уже об Иване – этот вообще мужик хитрый до невозможности, но притворяется послушным дураком, не желая подставляться. Вон как исподтишка все внимательно осматривает, явно делая известные только ему самому выводы. Сережка Перков только выглядит необычно мрачным, не шутит и не балагурит, как всегда. И тоже о чем-то напряженно размышляет, искоса поглядывая на Алексея – его явно поразило то, что искин объявил капитана императором. Остальных двоих странник знал мало, поэтому не мог предсказать их реакцию. Ашот Каспарян, скорее всего, ничего неожиданного не сделает, рисковать не любит. Зато твердолобый фанатик Фельдман вполне способен преподнести неприятный сюрприз. Придется за ним приглядывать.
Далеко идти не пришлось – столовая, как оказалось, находилась всего в двухстах метрах от рубки. Войдя в широко распахнутые двери, украшенные гербами Империи, земляне оказались в большом зале. Тоже с белыми стенами. В центре буквой «Т» стояли два длинных стола, заставленные десятками блюд. У верхней перекладины находилось только одно кресло, капитанское. По обе стороны нижней еще шесть. За спинкой каждого застыл человек в странного вида черно-белых одеяниях, немного напоминающих смокинги.
– А це ще хто? – положил руку на автомат сержант Шелуденко, остальные тоже настороженно замерли возле входа.
– Это не люди, – поспешил успокоить их Вирт. – Киберы. Машины. Они много кем могут быть, сейчас в них загружена программа официантов. Понимают и хорошо исполняют приказы, но сами говорить не умеют. Бояться их нечего – не боевой кибер не способен причинить вреда человеку. Знаменитые три закона кибертехники Азима не позволят. Хотя почему эти законы так называют и кто такой Азим я понятия не имею.
– Зачем их тогда сделали похожими на людей? – удивленно спросил Фельдман.
– Да черт их знает! – пожал плечами странник. – Они самой разной формы бывают.
– Давайте уж за стол, – недовольно буркнул Иван Мурянин, сглотнув слюну. – Пахнет-то одуряюще, кишки от таких запахов в клубок свернуться могут!
– Точно, – усмехнулся Алексей, садясь во главе стола. – Прошу!
Бойцы быстро расселись, голодными глазами смотря на непривычное изобилие. Чего только не было на столе перед ними! Всего хватало, знакомых и незнакомых блюд. В центре виднелась высокая стопка неестественно одинаковых блинов и глубокие миски с разного вида варениками. Вирт сразу обратил внимание на посуду и покивал своим мыслям – знаменитый императорский гербовый сервиз. Серебряный, разумеется. В Росской Империи, в отличие от Земли, золото не ценилось – технический металл, зато серебра было очень мало, да и то добывалось в поясах астероидов. Оно и служило денежным эквивалентом.
Бутылка со спиртным на столе стояла всего одна, как и просил Алексей, зато других напитков хватало – соки, морсы, несколько сортов кваса и многое другое. Киберы налили каждому понемногу коньяка в серебряные стаканчики, и бойцы встали.
– Ну, будем! – проглотил ароматный коньяк капитан, остальные последовали его примеру. – И в самом деле чудо…
– По мне, так водка лучшее… – не согласился Иван Мурянин, садясь. – Что пил, что не пил…
Он положил себе в тарелку что-то мясное с ближайшего блюда и с удовольствием принялся за еду.
– О, борче! – обрадованно потянулся к парящей супнице Вирт.
– Може, борщ? – переспросил Мыкола.
– У вас это называется борщ, – согласился странник. – А у нас – борч или борче. Я уже говорил, что даже традиционные блюда в России и Россе одинаковые, только называются по-разному.
Он наполнил половником свою тарелку и с наслаждением принялся хлебать борщ. Сержант Шелуденко налил себе того же.
– Неначе моя маты варыла! – изумился он после первой же ложки. – До чого ж смачный борщ!
Алексей отдал должное пельменям и вареникам с чем-то незнакомым, но очень вкусным. Он пробовал то одно, то другое, удивленно покачивая головой – никогда не доводилось видеть столь роскошного стола. Это что же, на крейсере каждый обед таким будет? Зря, бойцы могут разбаловаться и начать привередничать. Придется, пожалуй, приказать искину, чтобы подавали три блюда, не больше, пусть каждый день и разные. А роскошь лучше оставить для праздников, нельзя в будни увлекаться застольями.
Капитан все еще пребывал в растерянности из-за всего случившегося и не знал, что ему делать. Оказался непонятно где и когда, на борту межзвездного крейсера. А дома – война! Его долг – вернуться и воевать до победного конца. Не хотел Алексей становиться дезертиром, но выбора, похоже, не имел. А тут еще и шокирующие откровения искина об императоре. Даже думать о такой чуши не хотелось! Однако придется – Вирт подтвердил, что капитан Белого Крейсера – император Росса. Но где этот самый Росс находится? И главное – когда? Слишком похож язык, обычаи, даже блюда – пельмени, вареники, борщ, блины. Это не может быть случайным совпадением, никак не может. Слишком много этих «совпадений». Видимо, Росс – тоже Россия, только в далеком будущем. Но почему тогда в Империи не помнят о своих корнях? Не помнят о Земле? Странное что-то во всем этом. Слишком странное.
– Теперь займемся временным распределением должностей, – сказал Алексей, когда все насытились. – Значит так, ребята. Похоже, мы оказались в будущем. Я не уверен, что нам удастся быстро вернуться домой, хотя буду искать, как это сделать. А пока придется жить здесь. Виктор прав, нам очень повезло, что крейсер признал меня капитаном. Мы могли оказаться на том же Россе, не зная там ничего и никого.
– Вполне могли, – подтвердил странник. – Меня куда только не заносило. Ни языка местного не знал, ни чего вообще ждать. Сейчас мы совсем в ином положении. Одолеть Белый Крейсер нелегко, целый флот для этого понадобится, а его поди собери – мы пока в относительной безопасности. Но всем вам надо будет изучить росский язык – это очень легко, в ментоцентре шлем на голову надеваете – и через два часа он становится как родной.
– Вот как? – приподнял брови капитан. – Далеко тут наука вперед ушла…
– По сравнению с Землей? – усмехнулся Вирт. – Вы даже не представляете насколько далеко. Одни синтезаторы, навсегда избавившие человечество от голода, хоть взять. Но…
Он скривился, обреченно махнул рукой и добавил:
– В Безвременье даже синтезаторы не помогли, их тогда еще слишком мало было. Расхватали самые богатые и хищные. Вымирающий от голода народ этих тварей не интересовал…
– А революция? – возмутился Фельдман. – Почему народ не восстал?!
– Были и революции, – отмахнулся странник. – Я, кажется, уже говорил об этом. Но ни одна не привела ни к чему хорошему. Социалистические режимы выживали только пока имели очень жестких правителей наподобие вашего товарища Сталина. А как только приходили более слабые – рушились.
– Мы обязаны принести угнетенным рабочим единственно верное учение Ленина-Сталина! –
