история в основном касалась того, насколько неудобным иногда могло быть новое место, поскольку оно находилось не в районе железнодорожных станций, а также того, как легко было заниматься спортом, поскольку поблизости был парк и т.д.
Она больше не жила в Кванхвамуне. Она даже не жила рядом с третьей линией метро.
Хан Союнг спросила ее.
— Хорошо, итак. Вы двое все еще вместе?
Эти слова привлекли внимание товарищей. Джун Хивон горько улыбнулась и покачала стакан с алкоголем.
— Нет, больше нет.
— Почему?
— Если мы вместе, нам вспоминаются многие вещи.
— ...Какие вещи?
Ли Джие со сверкающими глазами подначивала Джун Хивон. Однако последняя, похоже, был не в очень веселом настроении. Она просто молча покачивала стакан. В конце концов, Ли Джие закрыла свой широко открытый рот.
На панели заиграла прелюдия к следующей песне.
[The Nameless Salvation (feat. Лысый Генерал Справедливости) – JUS]
Хан Союнг слушала песню, доносящуюся из панели, и немного погодя пробормотала в догонку.
— Я понимаю. Думаю, ты права.
На этом они прекратили беседу. Тишина окутала их лодыжки, как трясина.
Это было причиной того, что они не часто встречались.
[Это была история, которую никто не помнил. Однако эта история определенно существовала.]
Было ли достаточно двух лет, чтобы этот "период времени" стал историей?
Хан Союнг хотела знать.
— Все еще нет новостей о Бию?
— Я спрашивала мисс Анну, но она говорит, что до сих пор не было никакой связи.
Прежде чем товарищи вернулись, Бию отправилась в «Темный Разлом» тренироваться. Из-за этого в течение последних двух лет они не слышали никаких новостей о ее местонахождении.
— А что насчет Гон Пильду?
— Наверное, пьет в одиночестве в Чунгмуро. Снова. Я думаю, что шок от разлуки с семьей был слишком велик.
— Этот парень, я определенно сказала ему оставаться в 1865-й регрессии, так почему же он упрямо вернулся с нами....
— Как насчет Мьюнго аджосси? Он живет в Комплексе, так что ты, должно быть, в курсе новостей о нем, верно? Хан Союнг?
— Этот парень? Он такой же, как всегда.
— А что насчет закопченного ублюдка? Я слышала, что он пытался вернуться на профессиональную игровую сцену, но недавно ушел.
Никто не ответил.
Чан Хаен резко подняла бокал с коктейлем.
— Иии, я больше не знаю. Давайте просто напьемся!
— Но ты уже выглядишь довольно пьяной?
— Не останаааавливай меня! Сегодня я оторвусь по полной!
— Я тоже. Пожалуйста, дай и мне шот.
— Юсунг-а, ты еще несовершеннолетняя.
— Если считать мой возраст до регрессии, то я определенно уже взрослая.
Пока надутая Шин Юсунг начала приставать к взрослым, Ли Джие налила себе шот крепкого соджу и, не закусывая, осушила его одним махом.
— Союнг онни, не могла бы ты написать за меня доклад? Пожалуйста? –отчаянно попросила она.
— Если ты еще раз попросишь меня об этом, я тебя убью.
Два года. Около 730 дней, если делить на дни.
Их нынешние разговоры могли происходить только потому, что в течение этих 730 дней они отчаянно жили своей жизнью. Они ходили в школу, ходили на работу, переезжали; чтобы шаг за шагом уйти от того дня, товарищи пытались жить полной жизнью.
Однако кто-то стал ближе к тому дню, чтобы уйти от него.
[Ким Докча выжил благодаря истории под названием "Пути Выживания". В таком случае, какая история позволила выжить нам?]
Джун Хивон наблюдала, как Хан Союнг записывает что-то в своем блокноте, прежде чем спросить ее.
— Что ты там записываешь?
— Просто сила старой привычки.
— Ты все еще пишешь в эти дни?
Ее пальцы, записывающие что-то в блокноте, замерли. Вместо нее ответила Ю Сангах.
— Я думала, что да? Судя по тому, что я видела ранее.
— Правда? Что ты пишешь? Это роман? – быстро спросила Ли Джие, пережевывая полный рот только что принесенных закусок.
— ...Нет, я просто пишу, чтобы вернуться в колею.
— В самом деле? Ты планируешь опубликовать новый роман?
Как раз в тот момент, когда Хан Союнг начала обдумывать, как ей следует ответить, она услышала шорох, доносящийся сбоку от нее.
— Может, он здесь?
Ли Гильюнг отлучился, сказав, что ему нужно в туалет, но еще до того, как кто-либо это заметил, он уже вернулся и, хихикая, держал в руках ноутбук Хан Союнг. Раньше он без разрешения играл в компьютерные игры на ее устройстве, поэтому, естественно, знал пароль и мог без проблем войти в систему. Шин Юсунг бросила на него сердитый взгляд, приказывая ему прекратить это грубое поведение прямо сейчас.
— Ли Гильюнг.
— Аргх, что теперь?
Его щеки раскраснелись, как будто он тайком сделал пару глотков выпивки. Шин Юсунг занервничала и начала с осторожностью изучать настроение Хан Союнг, но что здесь происходило? В обычной ситуации последняя бы уже сорвалась и ударила Ли Гильюнга по затылку. Но сейчас она молча потягивала свой коктейль. Как будто ей было все равно, прочитает он это или нет.
Ли Гильюнг воспринял это как знак согласия, поэтому быстро открыл файл. Через некоторое время Хан Союнг поставила свой стакан и спросила его.
— Эй, парень.
— …
— Ты уверен, что у тебя хватит смелости прочитать это?
Лицо Ли Гильюнга становилось все бледнее и бледнее. Но даже тогда он не отрывал глаз от экрана. Он продолжал читать, словно его в любой момент могло затянуть в экран. Несмотря на нахмуренные в явном мучении брови, он все читал и читал. И через несколько минут он поднял голову, слезы вот-вот готовы были хлынуть из его глаз.
— ...Сколько глав ты уже написала, нуна?
— Не так много. Это примерно, скажем, меньше двух книг.
— Могу я... почитать еще немного?
— Конечно.
Поняв, что состояние Ли Гильюнга был несколько странным, товарищи встали со своих стульев.
— В чем дело? Что там такое, раз заставляет тебя так реагировать?
— Мне тоже немного любопытно, ведь это последняя работа Союнг-сси....
— Я пас. Я подожду, пока она выйдет в виде книги.
За исключением Ли Джие, которая налила себе еще один напиток, все остальные собрались позади Ли Гильюнга.
Хан Союнг молча смотрела на них.
Один за другим их взгляды впивались в экран ноутбука.
Это не было просто потому, что история была слишком увлекательной. Нет, с самого начала это была именно такая история. Потому что эта история…
— Хан
