Читаем без скачивания Схрон. Дневник выживальщика. Книга 5. Карельский стрелок - Александр Сергеевич Шишковчук

отжимался, приседал и качал прессуху. Пять минут — и как новенький. Маша с удовольствием наблюдала за моими неистовыми мощными упражнениями. Лишь бы не полезла снова на меня. Вон как заторчали ее соски под майкой! Не то что бы она разонравилась мне… просто не хочу расходовать энергию зазря. Лучше оставить ее на бой.

— Саша, может… повторим?.. Такого шанса может больше не представится… — словно прочитав мои мысли, сказала Маша.

Блять, да она издевается что ли? Наверху стая упоротых, сука, хачей точит прямо сейчас «кынджали», а у нее только траханье на уме. Зло глянув, я прервал физкультуру и ответил:

— Не сейчас.

— А когда? Ты что, больше не любишь меня? — Девушка захлопала ресницами, пухлые губки надулись.

— Если выберемся из этого дерьма, — сказал я, поднимаясь и отряхивая свои суровые ладони, — буду трахать тебя неделю подряд. Ок?

— Грубовато, но это меня еще больше заводит… — рука ее полезла в трусики.

— Отставить порнографию! — приказал я. — Нам нужно раздобыть оружие.

— Эти козлы все забрали, — вздохнула Маша, — даже мой клинок.

— Значит, будем использовать подручные средства. Давай в темпе! Чурбаны могут явиться в любую минуту.

И мы бросились перетряхивать подвал. Сверху доносились звуки лезгинки, ор выше гор и топот моджахедов. Устроили праздник, блять. На секунду мелькнула надежда, что звери набухаются в хлам или, обдолбавшись наркотой, забудут про нас. Тогда можно будет по-тихому выбраться и свалить в лес. Но холодный параноик внутри меня всегда готовится к наихудшему из возможных вариантов.

— Санчоус! Зырь! — окликнула Маша.

Я обернулся. Девушка вытащила из ящика кусок ржавой цепи, стала крутить над головой.

— Ну, такое себе… — я пожал плечами. — Вот если прикрутить на один конец что-нибудь убойное…

— Сейчас! — Она принялась перерывать хлам, аж пыль столбом.

— И потише, ладно?

— За собой смотри, — огрызнулась Мария.

Я шел вглубь подвала, осматривая каждый угол. Одно гавно попадалось. Мне бы ломик, топор… ну, что-нибудь подобное. Даст Ктулху, раскрою пару черепов, прежде чем выхватить пулю. Так и не отыскав ничего путного, вернулся к старым стекольным рамам. У меня возникла одна идея…

Сначала я вытащил из кучи хлама круглую деревянную ножку. От стола, наверно. Повертел, прикидывая, как сидит в руке и привыкая к весу. На благо моей задумке, сверху и до середины ножки имелась трещина. Я выбрал подходящий кусок стекла и загнал в эту щель. Получилось что-то вроде секиры с торчащим сантиметра на полтора-два стеклянным лезвием. Больше делать не стал — может сломаться об кость. Для большей надежности обмотал все это дело куском проволоки. Ништяк. Прям оружие для Арены Жести. Башку, конечно, не срубить, но жестко порезать — самое то.

Маша одобрительно хмыкнула, подойдя.

— А где твоя цепь? — спросил я.

— Выкинула. Зырь, я нашла кое-что получше! — и достала из-за спины покрытые паутиной вилы.

— Зашибись, — похвалил я. — У тебя колющее, у меня режущее.

Кровожадно переглянувшись, мы начали бесшумно подниматься по лестнице. Заняли позиции по обе стороны дверного проема. Перехватив свой тесак, я осторожно тронул дверь. Блять, закрыто. Снаружи слышна полная радостных эмоций нерусская речь. Наверно, обсуждают, как будут трахать Машу. Поглядев на нее, я прошептал:

— Зайдут — пропускаем внутрь. И начинаем ебашить.

Маша, усмехнувшись, кивнула.

