Когда она второй раз посетила клинику, доктор обрисовал ей положение дел. Она переработала, истощила нервную систему, весила меньше нормы. Ей было сказано, что она потеряет ребенка, ежели не станет себя щадить. В то время у нее заканчивался четвертый месяц беременности. Врач считал, что часть ее обязанностей мог бы выполнять Энтони, чтобы она не так уставала. Тем же вечером, после представления, Беттина попросила мужа о помощи.
— Интересно, с какой стати? А ты что — выйдешь на сцену вместо меня?
— Энтони, я серьезно…
— Я тоже серьезно. Подумаешь, дело — потерять ребенка! Я не хотел заводить детей так поспешно. Послушай, любимая, ведь это — твой ребенок. Если не хочешь потерять его, попроси помочь кого-нибудь другого.
И он взял Джинни под руку. Они собрались поужинать в ресторане и не намеревались тратить время на разговоры с Беттиной. Беттина в ужасе смотрела на Энтони. Что с ним произошло? Почему он ведет себя подобным образом? Неужели это — из-за ребенка? Она вернулась в гостиницу в подавленном настроении. Впервые за два месяца отчаянно захотелось позвонить Айво. Но нельзя. Теперь она — не маленькая девочка. Нечего приставать к Айво со своими трудностями. Она сидела одна, размышляя и то и дело пускаясь в слезы. В эту ночь Энтони не пришел к ней. Она прождала его до утра — хотелось взглянуть ему в глаза. Не дождавшись, в полдень она отправилась в театр. И там ее встретила Джинни.
— Ищешь Энтони? — сладко пропела она.
Беттина почувствовала, как внутри у нее все сжалось.
— Нет, пришла на работу. Что вам нужно?
— Да. Ведешь себя как леди.
Джинни плюхнулась на стул. Беттина с трудом сдержалась, чтобы не влепить ей пощечину.
— Что вам угодно? — ледяным тоном повторила Беттина.
— Неужели не догадываешься, Бетти?
— Меня зовут Беттина. Так что вам нужно?
Беттина вдруг поняла, что происходит нечто очень важное. На что намекает эта девица? Конечно, это связано с Энтони. Беттину пронзила боль, но она, не показав виду, смотрела на смазливую блондинку.
— Итак, Бетти, — у Джинни было лицо, про которое французы говорят «просит оплеуху», — почему ты не хочешь отпустить Энтони с миром? Ведь полгода уже прошло.
— Какие полгода? — похолодев, спросила Беттина.
— А ты что, не догадываешься, для чего он на тебе женился, дорогуша? Думаешь, влюбился? Как бы не так, просто ему была нужна зеленая карта. Разве он тебе не сказал?
Беттину охватил ужас.
— А тут ты подвернулась под руку, — продолжала Джинни. — Он знал, что твой бывший супруг не оставит тебя без средств, так что и беспокоиться не о чем. Вы поженились в сентябре, так?
Беттина молча кивнула.
— Ну вот, детка, прожили шесть месяцев, и теперь он получит зеленую карту. И ты ему без надобности. А если ты думаешь, что он с тобой останется, ты просто спятила. Он плюет на тебя и на твоего будущего ребенка, от которого ты по глупости своей не убереглась. И вот что еще я тебе скажу, — она вскочила со стула и покрутила бедрами, — не будь дурой, не висни на Энтони, когда вернемся в Нью-Йорк!
Весь день Беттина не выходила из театра, пытаясь забыться в работе. Когда, незадолго до начала спектакля, Энтони наконец приехал в театр, она вошла в его грим-уборную и закрыла за собой дверь. Беттина ждала его там, и, к счастью, он пришел один. С недоумением посмотрев на нее, он снял пальто и повесил его на вешалку.
— Что тебе, Беттина?
— Хочу с тобой поговорить.
Она была настроена решительно. Энтони рассеянно смотрел на нее.
— У меня нет времени. Надо гримироваться.
— Отлично, это нам не помешает. — Она придвинула стул и села рядом. Энтони забеспокоился. — Сегодня мы побеседовали с нашей общей знакомой — Джинни.
— О чем же? — спросил Энтони. Было заметно, что ему неудобно.
— Она говорит, что ты женился на мне только затем, чтобы получить зеленую карту, и что через три недели, когда истечет полгода со дня заключения брака, ты от меня уйдешь. Еще она заявила, будто ты с ума сходишь по ней, ни больше ни меньше. Конечно, она девочка что надо. Чистюля к тому же. Но чистоплотна ли она? Вот что мне хотелось бы знать.
— Не дури, — сказал Энтони, избегая смотреть Беттине в глаза, он начал круговыми движениями пальцев набирать из коробочки грим. Беттина сидела сзади и видела в зеркале, как он поднял голову.
— Что все это значит, Энтони?
— Это значит, что она малость увлеклась.
Беттина сжала ему руку.
— Но хотя бы в чем-то она права? Ты это имеешь в виду? Ты собираешься бросить меня после гастролей? Если это так, скажи лучше сейчас, чтобы я могла привыкнуть к этой мысли. Ведь я жду ребенка, — она начала терять над собой контроль, и в ее голосе послышалось отчаяние, — и мне, конечно, будет «приятно» узнать, что я остаюсь совсем одна.
Он неожиданно вскочил и, в упор глядя на Беттину, перешел на крик, как это уже не однажды бывало:
— Я говорил тебе — избавься от этого проклятого ребенка! Все было бы гораздо проще, если бы ты последовала моему совету!
И, словно пожалев о своих словах, он поник и сел на стул.
— Так, значит, она говорила правду, — угрюмо произнесла Беттина. — Все было ради зеленой карты.
Он честно посмотрел ей в глаза и кивнул:
— Да.
Беттина, услышав это, прикрыла глаза.
— Господи, а я верила тебе, — и она захохотала сквозь хлынувшие слезы. — Какой ты все-таки замечательный артист.
— Ты не права, — потупился Энтони.
— В чем?
— Я любил тебя, на самом деле любил. Но ничто не вечно. Не знаю, как объяснить… Мы такие разные.
— Ублюдок.
Итак, она обманута. Горько обманута. Беттина хлопнула дверью и поспешила за кулисы. Представление прошло гладко, и по окончании спектакля она сразу возвратилась в гостиницу и потребовала отдельный номер. Конечно, вряд ли он придет ночевать, но вдруг? Ей хотелось побыть одной и обдумать случившееся.
Надо возвращаться домой и начать писать пьесу. А через пять месяцев родится ребенок…
Подумав об этом, она зажмурилась, пытаясь не расплакаться, но ничего не получилось. Всякий раз думая о ребенке, которого придется растить одной, без отца, она испытывала страх и растерянность. Хорошо бы позвонить Айво… Хоть кому-нибудь позвонить, одной невыносимо, невозможно. Однако выбора нет.
Проплакав в тоске несколько часов, она наконец уснула. В четыре утра она проснулась, почувствовав колики. Присев на постели, Беттина увидела на простыне кровь. Сперва она страшно испугалась, но потом заставила себя успокоиться. В конце концов, это Атланта. Здесь много хороших больниц. Два дня назад она ходила к врачу, и теперь надо позвонить ему в больницу.
