Каждый раз, когда топор чуть не задевал ее, она вскрикивала. Мужчине это нравилось, и он, все яростнее рыча, с новой силой махал своим оружием. Элион упала на землю лицом вверх и начала отползать. Топор нацелился ей в живот, однако в этот раз она сумела отразить его мечом. Теперь вопрос шел о силе. Мужчина сверху давил на нее топором, она снизу пыталась выдержать напор своим мечом. Силы иссякали, он был на порядок сильнее ее, оружие уже не играло роли. Сейчас выиграет тот, кто сильнее надавит. Топор был уже совсем рядом, мышцы руки Элион сильно болели, напряжение в них зашкаливало. Девушка стиснула зубы и приложила последнее усилие. Она ногой врезала мужчине по животу, тот резко отпрянул, отпуская топор, а девушка моментально вскочила на ноги. Теперь они вновь были наравне. Элион слишком устала, чтобы затягивать этот бой. Она достала кинжал из сапога, в отличие от пистолета, для него не надо было времени для перезарядки и прицеливания. Мужчина бросился на нее. Элион одним плавным движением замахнулась и отпустила оружие, кинжал вонзился врагу в глаз, и тот моментально упал замертво. Элион подошла, убеждаясь, что мужчина мертв, она брезгливо выдернула свой кинжал и вытерла его об одежду мужчины. Вот они и квиты.
Не зная, куда деваться, девушка села на землю. Она будет контролировать, чтобы никто не проник дальше. Глаза разбегались от количества людей и крови, однако Элион запретила себе думать о том, что это живые люди, она представляла, будто это все понарошку, и эта фикция принесла ей облегчение. Противников было слишком много. Спустя какое-то время Элион уже не могла спокойно наблюдать, охраняя границу. Ей казалось, что все падающие на землю безжизненные тела – это ее союзники, это заставило девушку начать тревожиться. А что если они проиграют? Да, станция очень большая, но армия ее нынешней базы совсем нет. Тем более, что на старой базе всех без исключения людей тренировали и каждый день заставляли ходить в трудные походы, это повлияло на их физическую силу. Сейчас, когда враги и друзья все перемешались в единое целое, невозможно воспользоваться оружием массового поражения без риска задеть «своих», а это значит, что у станции больше нет преимущества. Угроза поражения вдруг показалась такой реальной, что все тело Элион покрылось мурашками. Она больше не могла просто сидеть, ей надо было действовать, даже ценою собственной жизни. Схватив меч, девушка устремилась к очагу бойни. Она хорошо обучена, она прекрасно владеет мечом, она принесет своей армии пользу. По мере того, как Элион пробиралась внутрь, она заметила, что ее союзники, замечая ее, будто делали живой щит, пытаясь оградить ее от нападающих. Опять же так влияло на них ее одеяние члена Совета, и это вселяло надежду, что хотя бы Майкл еще жив. Несмотря на то, что он стоял на передовой, его должны были защищать, так же как сейчас это делали с ней. Элион быстро двигалась вперед, она хотела найти знакомых. Удивительно, но за весь долгий путь, на нее ни разу не удалось напасть, «свои» люди не позволяли врагам приблизиться к ней. Девушку это устраивало, она не собиралась вступать в бой здесь, это бы задержало ее, ее пунктом назначения была передовая, и наконец Элион до нее добралась. Девушка огляделась, но не нашла никого из знакомых лиц, тем не менее она больше не могла ждать, она хотела помочь. И тут же на нее набросилась женщина. Элион ловко увернулась и вытянула меч перед собой, в руках у незнакомки был пистолет, она перезарядила его. Девушка сузила серые глаза, готовясь прыгнуть на вторгнувшуюся на ее территорию гостью, та прицелилась, но Элион оказалась быстрее, в два прыжка в разные стороны она оказалась за спиной у своего врага и пнула ее в спину. Та упала и перевернулась на спину, пистолет отлетел куда-то в толпу, женщина начала плакать, закрывая лицо руками и умоляя не убивать ее. Элион застыла на месте, не сводя с нее глаз. Она не хотела ее убивать, гораздо больше ей бы понравилось приобнять и утешить гостью, ведь у нее, наверняка есть дети, муж, родители. Вдруг она случайно оказалась здесь, чтобы бороться за свою семью? Ведь это не ее вина. Девушка опустила свой клинок и сделала шаг назад, отступая. Женщина убрала руки от лица и в недоумении взглянула на Элион, в ее удивленных глазах появилась надежда.
Но тут Элион схватили за руку и больно сжали ее так, что она почувствовала, как хрустят ее кости. Девушка вскрикнула, она хотела было проткнуть мечом напавшего, но черное одеяние заставило ее остановиться. Она подняла глаза, Килиан Рейс был на полторы головы выше ее, и только сейчас, взглянув вверх, она поняла, кто перед ней стоит, он больно сжимал ее руку и сквозь стекла маски взирал прямо в душу. Вся его темная одежда и меч были в крови, в тот момент он больше всего был похож на монстра из страшных сказок, которые дети рассказывали друг другу в детстве. Элион забыла про боль, все что ей осталось – трепетать перед этим чудовищем. Неужели он убьет ее здесь и сейчас среди мешанины врагов и собственной армии так, чтобы никто не обратил внимания, не придал значения? Неужели он воплотит в жизнь ее собственный план? Однако он отпустил ее и указал пальцем в перчатке на женщину, все еще лежавшую на земле в ужасе. Его голос был запыхавшимся, каждое слово он выдавал через силу, качая рукой.
– Они напали на нас; и убили наших солдат; собирались взорвать мирных людей; женщин детей; и стариков. – каждое слово приходилось выдыхать, – Перестань быть слабачкой. Сделай это.
Элион перевела взгляд с капитана на молящую пощады женщину. В серых глазах девушки была пустота, такая же как и в стеклах маски Рейса. Он прав. Она достала свой меч и сделала шаг вперед. Он наблюдал за ней, время будто исчезло. «Н-не н-надо, п-пожалуйста», последовала мольба беззащитной жертвы. Элион опустила меч и обернулась на сосредоточенного Рейса, а затем одним боковым движением корпуса резко пронзила грудную клетку женщины. Та вскрикнула, издала какой-то утробный звук и замолчала навеки. Верховный капитан едва заметно одобрительно кивнул и прохрипел: «Теперь ты похожа на настоящую себя». Элион передернуло, в горле застрял ком. Килиан двинулся в гущу врагов, оставляя девушку позади с кровью на руках. Сейчас девушке хотелось отмыться от этой красной вязкой жидкости на ее перчатках и мече, но для этого не было подходящего места.
