точки пути. Просто отрывая дверь, чтобы выпустить его «на дело», рискуешь очень скоро увидеть за ней людей в форме, вежливо но настойчиво предлагающих пройти с ними. Кроме того велик шанс, что он вообще никуда не доберётся, будет обезврежен раньше, чем успеет выполнить возложенную на него преступную миссию. В правоохранительных органах не дураки сидят, практика автоматизации криминала появилась не вчера, она хорошо известное современному обществу явление, если робот шляется в непонятном месте непонятно зачем, стражи порядка вполне могут озадачить себя выяснением причин такого его поведения. Общественным транспортом ему тоже воспользоваться не выйдет, ведь как и люди, он должен оплачивать свой проезд, а платить будет средствами хозяина, чем выдаст свою принадлежность оному. Малогабаритную модель несложно сделать летающей, однако вследствие низких (в сравнении с аэротранспортом) скоростных характеристик значительные дистанции преодолевать она вряд ли сумеет, к тому же неопознанный летающий механизм, незарегистрированный ни в курьерских фирмах ни в каких-либо сервисных службах, ещё скорее привлечёт к себе внимание каких-нибудь уполномоченных структур. Самые маленькие кибер созданья порой ухитряются прикрепляться снаружи к корпусам городского наземного транспорта и кататься на нём задарма, однако это незаконно, в обязанности полиции входит отлавливать подобных хитрецов и налагать штраф на их владельцев. Вариант с доставкой посредством личного аэромобиля тоже не самый лучший – перемещения всех воздушных машин отслеживаются автоматическими аналитическими службами, необъяснимая невынужденная остановка там, где в последствии произошло нечто криминальное, неизбежно вызовет вопросы и вполне может послужить поводом для включения в список подозреваемых. Иногда преступники идут даже на отправку робота жертве курьерской службой или по почте, но умудриться сделать это с сохранением анонимности – фокус, который не всякому по плечу, к тому же посылку элементарно могут просветить, и если в ней обнаружится неизвестное самодвижущееся устройство с заряженным источником питания, перед доставкой как минимум заранее предупредят получателя, а как максимум обратятся к правоохранителям.
В идеале, злоумышленного человека не должно ничего связывать с его криминальной робототехникой, нигде не должно быть зарегистрировано, что она была куплена им или принадлежит ему, нельзя контактировать с ней физически, дабы не оставить на ней свой биоматериал – отпечатки пальцев, следы запаха, частички кожи, волос и т.д. Это не является обязательным условием совершения безнаказанного преступления – если робота не поймали, или ему удалось надёжно самоуничтожится, или его хорошо помыли после «дела», никаких неприятных последствий его хозяину взаимосвязанность с ним не сулит. И всё же её отсутствие снижает риски, так значительно безопаснее, потому те из преступников, кто умеет проделывать трюк с недопущением взаимосвязи, никогда не пренебрегают им. Для бесконтактного перепрограммирования и переоснащения робота нужен другой робот, тут всё просто. Ещё желательно иметь укромное место, где указанная работа будет производиться, это уже сложнее. Но самое сложное обзавестись тем, что собственно будет переоснащаться – базовым изначальным законопослушным устройством, не оставив следов. При всём разнообразии возможных вариантов, каждый либо требует немалых усилий, либо не гарантирует надёжность. Кто-то крадёт робототехнику с улиц, кто-то запчасти от неё со складов и из магазинов, кто-то собирает из неисправного лома со свалок, кто-то производит кустарным способом сам, в уголовной среде изобретены разнообразные схемы анонимного приобретения товаров и услуг через бартерные сделки или посредников, даже готовый подготовленный для противоправного использования кибер агрегат можно купить, если имеешь доступ к чёрному рынку. Некоторые ухитряются скрытно перепрограммировать роботов случайных незнакомых им граждан – «живёт» себе такой с виду совершенно обычный добропорядочный механический помощник в совершенно обычной семье, выполняя свои нехитрые функции, пока как-нибудь ночью ему не поступает команда незаметно покинуть дом и сделать нечто совсем не добропорядочное. Существуют подпольные микро-предприятия, выпускающие робототехнику без маркировки, чаще всего не для продажи, а для обслуживания интересов некоей преступной группировки или практикующей нелегальные методы борьбы с конкурентами нечистоплотной бизнес-структуры.
Помимо вышеописанных, у криминального роботопользования хватает и иных сложностей. Службы безопасности компаний давно применяют специальные средства обнаружения, просвечивающие всё вокруг в поисках незнакомых незарегистрированных роботов, богачи в своих особняках ставят ещё более изощрённые поисковые сканеры, от этих нигде не укроется механизм размером и с блоху, самая простая из бытовых охранных систем, используемых рядовыми обывателями для защиты своих квартир от вторжения, и та служит весьма эффективным препятствием незаконным кибер проникновеньям, устройство с блоху она конечно не разглядит, но чуть покрупнее, величиной хотя бы с муху, засечёт точно. Существуют охранные роботы с функцией «антиробот», предназначенные для ловли и нейтрализации чужеродных собратьев. Власти стремятся побуждать хозяев робототехники к регистрации той из неё, что рассчитана перемещаться в общественных местах в автономном режиме (без сопровождения человека) – регистрация позволяет легко опознавать её (отличать от всех других, идентифицировать) и устанавливать, чья она собственность, подробней об этом см. ниже в подразделе об инструментарии полиции). Ведущие постоянное автоматическое (анализируемое только искусственным интеллектом) наблюдение за порядком в городах аналитические и статистические службы приглядывают и за всеми кибер созданьями, и если видят подозрительную деятельность какого-то из них, не оставляют её без внимания. Вкупе всё это позволяет утверждать, что успешные имеющие высокий шанс остаться безнаказанными преступления посредством роботов удел лишь высококвалифицированных криминальных элементов да обладателей недюжинного ума. Прочим осуществить подобное чрезвычайно сложно (хотя зависит от характера преступления и его цели), особенно в части безнаказанности. Тут только следует помнить, что продолжительность жизни людей описываемого периода велика (о чём см. соответствующий раздел ЭБ), за 250-300 лет бытия многие успевают накопить гигантский жизненный и профессиональный опыт. И к уголовникам это относится в полной мере. Они совершенствуют свои навыки, изучают нужные для их дела науки, ищут методом проб и ошибок новые возможности, и всеми полезными с практических позиций знаниями делятся со своими «коллегами». Встречаются среди них и талантливые, а бывает и истинно гениальные мастера роботостроения, иногда создающие просто шедевры криминальных поведенческих алгоритмов ИИ (искусственного интеллекта) и методик обучения ТР (технического разума), когда робот годами действует автономно в интересах своего создателя, сам просчитывая, в чём эти интересы, сам разрабатывая планы совершения преступлений и сам претворяя их в жизнь, попутно ещё и клонируя себя, то есть перепрограммируя других роботов, чтобы они продолжили его дело, если он будет обезврежен или выйдет из строя. Те же из представителей уголовной среды, кого природа не одарила ни гениальностью ни талантом, с годами всё равно как минимум матереют, обретают искусность. Криминальный мир вообще отличается повышенной гибкостью в следовании изменению внешних условий по сравнению с остальной частью гражданского общества, потому что здесь действует тот же естественный отбор, как и у
