Читаем без скачивания Джек и Джилл - Олкотт Луиза Мэй

— Хотим еще раз! Повторите! Еще, еще!..

Когда артисты совсем запыхались, занавес все-таки опустили. Дети все кричали и кричали, требуя повтора увиденного. Однако час уже настал поздний. Устали не только актеры, но и зрители, так что после продолжительных аплодисментов публика потекла наружу.

Едва Птичья комната опустела, мальчики моментально привели ее в порядок, и исполнителям был незамедлительно подан в ней обещанный торжественный ужин. Джек и Джилл сидели на одном конце стола, другой заняли Матушка Гусыня с Гусем, а между ними расположился весь остальной комический конгломерат персонажей из детских стихов. Голод на всех напал нешуточный — и заставленный яствами стол был опустошен с такой скоростью, будто на него налетел рой саранчи. Заслуженное удовольствие после трудов праведных. За едой веселье продолжилось, и некоторые родители, задержавшись после представления, с удовольствием наблюдали издали за пиршеством своих чад. Торопить их ни у кого из взрослых не поворачивался язык. А потому праздник для ребят закончился лишь в тот момент, когда Отец Отечества, он же Гас, зевнув, объявил, что глаза у него слипаются, с чем и удалился домой, торопясь сменить воинственную треуголку на мирный ночной колпак.

Глава XIII

Тайна Джека

— Что с тобой? Голова разболелась? — спросила Джилл однажды в марте у Джека.

Он сидел, крепко обхватив обеими руками голову. Джилл хорошо знала, что такую позу Джек принимал, когда его донимала мигрень, либо когда в его жизни возникали серьезные трудности и ему нужно было решить, каким образом с ними справиться.

— С головой все в порядке, но мне нужны деньги, и я совершенно не понимаю, где их заработать, — откликнулся он, ероша пальцами волосы и хмуро взирая на огонь в камине.

— А сколько именно тебе надо? — потянулась к карману Джилл. Там у нее лежал кошелек, в котором, как она сама полагала, скопилось целое богатство из тех денег, что ей подарили на Рождество.

— Два доллара семьдесят пять центов, — уточнил Джек. — Только брать у тебя взаймы я не стану, спасибо.

— Для чего же они тебе понадобились? — задала новый вопрос девочка.

— Извини, не могу тебе сказать.

— Но ты ведь всегда мне все говоришь.

— А сейчас не могу. Не волнуйся. Что-нибудь придумаю.

— Но разве мама не может тебе помочь?

— Не хочу с этим к ней обращаться.

— Почему? Ей тоже нельзя знать?

— Никому нельзя.

— Ну и ну! Джек, у тебя какие-то неприятности? — С каждым уклончивым ответом Джека недоумение Джилл все увеличивалось, а взгляд девочки разгорался от любопытства.

— Нет, но, возможно, будут, если мне не удастся что-то придумать в самом ближайшем будущем.

— Но чем же я могу помочь тебе, если деньги у меня ты брать отказываешься да к тому же не говоришь, какие у тебя трудности? — с обиженным видом произнесла Джилл.

— Ты очень мне поможешь, если вместо кучи вопросов придумаешь способ, как заработать нужную сумму. У меня есть золотой доллар, — при этих словах Джек потеребил висевшую у него на цепочке карманных часов монету, — но этого недостаточно.

— Ой, значит, ты его собрался продать? — с сожалением посмотрела на изящную золотую монетку Джилл.

— Да, собрался, — резко кивнул в ответ Джек. — Мужчина обязан нести ответственность за свои долги.

— Какой ужас! Должно быть, с тобой приключилось что-то действительно очень серьезное, — выдохнула с волнением Джилл и погрузилась в сосредоточенное молчание, мысленно перебирая способы, к которым Джек прибегал прежде, чтобы добыть денег.

Миссис Мино поощряла трудолюбие сыновей, и когда они принимались за какую-нибудь домашнюю работу, то могли быть уверены: в той или иной форме мама ее непременно оплатит.

— Может, напилишь дров? — пятью минутами позже, снова заговорив, предложила Джилл.

— Все перепилено, — с трагическим видом махнул рукой Джек.

