Преодолев подозрительность, вполне естественную для того, у кого гости бывают далеко не каждый день, гном предложил всем троим войти.
— Если Станбогу нужна помощь, мы будем рады сделать все, что в наших силах. Если бы не он, у нас за последние годы поумирал бы каждый второй ребенок.
Ракушка быстро, без лишних деталей пересказала Делверу все., что произошло со Станбогом, Мирсой и ее братом. Гном внимательно слушал, время от времени кивая.
— До нас кое-какая информация доходила, — сказал он, — но мы не лезем за выяснениями всего, происходящего наверху, в деталях. Люди почти забыли про нас, и нас это вполне устраивает. По крайней мере, никто не лезет в наши дела. Но ради Станбога мы можем и напомнить о своем существовании.
— Отлично! — радостно воскликнула Ракушка. — А что мы будем делать?
— Ну, не торопись, это не будет ни легко, ни просто.
— А-а, — протянула она. — Я-то думала, что мы просто пойдем, туда и вытащим их, проломив пол камеры.
— В старой части города, под дворцом и тюрьмой, все сложнее. Многие туннели там обвалились, другие заложены камнями или кирпичом. Придется покопать. Да к тому же… Ладно, нужно посоветоваться с остальными. Есть одна опасность, которая может не только осложнить это дело, но и сделать его невыполнимым.
— Что же это за опасность? — преувеличенно небрежно поинтересовался Нистур.
— Бехир, — коротко ответил Делвер, — но не буди лихо, пока оно тихо. Нужно поговорить с теми, кто лучше разбирается в том, что происходит в той части города. Пойдемте.
Пройдя через жилище Делвера, оказавшееся к тому же и его мастерской скульптора-камнереза, они очутились, в коридоре, более широком, чем тот, по которому пришли сюда. В этом переходе с потолка даже свисали на цепях кованые железные корзины, доверху наполненные каким-то светящимся веществом. В месте, где коридор упирался в большую дверь, Делвер остановился, но вместо того чтобы открыть тяжелую створку, повернулся в сторону и отворил дверцу маленького помещения вроде кладовой или стенного шкафа. Из дыры в потолке этой комнатушки свисала толстая цепь, уходившая в такое же отверстие в полу. Цепь была перекинута через блок и соединена с рычагом. Делвер три раза повернул рычаг, вышел из комнатки и закрыл за собой дверь. Через несколько секунд по коридору пронеслись один за другим три гулких удара гонга.
— Это сигнал к общему сбору, — пояснил гном. — Его слышно повсюду в подземелье.
Проследовав за ним через большую дверь, друзья оказались в новом большом зале, вырубленном в скале. Затем им пришлось спуститься по лестнице и пройти еще по нескольким залам и коридорам. Нистур не переставал удивляться тому, сколько сил было затрачено на то, чтобы соорудить этот подземный город, а затем еще и украсить его.
Увлеченный этими мыслями, он даже не заметил, что Делвер привел их в поднимающийся амфитеатром зал, на ступенях которого сидело сорок — пятьдесят гномов, несколько потерявшихся в этом внушительном помещении, рассчитанном явно на более представительные собрания.
— Что случилось, Делвер? — спросил самый старший гном, чьи седые брови спускались по вискам наподобие усов. — Общий сбор прозвучал из твоей части подземелья.
— И кто эти незнакомцы? — спросила почти столь же старая женщина.
— Это друзья Станбога. Они принесли новости, касающиеся, пожалуй, всех нас. Там, наверху, большие неприятности, — сказал Делвер.
— А нам-то что до этого? — фыркнул старый гном. — Пусть кочевники хоть. испепелят город, до нас им не добраться. В подземелье они соваться не станут.
— Дело не в кочевниках. Горячая Кузница, — сказал Делвер. — Выслушай Ракушку.
Девушке пришлось еще раз пересказать свою историю. Гномы слушали внимательно, время от времени тихонько перешептываясь.
Первой вслух высказалась довольно молодая, по меркам гномов, женщина.
— Нельзя оставлять Станбога в беде, — сказала она. — Он спас моего ребенка, когда я уже считала малышку мертвой.
— Я согласен, все мы многим обязаны ему, — подтвердил тот, кого называли Горячей Кузницей.
— Просто вызволите его из тюрьмы, — попросила Ракушка. — Его и тех двоих, что с ним в камере. А потом мы сразу же уйдем отсюда, чтобы не подставлять вас под гнев Правителя.
— Какое нам дело до его гнева, — отмахнулся старый гном.
Повернувшись к собранию, он громко спросил:
— Ну что, мы согласны?
