— Висит под потолком, что ему сделается. Мы пытались его достать, но…
— Бесполезно, — догадался Коля. — Он никого к себе не подпускает.
— Верно. Еще и огрызается вспышками света и молниями.
— Ясно. Что с войском?
— Мы потеряли почти треть. Еще столько же ранено. Целители делают все возможное, чтобы поставить воинов на ноги, но приходится смотреть правде в глаза. Долго противостоять Торр-Саазу мы не сможем. Дворец окажется в его власти еще до слияния звезд.
Коля сделал над собой усилие и сел. После всего услышанного, разлеживаться в постели он себе позволить уже не мог. Хрипло вздохнул — с непривычки закружилась голова, дернула рана на плече.
— Ты слишком слаб, — Артис прекрасно видел состояние друга.
— Пустяки.
— Уверен?
— Да.
— Тогда отдохни и приходи ужинать. Наша комната рядом с главным залом.
— Арт, — Коля мысленно выругал себя за невнимательность. — Эрика нашли?
Внутренне сжавшись, он посмотрел на наставника. С облегчением увидел, как морщины на лбу разгладились, а лицо осветила радость.
— Он жив! Мальчик мой! Его долго искали, а он сам выбрался из подземного лабиринта. Пауки исцелили его, так что все в порядке. И Дариана, она просто счастлива! Представляешь, в наше отсутствие на нее напал… кто бы ты думал?
Коля не имел ни малейшего понятия.
— Волк!
— Волк? Что этой твари понадобилось?
— Его послал Фаридар за "Оком ночи". К счастью, Волин и Болин оказались рядом. И вовремя.
— Надеюсь, они разобрались с ним?
— Разобрались, — кивнул Артис. — Отныне Волк никого не побеспокоит. И да, совсем забыл сказать, каким бы ни было твое отношение к Кэдрику… В общем, он погиб, как и многие из его племени. Южане очень помогли нам.
— Как всегда, — задумчиво проговорил Коля.
— Ну, вижу, заболтал я тебя. Приходи на ужин. Хотя… мне кажется, ты еще слишком слаб.
— Я в норме, — упрямо процедил принц и отвернулся, не заметив лукавую улыбку, на мгновение тронувшую губы собеседника.
— Ну, смотри. Сможешь, приходи. И Эдель передай, что мы ее ждем. Она сейчас у отца. Бедняжка, тяжело ей пришлось. Оба вы находились одной ногой в могиле…
Продолжать мысль Артис не стал. Поднялся и тихо прикрыл за собой дверь.
"Идти на ужин". Легче сказать, чем сделать. Коля чувствовал себя лучше, но не настолько, чтобы расхаживать по длинным коридорам замка. Однако из-за упрямства и гордости не мог разлеживаться дольше. Что же делать?
Рядом призывно заметались магические частицы. Организм отдохнул, резерв пополнился естественным способом. Теперь можно использовать волшебство для самоисцеления. Коля впитал энергию, вдохнул свободнее, чувствуя, как мышцы наливаются прежней силой, как стягиваются шрамы, ускоренные процессом заживления. Он встал, прошелся по комнате. Сделал несколько упражнений: ничто уже не беспокоило. Разве что не помешал бы хороший душ, чтобы окончательно смыть с себя болезнь. Заглянув в следующую комнату, он не без удовольствия обнаружил там ванную.
Отделанная мрамором и дорогим хрусталем, убранством она чем-то напоминала покои во дворце вельтов. И, несмотря на то, что вычурность и роскошь всегда раздражали, сегодня Коля не обратил на это никакого внимания. Просто разделся, залез в ванную и задвинул за собой занавеску. Нажал на позолоченный рычаг. Трубы загудели, а из крана вдруг вырвалось странное облако и завертелось вокруг тела. Коля с удивлением почувствовал, как нежные струи воды текут по рукам и ногам, обволакивают торс, лицо, шею… Легкие покалывания сменялись шелковым водопадом, тепло то угасало, то набирало силу. Необычный душ расслаблял, и в тоже время заряжал бодростью и энергией.
Коля сорвал остатки паутины, зажившие раны в ней уже не нуждались. Постоял еще немного, наслаждаясь приятными ощущениями, а потом снова нажал на рычаг. Облако тут же рассеялось и исчезло в сточной дыре.
Пушистое полотенце услужливо висело рядом. Вытершись, он обмотал его вокруг бедер, вышел из ванной и удивленно застыл на пороге.
— Вижу, тебе лучше.
Эдель сидела в кресле, нервно сцепив руки. Она исхудала, крылья так и не появились. Разрушенное королевство, гибель родных и близких, подземелье Фаридара оставили тени под глазами, резко очертили скулы. Но даже они не смогли погасить изумрудный огонь в миндалевидных глазах. Бледная кожа, неровный румянец на щеках, тяжело вздымающаяся грудь — Эдель явно нервничала, вела внутреннюю, одну ей известную борьбу.
— Благодаря тебе, — тихо произнес Коля, не в силах оторвать от любимой взгляда.
Девушка вдруг всхлипнула и бросилась к нему в объятия.
— Я… я думала… все…
— Тише, — он зарылся носом в шею, вдохнул сладостный аромат ее волос и кожи. Прижал хрупкий стан к себе, отгораживая от всего мира. — Теперь нечего боятся.
Эдель кивнула и доверчиво прильнула. Вдруг удивленно выдохнула, дотронувшись до полоски шрама на плече:
— Как? Еще с утра… Лекарь сказал, еще неделю минимум заживать будет…
Коля ничего не ответил. Не хотелось тратить время на пустые объяснения. Не хотелось отвлекаться от дурманящего аромата нежного тела, шелковых волос и бархатной кожи.
— Ты — мое лучшее лекарство, — хрипло выдавил он, не в силах более сдерживать чувства.
Эдель подняла голову, посмотрела прямо в глаза. Слова больше не требовались. Она отстранилась, не спуская взгляда, скинула кожаную жилетку. Принялась медленно расстегивать пуговицы на тонкой блузе. Ее движения дразнили, возбуждали. Полупрозрачная материя распахивалась все больше, колыхалась в такт дыханию, обнажая высокие, крепкие груди. Когда последняя пуговица вынырнула из петлицы, Эдель повела плечами и блуза упала к ногам. Следом был развязан поясок, и длинная юбка скользнула по стройным бедрам.
Оставаться сторонним наблюдателем Коля больше не мог. Он подошел к любимой, провел рукой по шее, по плечам, упругой полноте груди. Желание и близость ее тела сводили с ума.
— Я люблю тебя, — хрипло прошептала Эдель, целуя в губы.
"Больше всего на свете" — мысленно добавила она, выгибаясь навстречу ласкам.
— Я люблю тебя, — Коля оторвался от нее всего на мгновение. — И теперь не отпущу ни за что.
— Глупый, — девушка улыбнулась, обняла его за шею, увлекла за собой на кровать. — Теперь я никуда не уйду.
* * *
Лепнина на потолке складывалась в замысловатые узоры. Прежде они не имели никакого смысла, а теперь распускались диковинными цветами. Весь мир преобразился. На пороге возможной гибели, каждая минута жизни ценилась на вес золота. Минута же, проведенная с любимой женщиной, была бесценной.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
