доходят слухи об их выкрутасах, да и то с опозданием. Значит, говоришь, опять всё разрушили? Во, дают!
– Ну, я точно не знаю, всё или не всё, но говорят, что эта, как её? Цивилизация! Она погибла. Я сам видел мёртвый город, наполненный скелетами. Из него-то я сюда и провалился.
– Но ведь ты родился не под кустом?
Стефан не сразу понял последнего вопроса, а когда до него дошло, рассмеялся в свою очередь.
– Я родился в Междустенье, – пояснил он. – Это посёлок, построенный на развалинах старой крепости. Но, кроме нашего посёлка на Земле есть много разных мест, где живут люди. Маранта, (это жена моего отца и мама… моей девушки), рассказывала, что севернее