Ответ гномов был единогласным.
— Тогда приступим. Кто лучше всех знает тот район?
Один гном среднего возраста поднял руку. Старик подбодрил его:
— Ну, Острая Кирка, рассказывай.
Острая Кирка вытер лысину рукавом и, расправив плечи, гордо встал во весь свой четырехфутовый рост.
— Под Дворцом Правосудия наши предки, как водится, оставили множество туннелей: частью по требованию заказчика, частично же для себя. К сожалению, многие из ближайших к поверхности переходов обрушились во время Катастрофы, и до сих пор не все они расчищены.
— Сколько времени потребуется, чтобы докопаться от ближайшего свободного коридора до камер? — спросил его Делвер.
— Я возьму в архиве старые чертежи, чтобы уточнить, но полагаю, что не меньше нескольких часов. И не забудьте про бехира.
— Я заранее знаю, что ответ меня не порадует, — заявил Нистур, — но считаю своим долгом спросить: что это за бехир такой?
— Ты не знаешь, кто такой бехир? — не веря своим ушам, переспросил Делвер.
— В других местах они не водятся, — с достоинством ответил Нистур.
— Это огромный червяк, — пояснил Горячая Кузница. — Чудовищный ящер — шагов двадцать в длину. И жрет он все, что попадется ему на зуб.
— Дракон? — негромко произнес Железное Дерево.
Гном покачал головой:
— Нет, у бехира нет крыльев, он не умеет говорить, и его дыхание не ядовито.
— Успокаивающие подробности, — сказала Ракушка.
— Но вместо всего этого он умеет изрыгать стрелы-молнии из своей пасти, — добавил Горячая Кузница.
— И всего-то, — сказал Нистур. — Ну, тогда нам бояться нечего. Мой приятель — Железное Дерево — знаменитый победитель драконов. Видите, на нем кольчуга из убитого им черного дракона. Так что справиться с каким-то жалким бехиром ему — раз плюнуть.
Посмотрев на приятеля, Нистур с удивлением обнаружил, что тот бледен как полотно.
— Ладно, за работу, — сказал Горячая Кузница. — Острая Кирка, отправляйся в архив за планами. Остальным приготовить инструменты и собраться в старом банкетном зале под дворцом.
Гномы разбежались через разные выходы из зала. Все явно с энтузиазмом отнеслись к делу, взорвавшему монотонность их подземной жизни.
— Эх, поработаем! — довольно потирая руки, прокряхтел Делвер. — Давненько я не брал в руки кирку или лопату. Соскучился по любимому делу.
— А как далеко простираются эти подземные разработки? — поинтересовался Нистур, обегая глазами доступную взгляду часть лабиринта туннелей.
— Под всем наземным городом есть подземный. Мои предки выкопали первые фундаменты Тарсиса, заложили основания его стен, а затем остались под городом, роя поселения для себя. Раньше они связывали нас с мелкими деревушками гномов, расположенными по соседству. Теперь там никто не живет. Нас и в городе-то осталось раз-два — и обчелся. Раньше здесь жило много тысяч представителей моего народа, а сейчас — несколько десятков.
— Да, это печально, — посочувствовал ему Нистур, а затем негромко спросил у Железного Дерева:
— Что с тобой? Приближается приступ?
— Нет, дело не и этом. Просто… не ожидал я, что эти сказки про драконоподобного червяка окажутся реальностью.
— Но это же не настоящий дракон. Так, жалкое подобие.
— Здесь настоящего и не надо. Велика разница под землей — есть у него крылья или нет. Не зря, наверное, на люках в городе такие решетки.
— Ладно тебе переживать. Гномы живут по соседству с этой тварью, и пока ничего, живы. Я ведь расписал тебя как победителя драконов, так что ты уж смотри — держись как подобает такому герою.
— Да, похоже, выбора у меня особо-то и нет, — вздохнул Железное Дерево.
Через несколько минут все гномы и люди собрались в длинном и узком банкетном зале с каменными столами. На одном из столов Острая Кирка развернул свиток и придавил его по углам камнями.
— Вот самый подробный план этой части подземелья. Здесь обозначены и самые древние туннели, и новейшие, выкопанные уже после Великой Катастрофы. — Поводив пальцами по непонятному пересечению линий и черточек, он добавил:
— Вот эти обрушились и не были восстановлены.
— Ну и сколько нужно прокопать? — поинтересовался Горячая Кузница.
— От нижнего яруса темницы до ближайшего открытого туннеля — ярдов пятьдесят плотной обрушившейся кладки.