Потекли долгие минуты ожидания. Эх, сейчас бы мне «Сайгу» или хотя бы револьвер… я бы сравнял эту базу с землей, помножив ее волосатых обитателей на ноль. Мечты, мечты… Интересно, увижу ли я еще Леночку, Вована, Валеру, Егорыча? Допишу ли свой мега-блокбастер? Я принялся размеренно дышать, стараясь прогнать все ненужные сейчас мысли, сомнения, страхи, оставив только ледяное спокойствие и решимость.

Музыка вдруг стихла, раздался приближающийся топот многочисленных ног, ржач, нерусская тарабарщина. Я подобрался, вжимаясь в стену. Маша, присев, изготовилась для броска, словно дикая кошка. Лязгнул засов, дверь распахнулась. Что-то выкрикивая, начали вбегать кавказцы.

Один, два, три… пятеро! Без лишнего визга Маша распрямилась пружиной. Вилы вонзились в поясницу джигита в белой рубашке.

— Ыыаааа!!! — страшно взвыл южанин.

И повалился с лестницы, увлекая за собой еще троих. Последний горец замер на площадке, уставившись на окровавленные зубья вил, которые Маша успела выдернуть. Коротко замахнувшись, я рубанул его по шее, аккурат пониже бороды. Как из брандспойта, ударила в стену кровь. Ништяк, попал в сонную артерию. Брюнет булькал, схватившись за рану. Я дал пинка, опрокидывая козла. Но предварительно выдернул у него из-за пояса пистолет.

Заебись, ТТ-шечка! Я отвел затвор, взвел курок, досылая патрон, и тремя выстрелами отправил шевелящихся внизу горцев прямиком на встречу с Аллахом. Хотел сказать Маше, чтобы она обшарила всех на предмет оружия, но она уже скакала, перепрыгивая через окровавленные ступени. Сам я остался контролировать дверь. Четким ударом она пригвоздила шевелящегося хачапури. Вот ведь молодец! Настоящая боевая подруга. Ничего даже говорить не нужно. Похоже, Лена останется в пролете со своими выебонами.

Я выглянул в коридор и тут же отпрянул назад, увидав бегущую толпу абреков. Впереди — знакомый ушлепок в бейсболке FBI. Я быстро проверил магазин. Четыре патрона. И один в стволе. Надеюсь, Маша раздобудет еще пушки.

Выскочив снова скольжением на плече, я открыл огонь. Практически в упор. Первую увесистую 7.62 поймал FBI своим заросшим ебальником. Бейсболка отлетела в сторону. Бах! Бах! Бах! Бах! Пули летели в толпу зверья, неся смерть и увечья. Затвор остановился в заднем положении. Уцелевшие горцы обратились в бегство.

Я перекатом вернулся обратно и тут же ощутил тепло Машкиной коленки.

— Нужны патроны, — сказал я, оборачиваясь. — А че ты все еще с вилами?

— Нет у них ни хрена! — Она тоже выглянула в коридор. — О вижу АК у того жмурика! Я щас!

Она вынырнула и метнулась к оружию. На том конце коридора показались новые бородачи. Девушка уже добралась и теперь пыталась снять «калаш» с трупака.

— Маша, назад! — крикнул я.

Яростно загрохотала очередь. Я отпрянул назад, в дверной косяк жестко херачили пули. Раздалось еще несколько коротких очередей, и через секунду ко мне присоединилась Махан.

— Блин! Не делай так больше! Нахрен полезла под пули?

— Переживал? — озорно ответила Маша, проверяя добытый автик. — Смотри зато, что у меня теперь есть! И я еще двоих сняла!

— Сколько патронов осталось?

— Двадцать с чем-то.

— Лучше одиночными хуярь. И вообще, дай лучше мне!

— Ага, фигушки! Это мой трофей!

Я снова решил высунуться, вдруг там еще ствол завалялся? И едва успел втянуть башку обратно. Коридор наполнился визгом пуль. Теперь лупили с нескольких стволов.

— Аллаху акбар! Аллаху акбар! — орали черные.

— Эй! — Машина ножка ткнулась мне в бок.

— Пиздец, мы влипли!

— Я когда