того, что замешана на убийстве? – спросил Джем.
– Не только. Некромант связывает душу своей жертвы и тянет из нее знания. Именно из-за этого и существует запрет на эту иллюзию. Подробности создания я вам рассказывать не буду. И, господин ректор, – взглянул я на Гаденыша, – вам ли не знать, что выявить некроманта, применившего заклятие, невозможно, если он сам не допустит ошибку?
– Известно, – кивнул тот, скрестив руки на груди. – Просто было интересно услышать ваше мнение.
Как же! Но меня больше не интересовало присутствие Гардена. Все мысли занимал лже-Кроун. Мог ли он использовать запрещенную магию? Мог, конечно. Учитывая, что он ставил опыты над магами с аномалиями. Он запутал даже меня! А я всегда умел распознавать притворщиков. А если я прав – не стоит ли доложить об этом Верховному Жрецу? Хотя, учитывая вопрос Гаденыша, можно предположить, что им и так все известно. Возможно ли, что Гардена прислали сюда расследовать дело Крона?
– Профессор, все в порядке? – тихо спросила Кэрри.
– Да, извините, задумался, – заулыбался я. – На чем мы остановились? Ах да. Время суток.
Я продолжил лекцию как ни в чем не бывало. Время от времени Гарден перебивал рассказ неуместными вопросами, но я приложил все свое терпение, чтобы не сорваться и ответить на них. Хотел подловить меня – надо было приходить на лекцию по защитной магии. В этой области я многого не знаю.
Когда лекция закончилась, у меня было ощущение, будто камень скатился с плеч. А когда Гарден удалился из аудитории, и вовсе стало легче. Зато когда в конце рабочего дня он прислал ко мне секретаря с приказом явиться в его кабинет, интуиция снова забила тревогу. Что нужно треклятому ректору?
Я шел к нему медленно, оттягивая неизбежное. Постоял у двери, постучал. Дождался приглушенного «входите» и перешагнул порог кабинета. Гарден что-то писал в магическом свитке. Я подождал – никто не обращал на меня внимания. Стоять надоело. Я присел на кресло и уставился на ректора. Тот продолжал писать.
– Кхм-кхм, – напомнил о своем существовании.
– А, это вы, – Гарден наконец поднял голову. – Простите, что заставил ждать. Дела государственной важности.
Умеет набить себе цену. Что ж, мы еще увидим, кто кого.
– Профессор Дагеор, – забарабанил Гарден пальцами по столешнице, – сегодня я побывал на трех лекциях и одном практическом занятии. Могу сказать одно – вы не такой плохой преподаватель, как мне казалось.
Это поощрение или издевка? Я уставился на ректора.
– Но… – чего я и ожидал, – у вас нет педагогического образования. Ваши объяснения время от времени становятся сумбурными, и студенты с трудом улавливают мысль.
– Это они вам сказали? – я изогнул бровь.
– Нет, я пришел к выводам сам. И настоятельно советую меня выслушать, – улыбка Гаденыша не обещала ничего хорошего. – И вам, и другим профессорам я даю испытательный срок – месяц. Либо докажете, что достойны преподавать в академии, либо лишитесь места.
Я только улыбнулся. Разве Кардемская академия – такое престижное место? Да, платят хорошо. Но и только. Здесь не так много студентов, а на тех, кто есть, плевать даже родственникам. Что здесь учится принц, и вовсе никто не знает.
Гаденыш молчал и разглядывал меня, как некое насекомое.
– Что? – не выдержал я.
– Пытаюсь понять, что в вас такого особенного, профессор Дагеор, – ответил тот. – Почему и крон, и его светлость Мартис позволили вам остаться. Мало того – стать наставником Ленора.
– А вам и не надо понимать, – разговор начинал меня злить. – Главное – чтобы мои студенты получили хорошие знания. А вашу личную ко мне антипатию оставьте при себе.
Не дожидаясь позволения, я покинул кабинет ректора. Бывает же такое: испытываешь антипатию к почти незнакомому человеку. Вроде бы Гаденыш только собирается вставлять мне палки в колеса, а я уже на дух его не выношу.
– Профессор, вы забыли пропуск, – высунулась из дверей голова Гардена.
Чтоб ему! А раньше сказать не мог? Пришлось возвращаться и забирать небольшой свиток с печатью академии.
– Удачного дня, – сердечно пожелал Гарден.
– И вам не хворать, – поклонился я и пошел прочь.
По пути столкнулся с поникшим Аверсом. Тот плелся по коридору, уставившись под ноги. Не похоже на моего приятеля.
– Что стряслось? – спросил я, замедляя шаг.
– А? – Аверс словно очнулся от спячки, вздрогнул всем телом и завертел головой по сторонам. – Дагеор, это ты.
– Ожидал увидеть кого-то другого? – хмыкнул я.
– Нет, – покачал тот головой. – Это все ректор. Знаешь, дружище Аль, наверное, скоро меня вышвырнут из академии.
– Тебя-то за что? – я искренне удивился. Аверс был человеком исполнительным, со своими обязанностями справлялся хорошо, от работы не увиливал.
– Ему не понравилась моя лекция, – еще горше вздохнул профессор. – Сказал, что чуть не уснул и не удивился бы, если бы студенты перестали посещать занятия.
– Вот гаденыш, – сквозь зубы процедил я.
– Не то слово, – очередной вздох.
– Нет, так не пойдет, – поникшие плечи и опущенная голова Аверса мне никак не нравились. – Слушай, тебе выдали пропуск?
– Выдали, только сказали, что ненадолго, – с горечью ответил он.
– Тогда айда в Кардем. Заглянем в таверну, отметим прибытие начальства, так сказать. Не все же нам сидеть в четырех стенах.
– Завтра лекции. – Я перестал считать вздохи Аверса. – Надо готовиться. А то опять придет ректор, и тогда уже ничего меня не спасет.
– Слушай, ладно я, но ты-то знаешь свой предмет. Соглашайся. До темноты вернемся, всю ночь будешь готовиться.
Зная Аверса, я, конечно, не предполагал, что он будет способен хоть что-то прочесть после визита в таверну, но уж в академию его доставил бы в целости и сохранности. А Гаденыш пусть провалится на месте. Думать о нем не стоит.
– Ну… – перспектива оказаться подальше от ректора Аверсу, похоже, улыбалась. – Ладно, уговорил. Беру деньги – и идем.
Я тоже заглянул в комнату, взял с собой пару кронных, снял со стены Реуса – случай с Кроуном многому меня научил. Меч, конечно, не способствовал легкой прогулке, но никто не обеспечит нашу безопасность, если мы сами о ней не позаботимся. Реус удовлетворенно крякнул и затих. Хорошо хоть, не вредничает, как обычно.
Аверс уже ждал меня возле двери комнаты. Мы спустились вниз и пошли к воротам. На этот раз проблем не возникло. Страж даже не соизволил появиться – просто распахнулись ворота, и мы смогли покинуть территорию академии. За ними даже дышалось легче. Здесь не было вездесущего ректора, любознательных студентов. Только бескрайние просторы, которые пока еще пусты, но вскоре покроются травами и цветами. Мы миновали лес и очутились в Кардеме.
Здесь царило весеннее оживление. Люди сновали туда-сюда, что-то
