Читаем без скачивания Шмель над державой - Илья Бриз

   Вождь критически хмыкнул и посмотрел на Ворошилова и Берию.

   - Ну, а вы что скажете?

   Те переглянулись, решая, кто первый начнет высказываться. Меня, как всегда в таких ситуациях, начал изнутри давить нервный стеб. Сидят будущий генералиссимус, два маршала и мальчишка, которому только двадцать шесть лет исполнилось. Сидят и решают, а не пора ли окончательно заграбастать всю, до последней капельки, власть в державе?

   Министр обороны решил говорить первым.

   - А знаешь, Иосиф Виссарионович, может быть Синельников прав. Если, как он утверждает, война начнется уже этим летом, я проголосую на Политбюро за его предложение.

   - Егор у нас пока только кандидат в ЦК. Так что ты, Климент, сам будешь предложение генерала вносить, - отреагировал вождь.

   Пока? То бишь, есть перспективы? А что, буду самым молодым членом! Членом? Нда, как-то двусмысленно звучит. Вообще-то оно мне надо? В это самое Политбюро? Нет ну, если Родина и партия (под последней будем подразумевать полковника Когана) скажут надо...

   Сталин перевел свой требовательный чуть прищуренный взгляд на Берию. Министр Внутренних Дел выпрямился на стуле и, косо посмотрев на меня сквозь стекла пенсне, коротко высказался:

   - Пора. Потом на это не будет времени.

   Сталин кинул погасшую папиросу в хрустальную пепельницу и повернулся ко мне:

   - Как будет называться этот твой верховный орган управления?

   - Государственный Комитет Обороны, - с готовностью отвечаю я.

   - Мы же собираемся бить врага на его территории?

   - Только так и никак иначе. Но ведь это фашисты и союзники будут агрессорами, - удивляюсь я, - А мы... Мы будем только защищаться. Защищаться на территории противника!

   - Даже теоретическую базу подвел! - улыбнулся, наконец, вождь, - вот шельмец.

   - ГэКэО, - произнес Берия, как бы пробуя сочетание букв на вкус, - Состав?

   - Верховный главнокомандующий и два заместителя.

   - Конкретнее, Егор, конкретнее, - говорит Министр Внутренних Дел.

   Он уже все понял. Умница. Он будет всегда играть на стороне победителя. Но с одним условием: Победителем может быть только ИВС и никто другой! Лидером для него может быть только Сталин.

   - Лаврентий Павлович, а кто же еще у нас может быть Верховным главнокомандующим? Только Генеральный секретарь партии и Председатель Совмина!

   - Не валяй дурака, Синельников! Заместители?

   А вот не надо, Лаврентий Палыч! Здесь сейчас слишком многое решается. Идет игра по правилам. И правила эти никак не я придумывал.

   - Министр Внутренних Дел, он же руководитель создания самого мощного оружия на планете и Министр обороны.

   Ну, вот вам господа-товарищи блюдечко с голубой каемочкой. Интересно, меня прямо здесь расстреляют или во двор к царь-пушке выведут? Я ведь покусился на самое святое, на право выбирать! Давайте уж принимайте Решение! Нервишки мои давно кипят, и требуется дырочка в черепушке для выхода пара! Калибра 7,62.

   В кабинете повисла тишина. Сталин встал, подошел к изразцовой печи и прижал к ней руки. Странно. Мне кажется, что здесь тропическая жара. Вот-вот пот за шиворот потечет.

   - Нет, - сказал вождь, - в составе ГКО должен быть и руководитель Службы Государственной Безопасности.

   ****

   А ведь это вариант. Сверхнаглый вариант. Сверхрискованный. Его там еще особо не охраняют. Остров и так весь перекрыт. Он там пока просто руководитель очень перспективного, но не решающего направления. В прошлом году ему вдвое срезали финансирование. А ведь настолько круто подготовленной группы у меня нет. Да и не сработает там группа. Засыпется. Там нужен одиночка. Так ведь и одиночки такого у меня нет. Самому мне никто не разрешит. А я и спрашивать никого не буду. По головке потом, конечно, не погладят. Вставят клизму со здоровенными иголками. Но ведь победителей не судят? Так, что у меня в памяти об этой базе есть? Писалось о ней в том мире очень много. А довольно прилично по этому вопросу у меня в чердаке имеется. Карты, места расположения объектов, жилой поселок на юге острова. Фотографии фигуранта в те годы. Попробуем просчитать еще раз. Самолет на большой высоте они засечь не смогут. Обратный отход только на подлодке. Вывод? Пойдем на поклон к Николаю Герасимовичу Кузнецову, министру ВМФ.

