Но зачастую в предпочтениях детей сразу не разберешься. Им трудно обосновать свой выбор, и непонятно, что делать дальше. С одной стороны, не хочется заставлять ребенка делать то, что ему не по душе, с другой стороны – хочется расширить его зону комфорта. В общем, тут нужно действовать искусно и тонко. Иногда «готовность» приходит позже, чем вы рассчитывали.
Кристина Ко: Внешкольные занятия Лорел – больная тема, где мне приходится особенно часто задавать себе вопрос «зачем». Сама я в детстве хотела заниматься всем, а мне не разрешали заниматься ничем (кроме, в дальнейшем, музыки, и то только потому, что она казалась родителям «перспективной»). Детей-то в семье было много, а денег мало. Поэтому, когда моя дочь пошла в школу и на нас посыпались варианты кружков и секций, мне захотелось отдать ей целый мир. Или хотя бы часть его. Хотелось, чтобы она что-нибудь попробовала. Неважно что.
Но Лорел активно сопротивлялась любым моим попыткам. Причем довольно долго сопротивлялась. Все началось с походов в бассейн и на каток – на это она не слишком охотно, но согласилась; закончилось же все слезами и истериками по пути туда и оттуда. Вы даже не представляете, как ужасно, когда ребенок рыдает (тихо… а временами очень даже громко) среди оравы совершенно довольных жизнью детей!
В итоге я сдалась. Решила, что буду просто предлагать ей варианты, а она сама пусть разбирается, что ей делать.
И долгое время на все мои попытки подсунуть ей листовки с описанием занятий она отвечала нет. Зато когда она нежданно согласилась пойти в футбольную секцию, то прямо сияла от счастья и с этим же чувством отправилась за формой в спортивный магазин, а затем и на футбольное поле – тренироваться и играть.
И вот когда я наблюдала, как она гоняет мяч – ликующе вопящая частичка перекатывающейся футбольной массы, – я поняла, что некоторым детям просто нужно больше времени. Лорел вдруг превратилась в невероятно адаптированного и резвого ребенка. Ради такого не грех и подождать.
Что делать с чересчур целеустремленными детьми и слишком высокой планкой
Одним детям требуется время, чтобы освоиться и определиться, к чему у них лежит душа, другие набрасываются на любую подвернувшуюся возможность с необычайным рвением и талантом. И что вы будете делать со своим минималистичным подходом, когда все педагоги в один голос скажут, что ваш ребенок – будущий Паганини или Серена Уильямс[13]? Как продолжать вести жизнь, ориентированную на «меньше», зная, что если заниматься чем-то всерьез, то дальше будет только «больше» – больше потраченного времени и денег?
Пусть дети тоже познакомятся со своим внутренним навигаторомЕсли позволить детям самим искать свой путь, а не навязывать им собственные представления о прекрасном, они могут обнаружить в себе такие страсти и таланты, которые вам даже в голову не приходили.
Кристина Ко: С Лорел я всегда делаю вот как: набрасываю ей идеи и смотрю, что приживется. Спорт явно не прижился (хотя позднее ситуация изменилась), зато сосредоточенно и с интересом что-то мастерить руками – ее стихия. Она может часами рисовать или корпеть над замысловатой глазировкой торта.
С Виолеттой я планирую поступать так же. В этой малютке уже чувствуются физическая сила и бесстрашие (сужу по радостной беспечности, с которой она швыряет свое крохотное тельце куда ни попадя, – за Лорел мы такого никогда не замечали). Посмотрим, выдержат ли эти свойства проверку временем и не придет ли им на смену нечто вовсе неожиданное.
Если ребенок проявляет в чем-то недюжинный талант и целеустремленность, рекомендуем вам сотрудничать: помогать ему всем, чем сможете, но только в той мере, которая устраивает вас и вашу семью. Вы удивитесь, какие чудеса творит поддержка семьи. Только смотрите не поддавайтесь искушению подмены внутреннего навигатора ребенка своим.
Что делать, если вы передавилиКогда видишь, что ребенок проявляет интерес или склонность к определенному занятию, интуитивно начинаешь этот интерес подпитывать. Но на какой-то стадии может выясниться, что вы уже не просто его подпитываете, а давите все больше и больше – чтобы ребенок стал лучшим, чтобы его назвали одаренным.
