законные их разновидности могут быть сколь угодно микроскопическими, самопередвигающимися, умеющими мимикрировать, выполненными в стелс вариациях. Информация правит миром, и средства наблюдения помогают получать её, иными словами, помогают править. Шантаж – весьма распространённое преступление описываемого периода, жаждущих подсматривать всегда предостаточно, если вы засняли соседа в такой момент его жизни, который он ни за что не захочет никому раскрывать, предложите ему купить запись за приемлемую для него цену. Не удивительно, что нередко на попытках подзаработать столь экстравагантным способом попадаются даже школьники. Но шантаж соседей – мелочь, удел шантрапы. Информация бывает и очень дорогой, и бесценной. Промышленный, деловой, интеллектуальный, политический шпионаж – этим кажется не занимается только ленивый. И защититься от чужого внимания очень непросто. Потому что кроме видеонаблюдения у профессионалов хватает и куда более продвинутых средств, позволяющих подслушивать и подглядывать сквозь стены или за многие километры от наблюдаемого объекта. Говорят, разведывательные спутники мегакорпораций способны с орбиты различить даже тихий шёпот.
• Оружие – огнестрельное морально устарело, перестав пользоваться популярностью, ныне в почёте энергетические его виды – лазеры и бластеры. Лазер стреляет лучом света, бластер плазмой (т.е. не имеющим твёрдой оболочки сгустком вещества). В них отсутствует что-либо подобное патронам, поэтому и славные времена, когда по пуле или гильзе можно было однозначно идентифицировать оружие, и соответственно установить причастность его владельца к убийству, закончились. У полицейского дознавателя практически нет способа доказать, что именно этот бластер, а не какой-то ещё, послужил орудием преступления. Владеть боевыми средствами поражения противозаконно, нарушителя ждёт уголовная ответственность, но она куда как меньше ответственности за отъём жизни. Таким образом злоумышленник может совершенно спокойно хранить энергетические «стволы», даже если те не раз были в деле и уже повинны в чьей-то гибели. Они точно не станут уликой, свидетельствующей о крови конкретных жертв у него на руках, если его вдруг поймают.
• Роботы – обладая определёнными познаниями в робототехнике можно запрограммировать оную совершить преступление за вас. От мелкого до самого тяжкого, от незаконного скрытого наблюдения до теракта. У робота нет ДНК, кожи, волос и запаха пота, какие бы следы он не оставил, полиция не сможет по ним идентифицировать его. Посему он незаменимый инструмент современного криминала. К примеру, большинство умышленных убийств в настоящий описываемому момент совершается именно роботами. Воображение древнего по отношению к описываемой эпохе читателя пожалуй тут же нарисует себе нечто вроде терминатора – мощного, непробиваемо бронированного, вооружённого до зубов. Однако действительность гораздо прагматичнее и проще. Могучий терминатор выйдет невообразимо дорогостоящим, к тому же ему сложно будет перемещаться по улицам не привлекая внимания. Здесь чем меньше и обыденнее на вид, тем лучше. Особенно ценятся у преступного сообщества миниатюрные механические киллеры: робо-тварь размером с пчелу, проникающая в рот человеку во сне или ловко залетающая туда при свете дня – чем не идеальный вариант. Из глотки она быстро добирается до сердца или мозга, причиняя тем ущерб, несовместимый с жизнью. Выходит дёшево и эффективно, плюс весьма устрашающе для недругов, так как это очень болезненная смерть. Бывают конечно и киллеры-люди, работающие по старинке, собственноручно – ядом ли, ножом, плазменным пистолетом или снайперской лазерной винтовкой. Причины чему могут быть самые разные, от демонстрации своего профессионализма до неумения подготовить себе кибер пособника. Но по большому счёту это редкость. Криминальные роботы крайне обширная тема, которую не опишешь в двух словах, подробней о них мы поговорим отдельно ниже.
• Криминальная электроника – разнообразные электронные устройства, предназначенные для взлома и нейтрализации систем безопасности, подбора паролей и шифров, подделки идентификационных данных для выдачи себя за иное лицо при доступе к его личным информационным ресурсам, перехвата и дешифровки связи, и т.д. Как правило производятся либо кустарным способом умельцами-одиночками, либо подпольными лабораториями бандитских группировок, впрочем вполне могут быть и продукцией, разработанной в закрытом режиме инженерно-техническим подразделением крупной бизнес-структуры. Чаще всего узкоспециализированы – порой настолько, что создаются под одно конкретное преступление. Тем не менее в большинстве своём они весьма хитроумны и высокотехнологичны. У рядового уголовника ничего подобного нет. У не очень рядового тоже. Криминальная электроника удел преимущественно суперпрофессионалов преступного мира.
• Легальный бизнес – если требуется скрыть противоправный характер источников своего дохода, обеспечить им легализацию, сделать это можно посредством параллельно ведущегося законного бизнеса. Основная проблема преступника или коррупционера при осуществлении финансовых операций – автоматические аналитические службы, т.е. ИИ (искусственный интеллект), анализирующий абсолютно все перемещения денег (которые, как мы помним, в настоящее время существуют только в электронном виде, а значит доступны для контроля госорганами на 100%). ИИ умное приспособление, способное учиться, копить опыт, сопоставлять огромное количество данных, обращать внимание на множество деталей, от него не укроется, например, что платёж осуществлён от бизнесмена чиновнику, или от уголовника полицейскому, или от студента преподавателю. Или что бывший вор получил значительную сумму от ломбарда либо от лица, подозреваемого в скупке краденного. Или что отсидевший за грабёж персонаж вдруг принял крупный перевод от вполне добропорядочного гражданина, с которым согласно статистике ПССА ранее никогда не контактировал. Или что мошеннику-рецидивисту стали капать средства с множества чужих счетов одновременно. И т.д. Проще говоря, ИИ всегда принимает во внимание, что конкретно за человек совершает финансовую операцию, какова его биография, где он работает, каким способом и какие доходы получал ранее за краткосрочный и долгосрочный периоды прошлых лет. И всё подозрительное берёт на заметку, дабы либо довыяснить детали в будущем, либо послать сигнал в надзорные или правоохранительные органы. У него не забалуешь. Но это людям. Финансовая деятельность организаций слабо поддаётся автоматической противокриминальной аналитике, ведь она может быть обусловлена миллионом разных причин, причём преимущественно невыяснимых для ИИ. Деловая среда чрезвычайно динамичная и непредсказуемая штука, в современном высоко-конкурентном мире постоянно кто-то разоряется, кто-то вдруг обретает сверхуспешность, бизнесмены рискуют, под влиянием алчности, глупости или самонадеянности пускаются в сомнительные с позиций здравого смысла авантюры. Почему они действуют так, а не иначе, покупают у того, а не у другого, по такой цене, а не по иной – это их личное дело, а часто и коммерческая тайна. Любая сделка не может быть признана незаконной, если осуществляется по обоюдному согласию, сколь бы странной она не выглядела. Таким образом, организовав какое-нибудь легальное предприятие получишь отличный инструмент отмывания «грязных» денег. Не каждый уголовник сможет и станет обременять себя маскировкой под честного труженика или предпринимателя, мелким это не под силу, да и не надо. Чем крупнее преступная организация или коррупционное сообщество, тем более масштабные и разветвлённые формы бизнеса им требуются
