– Отличная подруга для Нашего Главного Холмса! – язвительно заметила Танюсик. – Мне сейчас даже показалось, что это он сам с нами говорит.
– Два сапога – пара! – поддакнула я.
А Оля тем временем нашла и привела Клементину.
– Я уже с утра почувствовала, что вам понадобится помощь, – сказала ясновидящая, загадочно улыбаясь. – И даже Таро раскинула, чтобы прикинуть, что к чему.
– Ну и что к чему? – затеребили мы ее.
– В общем, ситуация сложная и неоднозначная, – туманно начала Клема. Сегодня на ней был черный берет, черные наушники, черное кашне и тельняшка, и если бы не огромное воронье перо, воткнутое в берет, она бы походила на французского моряка.
– Это мы и сами знаем! – отмахнулась Танюсик. – Нельзя ли поконкретнее?
– Можно, – кивнула Клема и, вытащив из берета перо, начала выписывать в воздухе какие-то вензеля, закатив глаза и что-то шепча себе под нос.
– Жалко, Лида ее сейчас не видит! – в восхищении прошептала Оля. – Она бы тогда точно ей поверила!
– Долго еще? До конца перемены две минуты, – нетерпеливо прошептала Танюсик, ерзая на стуле.
– Все! – Клема наконец поставила в воздухе точку, но глаза все еще не открывала. – Мне все ясно. Слушайте.
Мы навострили уши.
– Слушайте! – загробным голосом повторила Клема. – Ищите девайс парня на букву «А»!
– Девайс парня на букву «А»? – опешили мы. – И что это значит?
– Может, она перепутала? – осторожно предположила Оля. – Есть такая поговорка: шерше ля фам – ищите женщину. Нам же надо не парня искать и тем более не его девайс, а девчонку, эту Рогозину!
– Ищите девайс парня на букву «А»! – настойчиво и строго повторила Клементина.
– То есть айфон? Или айпад? Чего нам искать-то? – испуганно переглянулись мы.
– Больше ничего не вижу. Доверьтесь интуиции… – таинственно произнесла Клема, а потом распахнула глаза, резким движением вдела перо обратно в берет и пошла на свое место.
И в этот момент грянул звонок на урок и в класс вошла учительница.
И мы так и не успели включить мобильники и проверить, есть ли эсэмэски от парней и что они нам пишут.
Три парня на букву «А»
В середине второго урока информатики Галина Марковна надела наушники и начала проверять презентации десятых, а у нас появилась возможность перекинуться парой слов.
– Как-то это очень неопределенно, – пожаловалась Танюсик, отворачиваясь от компьютера. – Какой девайс? Какого парня? И зачем нам искать этого парня? И при чем тут буква «А»?
А я между тем вкратце поведала Лиде о Клемином гадании.
– Ну и ну! – фыркнула она. – И что все это значит? Сплошной туман и обман.
– Никакой не обман! Клема у нас – молодец! – запротестовала Оля. – И я ей верю. Видела бы ты, как она тут в транс входила! Меня аж в дрожь бросило!
– А может, она вам просто какую-нибудь строчку из песни брякнула? – скепсису Лиды не было предела. – Вы же говорите, она в наушниках была.
Но ее недоверие нас не поколебало.
– Короче, так, теперь все дружненько напрягаем интуицию! – скомандовала Танюсик. – Говорите первое, что придет в голову.
– Это не интуиция, а ассоциации, – возразила Лида.
– Какая разница, все равно сойдет, – махнула рукой Танюсик и произнесла: – Весенний сон.
– Платье, – быстро подхватила Оля.
– Бал, – сказала Лида.
– Теперь ты! – повернулись все ко мне, но у меня вдруг перехватило дыхание.
Потому что я наконец-то поймала назойливую, как муха, мысль!
И вместо своей ассоциации я выпалила:
– Оля! Я вспомнила! Бал! Ты говорила, что никогда и нигде не оставляешь рюкзак, но на балу он же был в раздевалке! Помнишь? Ты еще сказала, что он у тебя расстегнут!
– Ой! Точно, – растерянно пролепетала Оля. – А я и забыла…
– У тебя что-нибудь пропало? – деловито спросила Лида.
– Нет, хотя… Хотя мне показалось, что там все перевернуто. Как будто что-то искали!
И тут вдруг глаза Танюсика загорелись, и она потрясенно воскликнула:
– Вспышки! Вспышки!
Вспышки? Мы недоуменно переглянулись. Это что, продолжение игры?
– Метеориты? – осторожно предложила свой вариант Оля.
– Протуберанцы? – высказалась Лида.
Я запнулась – умное слово поначалу показалось незнакомым, и я не знала, что и сказать. Но потом я вспомнила, что протуберанец – это что-то связанное с солнцем, и быстро проговорила:
– Пятна.