У всех детей характеры разные: один без звука пойдет вперед, другой пойдет, но стиснув зубы и бурча под нос. А третий скажет: «ХВАТИТ. Бросаю».
Мы понимаем, как тяжело отказываться от того, что якобы сулит блестящие возможности. Конечно, путь к успеху не усыпан розами, и порой мудрость заключается в том, чтобы заставить ребенка поднатужиться и вместе с ним пройти тяжелый период. Однако помните, что вы обязаны прислушиваться не только к собственному навигатору, но и к тому, что сообщает навигатор ребенка. И если вы вдруг поняли, что ваш невидимый помощник ведет вас прямиком к обрыву, – жмите на тормоз.
А может, все-таки стоит надавить…Ребенок занимается вовсю, вы вкладываете кучу денег в бесконечные уроки. И у него все получается (неважно, в какой сфере). Не просто так себе, а классно получается. И вдруг ни с того ни с сего он решает бросить. Как разобраться, когда уговаривать ребенка продолжать занятия, даже если трудно… а когда отпустить ситуацию?
Никто не хочет прослыть слабаком, но бывает, что, прозанимавшись чем-то некоторое время, ребенок понимает, что больше его это не интересует. У нас ведь тоже было много хобби и задумок, которые мы бросили, вот и дети имеют право на подобный выбор. С другой стороны, для некоторых детей любое препятствие – повод опустить руки, и если с этим разобраться, то можно заново пробудить в ребенке интерес к занятию. Во всех ситуациях есть свои нюансы, но в целом мы рекомендуем поразмышлять на тему, почему вы держитесь за это занятие, и поговорить с ребенком, почему он хочет его бросить.
Кристина Ко: Я начала заниматься скрипкой в девять лет – на внеклассных занятиях в школе. Родители взяли мне скрипку напрокат, но частные уроки были им не по карману. Затеяла все мама: она обожала скрипку и даже являлась счастливой обладательницей настоящей взрослой скрипки, которую купила себе по окончании медучилища, но на которой так и не научилась играть (учитывая, что сразу же по окончании училища она вышла замуж за папу и принялась рожать детей в промышленных количествах). Я была так счастлива, что мне разрешили заниматься хоть чем-то кроме уроков, поэтому моментально согласилась. Скрипка так скрипка.
С какой же гордостью я раз в неделю носила в школу скрипку, а как радовалась, когда меня хвалили за музыкальные способности! Но вся проблема заключалась в том, что прогресс шел очень медленно. Теперь-то я знаю, что просто у меня такой характер: если я что-то начинаю, мне хочется в момент из новичка превратиться в эксперта. А о каком прогрессе можно было говорить, если я занималась раз в неделю на групповом занятии в обычной школе!
К концу пятого класса я заявила маме, что бросаю. Случился страшный скандал. Страшный. Я объясняла все двумя причинами: во-первых, недостаточной скоростью обучения, а во-вторых, тем, что все мои друзья собирались в шестом классе в хор. А я, конечно, мечтала следовать за стадом.
Не могу сказать, что разговор получился спокойным или простым, но в итоге мама запретила мне бросить скрипку. Она сказала, что глупо менять одно музыкальное направление на другое только из-за того, что так собираются сделать друзья, но что она найдет возможность добыть мне частные уроки и тогда мы посмотрим, пройдет ли моя неудовлетворенность скоростью обучения. Я все равно злилась, что она заставила меня продолжить заниматься скрипкой, но сдалась.
Не знаю уж, как ей это удалось, но к началу шестого класса мама раздобыла деньги, чтобы я могла раз в неделю заниматься скрипкой частным образом. Я, конечно, на тот момент заметно отставала от сверстников, но стала быстро нагонять упущенное. Я начала ходить на прослушивания и выступать с оркестрами на конкурсах. Мне безумно нравилось. Я солировала в нашем школьном оркестре, а в колледже без тени смущения давала сольные концерты. В аспирантуре я уже играла в составе полупрофессионального оркестра.
Сейчас я не играю на скрипке, но бесконечно благодарна маме за то, что она тогда не дала мне бросить. Она видела мой талант и помогла мне разобраться со сложностями, препятствующими реализации моих возможностей.
