О! Ведь это мысль! Заняться. А не поиграть ли мне на флейте? Еще ведь никто не знает о моих талантах. Я как ее положил в сумку, так с тех пор ни разу не доставал.
Отвернувшись от Ринаты, взявшейся играть со мной в гляделки, я полез в сумку и достал футляр с флейтой.
С чего бы, с какой композиции бы начать? В принципе я не знаю ни одной, так что, как говорится, без разницы. Хотя… помнится, Карлсон исполнял миниатюру «Плач малютки привидения». Думаю, что она вполне впишется в этот надвигающийся синий вечер…
Я приложил флейту к губам и издал несколько резких, пронзительных трелей. Так, по моему разумению, должен был звучать «Плач», которого я никогда не слышал. Опустив инструмент, я стал ждать реакции публики. Она последовала очень быстро. Треск кустов, и на поляну выскочили все отсутствующие варгуши. У всех в руках обнаженные клинки и вытаращенные глаза.
– Что это было? – обалдело спросила лейтенантша, обведя взглядом бивуак и остановившись им на мне.
Че спрашиватьто? Неужто инструмент не видишь?
– Это была музыка, – скромно сказал я, опуская флейту.
– А я думала кошек режут! – насмешливо произнесла Рината, убирая клинок в ножны.
Помнится, на твоей лошади гитара приторочена… Музыкантша великая? Нуну…
– Кошек режут – это у вас, а у нас играют музыку.
Я поднес флейту к губам.
– Что ты сказал? – угрожающе прошипела Рината, оскалившись и втягивая голову в плечи. В ментал повалила ярость.
– Отставить! – рявкнула ей лейтенантша и повернулась ко мне. – А вас, Эриадор, я попрошу думать, прежде чем чтото говорить!
– Обычно я это делаю, – кивнул головой я и, приложив флейту к губам, взялся исполнять гамму, стараясь извлекать звуки повыше.
Варги посмотрели на меня, послушали, сморщились и уползли обратно в кусты. Минут пятнадцать я упражнялся, пока Дана от костра не крикнула:
– Можно есть!
Пойдем поедим… Надеюсь, подгорело или пересолено. Можно будет высказать свое фи…
Но мои ожидания не оправдались. Приготовленное Даной варево оказалось очень вкусным. Навернув с четверть своей порции, я с понимающим видом одобрительно покивал сидящей рядом Ринате:
– Кошатина? Вкусно!
Ших!
И перед моим носом оказался кончик кинжала.
– Если ты еще раз чтонибудь… скажешь… про кошек…
Голос Ринаты переполняла ненависть.
Все замерли. Лейтенантша молчала и заинтересованно изучала содержимое своей миски. Тишина и костер.
– А что такого? – невинно поинтересовался я и сунул в рот еще полложки, не обращая внимания на клинок, на котором уже лежали мои невидимые руки. – Откуда я знаю, что вы туда положили? У каждого народа свои обычаи. Я их не знаю, могу судить только по тому, что прочитал.
– Что, не успел выучить, пока в ошейнике бегал? – прошипела Ри, сузив глаза.
– Прекратить, – устало приказала Биргит, отрываясь от своей тарелки. – Курсантка Рината – два наряда вне очереди! За несдержанность. А вас, Эриадор, прошу больше не озвучивать содержимое одной вам известной книжонки. Даже если она – все, что вам известно о варгах и Этории. Это оскорбительно для нас. Если хотите, девушки могут рассказать вам, как на самом деле обстоят дела…
– Буду признателен, – ответил я, расцепляясь взглядами с Ринатой.
Интересно, что они мне могут рассказать? Лисса с подругами немного наговорили…
– В Этории любят кошек, – грустно взглянув на меня «няшными» глазами, сказала Дана, видно решив первой начать процесс ознакомления с нравами и бытом Этории. – У меня есть три кота. Когда появилась эта глупая книга, какойто торговец решил заработать. Он привез целый фургон котов и кошек. Они были такие худые и голодные… И так жалобно мяукали в клетках… Мы их всех разобрали по домам. Каждая курсантка академии взяла себе по несколько несчастных… Вот.
Дана вновь глянула на меня своими удивительными глазами, и я вдруг почувствовал, что мне… стыдно. Вот стыдно и все. Какая чушь! Мне не может быть стыдно! Я правильно поступил! И пусть кошки бы все сдохли в этом фургоне, мне плевать! Мне нечего стыдиться! Это всего лишь кошки! А у меня была месть! Месть, месть и еще раз – месть!
Я начал злиться. Кто они такие, чтобы я чувствовал вину?
– А откуда у вас такая красивая флейта? – подхватила разговор голубоглазая Илона, видя, что я молчу. – Наверное, это чейто подарок? Да?
Усипуси, детский сад. А я дебил дебилыч в их понимании. Ладно. Зло выплескивать не будем, поприкалываемся… Заложат? Да и фиг с ним!
– Да. Подарок. Мне ее подарила одна юная властительница эльфийского леса.
Варгуши переглянулись. Судя по менталу, никто мне не поверил ни вот на чуточку!
– Это за что же такое дарят? – однако не удержалась от вопроса, полного сарказма, Рината.
– За то, что я друид.
– Ктоо?
– Друид.
– А кто это?
– Особый вид эльфа.
– И чем же он… особенен?
– Друид говорит с деревьями, травами и кустарниками. И еще со зверями.
– Ну и что? Я тоже могу разговаривать с деревьями, травами и кустами!
– И они отвечают?
– Отвечают?
– Друиду все отвечают – и деревья, и птицы, и звери. Мой нынешний друидский ранг – говорящий со зверями.
Варгуши нахмурились и снова переглянулись. Чемто мой самозваный ранг им не понравился…
– Зверей сейчас рядом нет, а вот как я разговариваю с деревьями, могу показать.
Я поднялся на ноги и не спеша направился к ближайшему дереву у края поляны. Это был дуб. А может, и не дуб… Короче, это было подходящее дерево! Большое и с торчащими в разные стороны от ствола двумя ветвями (словно руками).
– Здддрааааствуй, дээрээво! – сказал я, подойдя к нему и пытаясь повторить голосом интонации энта в гоблинском переводе.
Вродедуб в ответ приветственно помахал мне правой ветвью, громко зашуршав листьями. Сзади, у костра, судя по звуку, ктото выронил из рук миску.
– Чтооо нооовоооого в лесуу? – продолжил я беседу энтовским голосом.
В ответ дерево устроило мне настоящий разговор. С минуту махало и трясло ветвями во все стороны, словно моряк – флажками на мачте. Ну точнее, я махал и тряс ветви своими вторыми руками… Но их же было не видно! Поэтому для зрителей «говорило» ожившее дерево.
– Хорошо, – закончил я маяться дурью, – я понял. Передай нашим – буду не скоро. Сами пусть пока…
Дерево в ответ нагнуло верхушку, изображая поклон и, выпрямившись, замерло. Как всякое нормальное лесное дерево.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