   Вот это человек! Так быстро все схватывает. Выслушал мой рассказ и сделал себе пометку в рабочем журнале: в первый же день войны эта база противника должна быть уничтожена массированным бомбардировочным ударом. А пока отдал распоряжение о немедленной подготовке вылета разведчика Ту-2Р. Этот самолет с двигателями АМ-42М и гермокабиной не то, чтобы сбить, даже догнать не сможет ни один истребитель. Ну, разве что наш Як-3. Мы просидели с Колей до вечера, планируя мою операцию. Дневной пролет разведывательного самолета будет только один. Иначе могут забеспокоиться и принять дополнительные меры безопасности. Десантироваться ночью тоже буду с "Тушки". Лодка должна быть на месте заранее. Какая? Подводные крейсера на основе проекта 636 "Варшавянка" того мира строятся в Советском Союзе под Мурманском, в Николаеве и на дальнем востоке. По тактико-техническим характеристикам они многократно превосходят все, что есть сейчас здесь. Огромная автономность и дальность действия. Малошумность. Обнаружить их средствами сорокового года практически невозможно. Не зря их даже там НАТО обозвало "Черными дырами". На Балтике у Кузнецова этих лодок было только две штуки, пришедшие своим ходом из Мурманска. Ни одна сволочь их не засекла. Но такие мастодонты для моей операции были не нужны. В Ленинграде Адмиралтейские верфи уже поставили на поток "Амуры" 1650 и 950 среднего и малого классов. Вот Николай Кузнецов мне и выделил одну из малых подлодок. Амур 950 имеет запас хода 3000 миль и под водой может двигаться со скоростью 20 узлов. Бесшумность этой подводной лодки вообще ни с чем не сравнима.

   Мы поужинали, раздавили с Колей бутылочку беленькой, поговорили о жизни. Очень умный и целеустремленный человек. Перспективы будущего военно-морского флота страны его очень воодушевили. Я рассказал о тактике действий соединений на море с учетом современной авиации. Ну, так как я ее понимал.

   - Авианосные ударные группы? Здорово! Линкоры, получается, теряют свое главенствующее положение. Отработать взаимодействие будет очень тяжело. Но мощь получается совершенно фантастическая. Во сколько же все это обойдется стране? - Николай посмотрел на меня. Он, как всегда, смотрел в корень.

   - Дорого. Очень дорого. Вот поэтому сейчас для тебя строятся только эсминцы с подводными лодками и ракетными катерами.

   - А ты, Егор, не беспокойся, - Коля улыбнулся, - с такими кораблями, особенно с их вооружением, мои матросы ни один вражеский линкор к берегу и близко не подпустят. Сейчас нам с тобой другой вопрос решить надо, - министр ВМФ перестал улыбаться, - Ты хоть понимаешь, как ты рискуешь?

   - Это обдуманный риск, - я тоже перешел на серьезный тон, - Не могу я тебе сейчас все сказать, но так надо. Тут ведь еще один аспект есть. Я прекрасно понимаю, что этой операцией серьезно подставляю тебя. С одной стороны в соответствии с решением Совмина твое министерство обязано помогать СГБ. С другой ты должен доложить, что я лично вопреки всем правилам отправляюсь на территорию вероятного противника. Давай сделаем чуть иначе. Ты выделил по моему запросу разведывательный самолет и подводную лодку для эвакуации разведчика. Все необходимые документы мои заместители тебе подготовят. Мы с тобой проработали операцию. А вот то, что на самолете отправился туда именно я, ты узнаешь из доклада оперативного управления только утром.

   Николай посмотрел на меня, выдержал паузу и кивнул.

