Мудрости, были не столь отвратительны, как вот эти. Каким-то образом Тень забрала храбрейших из народа Айил и превратила их в этих… в
это.
Авиенда нанесла быстрый удар, потянув Силу через ангриал и круг, сплетая два потока Огня и швыряя их во врага. Тут же она принялась за новые плетения, взорвавшие землю под двумя направляющими, и немедленно принялась за третью очередь плетений. Она швырнула в потерявших равновесие врагов огонь — один отскочил, а другого привалило поднятой взрывом землёй.
Она сразила убегающего огненными копьями, а потом ударила по обоим мёртвым телам ещё одним потоком Силы — просто чтобы удостовериться. Эти люди больше не придерживались джи’и’тох. Им больше нет места среди живых. Они как сорная трава, которую следует вырвать с корнем.
Она подошла к сисвай’аман, проверить их состояние. Восемь человек оказались живы, трое из них — ранены. Авиенда была не очень искусна в Исцелении, но одному из них ей удалось спасти жизнь, остановив кровотечение из раны в горле. Выжившие забрали раненых и отправились обратно в лагерь.
Авиенда стояла над двумя мертвецами. Она решила, что не будет рассматривать их вблизи — увидеть даже одно знакомое лицо среди них уже было скверно. Эти…
Внезапно её пронзила резкая боль, и один из её источников Силы исчез. У Авиенды перехватило дыхание — и тут же погас ещё один.
Она в мгновение ока разорвала круг и со всех ног побежала туда, где оставила женщин. Её шатало от вспышек и взрывов. Авиенда цеплялась за Единую Силу — её собственные возможности теперь казались жалкими по сравнению с тем, которые только что ей были доступны.
Она резко остановилась перед дымящимися телами Кируны и Фаэлдрин. Рядом стояла улыбаясь та самая встреченная ранее уродливая женщина, которую Авиенда со всё возрастающей уверенностью считала одной из Отрёкшихся. Эта ужасная женщина положила руку на плечо Сарен; стройная Белая стояла, повернув к Отрёкшейся голову, и глядела на неё бессмысленными обожающими глазами. Мёртвый Страж лежал у её ног.
Обе исчезли, будто схлопнувшись — Перемещение без врат. Авиенда упала на колени у тел погибших. Неподалёку застонал Дамер Флинн, пытаясь выбраться из-под засыпавшей его земли. Левая рука мужчины, сожжённая до самого плеча, отсутствовала.
Разразившись проклятьями Авиенда как могла его Исцелила — хоть он и потерял сознание. Внезапно она почувствовала себя усталой и очень, очень одинокой.
Глава 35
ОТРЕПЕТИРОВАННАЯ УЛЫБКА
Олвер скучал по Ветерку. На самом деле, крепкая косматая кобыла по кличке Бела, на которой он теперь ехал, была неплохой — просто тихоходной. Олвер понял это после нескольких безрезультатных попыток её подогнать. Она упорно продолжала плестись позади остальных лошадей, и никакие его ухищрения не смогли заставить её ускорить шаг. Олвер хотел мчаться как ураган, а полз со скоростью здоровенного бревна, лениво плывущего по сонной речке.
Он вытер со лба пот. Запустение оказалось довольно жутким местом, и остальные — по большей части пешие — шли так, словно стоит сделать неверный шаг, и на голову обрушится целая орда троллоков. Все в караване переговаривались приглушёнными голосами, опасливо поглядывая на склоны холмов.
Они миновали рощу иссохших деревьев, из глубоких ран в их коре сочилась живица. Она была слишком красной. Совсем как кровь. Один из возниц каравана решил рассмотреть поближе, что это такое.
С ветвей над ним выстрелили плети лиан — на вид бурые и высохшие, но гибкие, словно змеи. Прежде чем Олвер успел вскрикнуть, мёртвый возница повис в кроне дерева.
Все потрясённо застыли на месте. У них на глазах дерево через разлом в коре втянуло труп внутрь ствола. Поглотило его. Может, этот сок — и в самом деле кровь?
Олвер в ужасе смотрел на всё это.
— Осторожно! — крикнула леди Фэйли дрогнувшим голосом. — Я же велела не подходить к растениям близко! Ничего не трогайте!
Весь караван мрачной вереницей двинулся дальше. Ехавший рядом Сандип бормотал себе под нос:
— Это пятнадцатый. Пятнадцать человек — за несколько дней. Свет! Нам тут никак не выжить!
Вот если бы это были троллоки! С деревьями и насекомыми Олвер драться не мог. Да и кто бы смог? А с троллоками он бы сразился. У него есть нож, а Гарнан с Силвиком научили его кое-каким приёмам. Олвер был не таким высоким, но он прикинул и решил, что это заставит троллоков недооценивать его. А он может поднырнуть и ударить в пах, прежде чем чудища поймут, что происходит.
Так он уговаривал себя, пытаясь унять трясущиеся руки, и колотя пятками Белу в надежде догнать леди Фэйли. Вдали послышался пронзительный визг, будто кто-то умер ужасной смертью. Олвер вздрогнул. Он уже слышал сегодня что-то подобное. Ему показалось, или звук действительно стал ближе?
Сеталль бросила на него встревоженный взгляд, когда он двинулся в голову каравана. Все, как могли, старались уберечь его от опасности. Не обращая внимания на эти ужасные вопли вдали, Олвер взял себя в руки. Его считали слабым, но это не так. Они не испытали того, что выпало на долю Олвера в детстве. По правде говоря, он не любил вспоминать то время. Ему казалось, будто у него было три жизни — одну он прожил до смерти своих родителей, другую — когда жил один, и теперь живёт третью.
В любом случае, он привык драться с противниками, которые выше него. Шла Последняя Битва. Все то и дело твердили, что в ней понадобятся все до единого. Что ж, значит, и он тоже? Когда появятся троллоки, первое, что он сделает — это слезет с этой тихоходной лошадки. Он даже пешком ходит быстрее, чем эта скотина скачет галопом! Вон, айильцы — им лошади вообще не нужны. У них Олвер пока ещё не учился, но сделает это обязательно. Он уже всё обдумал. Он ненавидел всех Айил, но больше всего — Шайдо, и если он собирается их убивать, ему надо выведать их секреты.
Он придёт к ним и потребует, чтобы они его научили. Они возьмут его к себе и сначала будут плохо обращаться, но, в конце концов, начнут уважать и позволят ему тренироваться с их воинами. В тех историях, что он слышал, именно так всё и происходило.
После того, как он вызнает их секреты, он отправится к Змеям и Лисичкам, и получит ответ на вопрос, как разыскать Шайдо, убивших его отца. Потом их выслеживание и убийство выльются в приключение, достойное отдельной истории.
«Я возьму с собой Ноэла, — подумал он. — Где он только не был! Он сможет стать моим проводником. Он…»
Ноэл погиб.