— Дорожки от снега расчистишь? — не унималась Джилл.

— Снег почти сошел, — покачал головой Джек.

— Ну, можешь граблями пройтись по лужайке.

— Сезон не тот, — хмуро бросил он.

— Тогда составь каталог книг.

— Этим уже занимается Фрэнк.

— Сделай копии писем для своей мамы.

— Это займет чересчур много времени, а деньги мне позарез нужны к пятнице.

— Ну, тогда просто не знаю, — пожала плечами Джилл. — Для одного слишком рано, для другого слишком поздно. И денег взаймы брать не хочешь.

— Только не у тебя, — снова категорически отказался Джек. — И ни у кого другого. Я дал себе слово на сей раз справиться самому и так и сделаю, — не допускающим возражений тоном добавил он.

— А нельзя ли что-то придумать с печатным станком? — осенило вдруг Джилл. — Изготовишь для меня, например, визитные карточки, я покажу их другим девочкам, и они наверняка тоже захотят себе такие же.

— Ну ты, Джилл, голова! Это именно то, что нужно! Как же я, тупая моя башка, сам до этого не додумался? Сейчас по-быстрому налажу станок, и за дело.

Джек с сияющим видом нырнул в стенной шкаф, мигом извлек оттуда маленький ротапринт [75] и принялся тщательно очищать его от пыли и смазывать с таким заботливым видом, словно усматривал в нем настоящего избавителя от всех своих трудностей.

— Дай мне шрифты, — сказала Джилл. — Тогда, пока ты готовишь станок, я наберу свое имя, и ты сможешь печатать визитки, как только ротапринт заработает. Помнишь, как у нас с тобой здорово получились программки для театра? Если у нас и сейчас выйдет не хуже, большинство девчонок захотят визитные карточки, да и миссис Мино не откажется от этикеток для банок с вареньем, — продолжала Джилл, уже сноровисто раскладывая литеры в кассы, в то время как воспрянувший духом Джек, насвистывая веселую мелодию, сперва облачился в огромный фартук, а затем принялся наносить на валик станка чернила.

Очень скоро Джилл стала счастливой обладательницей дюжины визитных карточек и заплатила за них Джеку шесть центов, объявив, что теперь все по-честному: она ведь не взаймы ему дает деньги, а оплачивает выполненную работу. Затем они изготовили для миссис Мино четыре образца этикеток. Взглянув на них, та немедленно заказала отпечатать для нее все четыре, по дюжине каждого вида, из расчета шесть центов за дюжину, и, главное, Джеку не пришлось объяснять маме, откуда у ее сына явилась столь настойчивая потребность в деньгах.

Вполне ему доверяя, она никогда не спрашивала Джека и о том, как тот тратит свои полдоллара, которые неизменно получал от нее каждый месяц. Сейчас эти деньги очень пригодились бы Джеку, но он, увы, успел расстаться с ними в первую же неделю марта. Двадцать пять центов стоил билет на концерт, десять пошли на уплату штрафа в библиотеку за невозвращенную вовремя книжку, десять — на заточку карманного ножика, а остальные — на конфеты. Джек был большим сластеной и, наверное, покупал бы кондитерских изделий гораздо больше, если бы они не договорились с миссис Мино, что он не станет тратить на сей неполезный для здоровья соблазн больше пяти центов в месяц.

Может быть, именно из-за того, что миссис Мино не приставала к Джеку и Фрэнку с расспросами, сколько и на что потрачено, они сами приучились записывать это в подаренных ею блокнотиках, которые охотно демонстрировали на исходе каждого месяца. Процесс этот сильно ее забавлял, ибо многие приобретения сыновей представлялись матери совершенно нелепыми, о чем она, впрочем, деликатно умалчивала, уважая их выбор.

Весь этот вечер прошел для Джека и Джилл в напряженном труде. Не успели они еще закончить работу над этикетками для миссис Мино, как домой возвратился Фрэнк и со свойственной ему широтой заказал розовые визитные карточки для Аннет. Джек стремглав понесся в магазин приобретать бумагу нужного цвета и дополнительные расходные материалы.