   ****

   На следующее утро я вылетел в Ленинград. В тот же день, просидев около часа над свежими фотографиями острова, сделанными утром через специальную оптику, все детали операции сложились у меня в голове. С моря на секретную базу не проникнуть. Береговая оборона там построена вполне грамотно. В то же время уйти с острова будет не так уж и сложно. Надо будет обезвредить несколько точек на берегу. Зайдя с тыла к ничего не подозревающей охране я с этим справлюсь. Прикинул и просчитал все временные интервалы. Должно получиться с запасом. Запасные пути отхода? Сложно. Очень сложно. И пленника придется в этом случае убрать, но на войне как на войне. Один я, со своим знанием языка и навыками работы спецназовца двадцать первого века, несомненно, выберусь. Но ценный специалист будет потерян. Значит, будем стараться действовать по основному варианту. Встретился с экипажем выделенной мне подлодки. Всего-то полтора десятка человек. С командиром, старпомом и штурманом обговорили все мелочи и сигналы связи. Еще раз просчитали время. Погрузили на борт маленькую прорезиненную надувную лодку. Поздним вечером под громкие звуки ревунов подводный корабль отошел от пирса. Операция началась. Я поспал пару часов и выехал на аэродром. Самолет был уже готов, и мы сразу взлетели. Надо признать, что в гермокабине мне с парашютом и баулом было несколько тесновато. Прыжок с высоты пяти тысяч метров прошел штатно. Почти полная луна светила плохо, но мне, с моим ночным зрением (один из подарков коэффициента выживаемости) вполне хватало. Очертания берега просматривались нормально. Я задрал голову. Пятнистый купол крыла перекрывал звезды. Самолет уже исчез. Еще раз осмотреться. Нужное место оказалось километрах в семи. Довольно точно меня выкинули. Подтянув клеванты, подправил курс и увеличил скорость. Чем быстрее спущусь, тем меньше и так низкая вероятность моего обнаружения. Над берегом с характерным изгибом прошел на высоте трех километров. Я думаю, что астрономы-любители в береговой охране вряд ли найдутся. Вон он, лесок у дороги с маленькой полянкой. Черт, заходить на глиссаду придется с юга, там деревья чуть ниже, а высота уже в обрез. Оп! Вписался. Баул, висящий подо мной на двухметровом шнуре, задел дерево и ощутимо дернул назад. Пришлось резко увеличить угол атаки крыла. Горизонтальная составляющая скорости упала до нуля, и я с трех метров ухнул вниз. Удар по ногам и падаю мордой на землю. Купол мгновенно погасить не удалось и меня чуть протащило носом по насту. Хорошо, что баул притормозил. Так, я на месте. Расстегиваю подвесную систему парашюта, вскрываю баул и в темпе экипируюсь. Вещички под дерево, накрыть камуфлированным куполом. В темноте никто в упор не заметит. К утру синоптики обещали снег и слабую метель. Будем надеяться, не соврали. Теперь к дороге и, пока темно, тщательно осмотреть место. Главное сейчас следов не оставлять. Ага, вот отличное место для фишки. В каких-то восьмидесяти метрах от поворота. Обзор в обе стороны приличный. Солнце в первой половине дня будет за спиной и сбоку. Годится. Еще раз пройти и осмотреть все вокруг. Снежок действительно начинает идти. В темпе перетаскиваю вещички к найденному маленькому холмику. Напяливаю сверху теплый комбинезон на гагачьем пуху. Пролежать придется часов десять минимум. Все светлое время суток, утро и начало вечера. Теперь сбегать на сотню метров отлить. Ну, куда же без этого? Я хоть и супермен, но ничего человеческое мне не чуждо. Укладываюсь на приготовленный заранее матрасик, накрываюсь пятнистым куполом парашюта и, подставив несколько щепочек, делаю амбразурки. Готов. Будем ждать утро. Снежок пошел чуть сильней. Теперь меня и с пяти метров не обнаружишь. Будем лежать и думать. О чем? О жизни, естественно. Умирать я пока не собираюсь. Зачем мы на нашей Земле живем? Зачем я здесь карабкаюсь во все тяжкие? А зачем мне все это вообще надо? Власть? А вот равнодушен я к ней. Я ведь явно не лидер. Вот Юрка Викентьев, с которым мы два года по учебным лагерям мытарились, тот лидер. Слава? Тоже мимо. Как-то привык еще в те времена, когда по зеленке бегал с калашом на ремне и товарищами рядом и за спиной, что слава мне не нужна. Почему же я так круто здесь взлетел? Знания? Да, благодаря нынешней памяти мозг впитывает их как губка. Да и все, что хоть раз слышал в той жизни, вспоминаю с легкостью. Ум? А вот не будем себя обманывать, не семи пядей во лбу. Соображаю действительно быстро. Может и умнее средней массы. Но вот рядом с Иосифом Виссарионовичем, Берией или тем же полковником Коганом и близко не стою. Благоприобретенная эмпатия? Может быть. А ведь я, сам того не замечая, применяю ее довольно точно. Вместе с навыками НЛП*, которым меня когда-то учили. Я ведь уже здесь вспомнил все по этой дисциплине и старательно натренировал себя на ее подсознательное использование. Ведь я хотел понравиться Сталину? Так у меня же приказ был! Лаврентию Павловичу? Ворошилову? Молотову? Да любому человеку, которого я уважаю! Вот поэтому-то и взлетел. Добавить сюда еще мировоззрение человека двадцать первого века и вопрос снимается.