– Я не позволю вам мыть меня здесь, – решительно заявила она, закрывая руками грудь.
Если Пэйшенс хочется, чтобы ее упрашивали, Рэм ничуть не возражал.
– Почему же? Мне это совсем не сложно, да и открывающийся вид радует глаза. А теперь встаньте, чтобы я мог потереть вашу очаровательную спинку.
Пэйшенс смутилась, но встала. Он не преувеличивал, когда сказал, что ему нравится ее спина. Заново намыливая губку, он убрал волосы девушки в сторону, чтобы сполна насладиться ее шелковистой кожей. Рэм прижался к краю ванны, и его член коснулся ее бедра. Пэйшенс не вскрикнула и не отшатнулась, и он счел ее молчание весьма многообещающим.
Он погрузил губку в воду и стер мыло с ее спины.
– Вы по-прежнему недосягаемы, – сказал он, и ему захотелось потереться своим вздыбленным естеством о покрытую мыльной пеной впадинку между ее ягодицами.
Рэм забрался в ванну и осторожно присел на небольшой выступ. Может, ванна и мала для двоих, но у него был вариант, который должен устроить обоих.
– Так намного лучше. Пэйшенс, подойдите ближе. Она осторожно приблизилась.
– Повернитесь ко мне лицом! – хрипло приказал Рэм. После секундного промедления она сделала так, как он велел.
– Я могу и сама помыться, Рэмскар.
К ее удивлению, он протянул губку.
– Так покажите мне.
Пэйшенс взяла губку и деловито вымыла лицо и руки. Она старалась не смотреть на его набухший член, но пару раз он замечал, что она нервно туда поглядывает.
– А как же грудь? Было бы преступлением обойти вниманием такую красоту, – напомнил он, когда она замешкалась.
Сердито глядя на него, она вымыла грудь с энтузиазмом монашки.
Она что, с ума сошла? Куда она спешит? Пэйшенс явно не ценила свою грудь так высоко, как он, и Рэм остановил ее.
– Неплохо, – похвалил он, проводя кончиками пальцев по линии бедра. – Однако есть другие, более приятные способы справиться с этим.
Пэйшенс чувствовала, что Рэму уже недостаточно только пронзать ее изголодавшимся взглядом. Прирожденный завоеватель, он привык брать то, что хочет. Губка с тихим плеском упала и воду. Пэйшенс наклонилась и нежно поцеловала его в губы.
– Вот так, – выдохнула она.
Его плоть, всецело ее поддерживая, отреагировала немедленно.
– Еще, – мягко попросил он.
Пэйшенс встала у него между ногами и положила руки ему на плечи. Он задрожал всем телом, когда она снова припала теплыми губами к его губам. Рэмскар прекрасно целовался. Он точно знал, сколько нужно вкладывать в поцелуй, чтобы ощущения предельно обострились. Его язык творил такое, что разум практически отключался.
Рэмскар обхватил ладонями ее грудь и принялся мять нежную, податливую плоть. Ее соски налились, как спелые ягоды малины. Он наконец-то оторвался от ее рта и легонько укусил Пэйшенс за подбородок. Притянув ее поближе, он принялся посасывать ее левую грудь. От этих исполненных наслаждения прикосновений мышцы внизу живота задрожали и чуть ли не до боли напряглись. Только Рэмскар мог так ласкать! Фениксу нужна была любовница для удовлетворения собственных потребностей, а этот мужчина думал в первую очередь о том, как доставить удовольствие ей.
Пэйшенс застонала, когда его пальцы прикоснулись к заветной расщелине. Как в ее снах или в ту ночь, когда она пришла к графу в спальню, ее потайное отверстие стало скользким, и медовая влага ее выделений позволила его пальцам безболезненно проникнуть внутрь. Ее рука скользнула вниз, и она почувствовала, как пульсирует его разгоряченная плоть.
Он провел языком по ее соску.
– Больше никаких фокусов, Пэйшенс. Ты и так всецело завладела моими мыслями. Я только и думал, как бы уложить тебя в постель.
– Вы переоцениваете мои силы, милорд, – закрывая глаза, сказала она, в то время как его пальцы двигались у нее внутри. – Держу пари, еще ни одна женщина не смогла надолго удержать вас.
Но Рэмскар, похоже, ничего не слышал, поглощенный изучением ее тела. Он вытащил пальцы из ее укромной щели и попробовал покрывавшую их влагу на вкус.
– Так я и думал. Твое вожделение напоминает пряное зелье искусительницы, с помощью которого она покоряет сердца мужчин. – Он поцеловал ее в живот. – Считай, что я порабощен.
Он обхватил руками бедра Пэйшенс и потянул ее вниз. Она обняла Рэма за шею и опустилась к нему на колени. В таком положении она полностью раскрылась, из-за чего почувствовала себя уязвимой. Она посмотрела вниз и увидела, как его мужское естество трется о ее плоть.
Рэмскар провел рукой по ее мокрым волосам, откидывая спутанные пряди.
– Приподнимись немного.
И, видя растерянность на лице Пэйшенс, обхватил ее за талию и приподнял достаточно высоко, так, чтобы головка пениса уперлась прямо в ее лоно. Пэйшенс изогнулась, почувствовав мощь его властного проникновения. Эта часть любовной игры ей никогда не нравилась, этот момент совершенно не напоминал ее сны. Его естество было слишком большим!
– Ты сможешь, – сказал он, словно прочитав ее мысли. – Расслабься.
Выбрав нужный угол, он толчками, постепенно входил в нее, пока она не обхватила ногами его бедра.
Пэйшенс опустила голову Рэму на плечо. Она была буквально наполнена им изнутри. Больно не было, но она не представляла, как сможет двигаться.
– Во сне он не был таким большим.
– Так я тебе снился? Ты представляла нас вместе?
Судя по голосу, он остался доволен этим открытием.
Она легонько укусила его за плечо. Его тщеславию не будет предела, если она подтвердит это предположение.
– Нет. Это всего лишь оговорка. Я думала о другом, – солгала она.
– Ведьма! – Рэмскар шлепнул ее по ягодицам. – Я научу тебя правильно пользоваться твоим острым язычком.
Он жадно впился в нее ртом, словно собираясь проглотить, и не отпускал ее губы до тех пор, пока обоим стало нечем дышать. Слегка задыхаясь, он сказал:
– К утру ты не сможешь думать ни о ком, кроме меня.
Глава 15
Пэйшенс Винлоу была непредсказуема. То невинная овечка, то опытная искусительница – эта девушка его пленила. Рэм пытался сопротивляться, постоянно твердя себе, что она просто хорошая актриса. У нее наверняка прежде были любовники, на которых она оттачивала свое притворство. Но ей удалось разжечь его интерес, и теперь он полностью был готов вознаградить ее за усилия. Маленькая актриса скоро поймет, что попалась в расставленную ею же ловушку.
– А ты мне подходишь, – сказал он сквозь стиснутые зубы, помогая ей скользить вверх-вниз по своему твердому члену, и уперся ногами в стенки ванны, чтобы лучше контролировать движение.
Пэйшенс ахнула и, приподнявшись, покрыла поцелуями его лоб. Потом спустилась к щеке, пытаясь добраться до уха. Рэм повернул голову, и она нежно укусила его за мочку, а затем провела кончиком языка по особо чувствительному месту на шее.
