в полной темноте. Находиться рядом с трупом было не очень приятно, однако все же намного безопаснее, чем опираться на поручни на высоте тридцати метров над землей.
Прервав свои размышления, Эрик снова поднял лампу и еще раз осветил тело бизнесмена. Ему пришло в голову, что он еще недостаточно подробно осмотрел труп, чтобы делать какие-то умозаключения. Эрик внимательно осмотрел шею, но не заметил странгуляционной борозды, которая свидетельствовала бы о сдавливании веревкой. Он не знал, как должен выглядеть труп, если его душили двумя руками, но, так или иначе, на шее не было заметно ни малейших следов кровоизлияния, и на непрофессиональный взгляд смерть наступила не от удушения.
Осветив лицо, Эрик впервые в жизни почувствовал, как волосы у него на висках встают дыбом. При первом осмотре он не заметил, что глаза бизнесмена широко открыты.
Когда он еще до этого касался щек и запястий, свет от лампы, которую держал Харрисон, не падал на лицо Ричарда. Да и сам Эрик не стремился разглядеть выражение лица покойника. Сам тот факт, что человек, с которым он еще вчера вечером мило беседовал, теперь лежал перед ним в таком виде, вызвал у него сильный шок.
Мертвое лицо бизнесмена, который наверняка побывал в постели со многими женщинами, не могло не испугать любого, кто его увидит. Белки широко раскрытых глаз были навыкате. Из-за того, что прошло уже много времени, они стали высыхать и уже походили на сморщенные абрикосы. Губы слегка приоткрылись, обнажив передние зубы, поскольку начавшая сохнуть верхняя губа приклеилась к основанию клыков.
Выступающие, как у зверя, пытающегося напугать врага, передние зубы, глаза, раскрытые настолько широко, что казалось, будто глазные яблоки вот-вот вывалятся и покатятся по полу, — все это оставляло впечатление, что покойник был охвачен ужасом. В дополнение к странной позе пловца выражение мгновенного ужаса, способного вызвать остановку сердца, застыло на лице Ричарда.
Эрик, не будучи патологоанатомом, не мог понять, о чем говорит эта необычная поза и выражение лица. Возможно, на основании этого выражения можно было строить догадки о причинах смерти, но в этот момент он мог только предположить, что смерть наступила не от удушения.
Эрик продолжил осматривать труп и заметил еще несколько необычных моментов. Во-первых, волосы были слишком неестественно спутаны. Это выглядело несколько странно для Ричарда Алексона, слывшего при жизни большим модником. Он всегда щепетильно следил за своей прической.
Растрепанные и скрученные волосы как бы приклеились ко лбу, щекам и ушам. Вместе со странным выражением лица это создавало впечатление, что труп принадлежал не Ричарду, а какому-то другому человеку.
Продолжая осмотр, Эрик отметил, что к трупу пристали не только волосы, но и пижама. Она плотно прилегала к телу, словно была намазана изнутри чем-то клейким. Именно поэтому в момент обнаружения тела Эрику на мгновение показалось, что Алексон лежит без одежды.
— Что это? — невольно пробормотал Эрик.
Он обнаружил еще кое-что. Из-за того, что пижама плотно прилегала к телу, были ясно видны очертания предмета, лежащего в ее левом кармане.
Через слой шелковой ткани Эрик узнал этот маленький черный предмет. Даже не трогая его руками — а он, даже если б и захотел, ни за что не стал бы этого делать, — Эрик догадался, что это такое. Будь на его месте кто-то другой, он мог бы и не догадаться. Но ему, как главному художнику фильма, Ричард заранее в мельчайших деталях показал оба стоящих на острове сооружения, и поэтому понять, что это такое, Эрику было нетрудно.
Это совершенно точно был ключ. Ключ от чего? Ключ — крупный и довольно необычной формы — явно не от спальни в башне. Ее дверь не оснащена замком, который открывался бы ключом через замочную скважину. Ключ от пирамиды. От той двери, через которую, пройдя по подвесному мосту, можно было попасть на скалистый второй этаж. Осторожный Ричард, даже ложась спать, держал этот ключ в кармане пижамы, чтобы не допустить чьего-либо проникновения из пирамиды в башню.
Однако ведь ту железную дверь из пирамиды, снабженную металлической решеткой, невозможно было открыть из-за намотанной вокруг подвесного моста колючей проволоки. И сам Ричард ему это сказал, хотя и не показал на месте.
По правде сказать, после этого Эрик по построенным внутри пирамиды лесам из металлических труб взобрался на скалу, дошел до видневшейся поодаль двери с железной решеткой и увидел намотанную на подвесной мост вплотную к двери колючую проволоку, которая, как и говорил Ричард, не позволила бы двери открыться. Он убедился, что, судя по положению дверных петель, она могла открываться только наружу, то есть в сторону колючей проволоки, намотанной на мост.
Однако, несмотря на это, бизнесмен, похоже, не мог успокоиться. Если б ключ был в кармане одежды, оставленной на шестом этаже, его могли украсть, поскольку дверь на шестой этаж не запиралась. Видимо, он не мог игнорировать опасность того, что кто-то принесет с собой клещи и, просунув в дверь только руку, раскусит колючую проволоку, а затем, открыв дверь, дойдет до башни, раскусывая витки колючей проволоки один за другим.
Как бы то ни было, Эрик вернулся к своему первоначальному предположению, что трое находившихся снаружи охранников могли быть причастны к убийству своего хозяина. Способ убийства был неясен, но, возможно, кто-то из троих пробрался сюда и убил Ричарда Алексона.
Оставив труп здесь, в центре комнаты, он вышел наружу. Закрыл металлическую дверь. Взялся за ручку, повернул, закрыл дверь, а потом передвинул U-образный выступ снаружи и запер ее.
Так, что дальше? Нужно как-то изобразить, что комната заперта изнутри. То есть, находясь на лестнице снаружи перед закрытой дверью, каким-то способом вдвинуть верхний засов в отверстие на потолке.
Классическим способом с использованием иголки и нитки или проволокой? Однако, какой бы из этих способов он ни выбрал, нельзя оставлять нитки или проволоку в комнате.
Эрик снова поднял лампу и осветил нижнюю часть двери и пол вокруг нее. После того как они вырезали отверстие и вошли в комнату, он тоже их осмотрел. Ни тогда, ни сейчас на полу не валялось ни нитки, ни проволоки.
— Что это?
Он сделал еще одно открытие. В полутора метрах справа от двери, почти над самым полом, в стене обнаружилось маленькое окно, сантиметров десять в высоту и двадцать в ширину. Смотровое окно? Или вентиляция? Инстинкт подсказывал Эрику, что через него, может быть, проделали какие-то манипуляции.
Но, рассматривая окно в свете лампы, он был вынужден сразу же отбросить это предположение.
Это окно в стене было расположено напротив другого маленького окна