– При чем тут пятна! – отмахнулась Танюсик. – Вспышки! Неужели ты не помнишь? Тогда, на балу, в раздевалке! Там же были вспышки!
И тут до меня дошло. Танюсик вспомнила о загадочных вспышках, которые мы увидели сквозь стекло, когда заглядывали с балкона в раздевалку!
– Точно! Вспышки! – воскликнула я, и мы с Тычинкой объяснили остальным, что означают наши странные крики.
– Ну теперь все ясно! – в воодушевлении воскликнула Лида. – На балу кто-то пробрался в раздевалку, залез в Олин рюкзак, вытащил оттуда альбом и сфотографировал его. И вы оказались случайными свидетельницами. Но, наверное, вы спугнули злоумышленника, поэтому он не успел закрыть рюкзак.
– Точно… Такое вполне могло быть, – потрясенно прошептала Оля. – Но только я не понимаю, если этот кто-то сфоткал альбом на балу, как же оказалось, что платья к тому времени были уже отшиты? Ну, я про «Весенний сон» и остальные, которые в портфолио у Рогозиной.
– Значит, этот кто-то и раньше имел доступ к твоему альбому! – первой догадалась Лида. – И постоянно воровал твои идеи!
– А кто знает, что ты таскаешь в рюкзаке альбом? – спросила я Олю.
– Кира знает… И больше никто. Хотя нет… Темик тоже знает… Ой! Не думаете же вы, что он как-то в этом замешан?! – Оля посмотрела на нас испуганными глазами и закрыла ладошкой рот.
– Темик – это, между прочим, Артем! – назидательно произнесла Танюсик. – Парень на букву «А».
– Но нам же надо искать не парня на букву «А», а девайс на букву «А»! – не согласилась Оля. – И к тому же ваши парни тоже на букву «А». Оба. Арсений и Алексей, – мстительно добавила она.
– Но они-то тут при чем? – всполошились мы.
– А при том, что они тоже были на балу! – сердито бросила Оля. – И значит, тоже имели доступ к моему рюкзаку. И еще, мы все в одном классе учимся, между прочим! Так что у нас все рюкзаки доступны для всех.
– Но наши парни никогда бы не полезли в чужой рюкзак! – возмутились мы. – И наверняка даже не знают, как выглядит твой!
– А вы откуда знаете, что они не знают? – парировала Оля. – Что вы вообще о них знаете?
Мы хотели ответить резкостью, но обе одновременно прикусили язычки. Как ни больно признавать, но Оля была права: парни, с которыми мы встречались уже больше года, оказались полными незнакомцами. И наши вчерашние приключения были тому веским доказательством…
А потом Танюсик взяла себя в руки и строго произнесла:
– Так. Не будем валить все в одну кучу. И ссориться тоже не будем! В этом расследовании у нас есть один главный подозреваемый. За него и возьмемся. Согласны? – оглядела она остальных.
– Я так понимаю, что вы на Темика намекаете. Но я не согласна! Он тут ни при чем! – твердо заявила Оля.
– Ох, девчонки, и куда это вас понесло? – скептически покачала головой Лида. – Так дела не делаются. Это кто угодно может сказать вам что угодно. Вы как хотите, а я в этой ерунде не участвую.
– Тебе-то что, – буркнула Оля. – Тебе и волноваться нечего. У тебя парень на букву «М».
На этой напряженной ноте мы и расстались, потому что урок кончился, и надо было снова спасаться от парней.
«Хрустальный ручей»
Правда, на этот раз ничего особенного придумывать не пришлось: парни сами как в воду канули. Кабинет информатики мальчиков был закрыт, и мы долго кружили вокруг, гадая, то ли их еще не выпустили, то ли, наоборот, уже давно выгнали.
Верным оказалось второе, потому что, как выяснилось, парней мобилизовали перетаскивать школьную мебель. Вскоре мимо нас потянулась вереница стульев и парт, в гуще которых мы и разглядели двух хорошо знакомых нам особей мужского пола на букву «А». Они были так придавлены тяжестью, что не обратили на нас никакого внимания, и от этого почему-то сразу стало скучно и уныло.
А потом Танюсик произнесла задумчиво:
– Интересно, где они оставили свои рюкзаки?
Я пожала плечами:
– Скорее всего, их вещи заперты в кабинете информатики.
– А может, и не заперты, – все так же задумчиво проговорила Танюсик. – Может, они их в другом месте оставили… Пойду-ка я проверю… – И она вдруг пулей сорвалась с места и мгновенно исчезла из поля зрения.
Я с открытым ртом глядела ей вслед – поведение подруги было необычным: она вообще-то не склонна к импульсивным поступкам. Не иначе как злосчастные неурядицы последних дней так на нее повлияли!
Но бежать за ней не имело смысла – вернется, сама все объяснит, если захочет. Поэтому я последовала за мебельным караваном, стараясь не терять из виду Лехину спину и гадая, зачем Тычинке рюкзак Сени.
