Читаем без скачивания На острие ножа - Стивен Кеннел

Через несколько минут Кармен вернулась. Ее сопровождала невысокая пожилая латиноамериканка, которая на ходу запахивала халат и поправляла растрепанные после сна волосы.

Тетушка посмотрела вверх, на потолок. Над самой ее крышей стрекотал вертолет.

— Тетя, это здешние полицейские. Они хотят убить Рокки!

— Ай-ай-ай! — сказала тетя Анна, но больше вопросов не задавала. Она знала, какие законы царят в Хейвен-Парке.

— Кармен, немедленно переоденься, — приказал Рокки. — Надень тетину ночную рубашку, а голову обмотай платком. Может, если они придут, то тебя не узнают!

Потом он повернулся ко мне:

— Нам нельзя здесь оставаться: из-за нас их обеих могут убить!

Я кивнул и обратился к Кармен:

— Мы с Рокки должны уходить. Постарайтесь связаться с агентом ФБР по имени Офелия Лав. Возможно, вам удастся разыскать ее через местное отделение ДВБ на Уилшир. Обрисуйте ей ситуацию.

— А ты сейчас куда? — спросила она у Рокки.

— Пока не знаю, — ответил он.

— Нам лучше разделиться. У меня в ремне вшит жучок. Если они меня прослушивают, возможно, у меня и получится отвлечь их на себя, — сказал я. — Хотя бы одному из нас надо остаться в живых, чтобы дать показания в суде.

— Querido,[18] — сказала Кармен, гладя Рокки по лицу. — Я люблю тебя. Если я тебя потеряю, я не переживу!

Он поцеловал ее и обвил рукой ее талию.

— Если я себя потеряю, то тоже не переживу. Te amo. Soy tuyo.[19]

— Нашли время! — прошипел я. — Пошли отсюда к такой-то матери!

И тут в дверь громко постучали.

— Полиция! Откройте! — закричал кто-то.

Глава 48

Мы с Рокки подождали, пока тетка Кармен откроет парадную дверь. Затем я выскользнул черным ходом. Над деревьями кружил вертолет, освещая лужайку мощными прожекторами. Перебежав на ту сторону, мы оба спрятались за огромным дубом.

— Я двинусь на восток, — сказал Рокки. — А ты попробуй пробиться на север. Здесь много старых водосточных коллекторов, которыми уже не пользуются. Проложили их еще в пятидесятых годах. Трубы довольно большие, метра полтора в диаметре. Они, правда, закрыты люками, но многие крышки сдвигаются. Попробуй найти такой коллектор и двигайся к реке…

— Ладно, спасибо. Удачи, Рокки!

— Тебе тоже, друг. Ну, пока!

Дождавшись, пока он убежит, я перемахнул через низкий заборчик, отделяющий владения тетки Анны от соседей, и приземлился прямо на мусорные баки. Контейнеры с грохотом попадали на землю, мусор высыпался. Во всех окнах вокруг зажигался свет: полиция включила громкоговорители на улице. Завывали сирены только что подъехавших машин. И вертолет никуда не улетал…

Вжавшись в стену соседнего дома, я осторожно высунул голову и посмотрел на улицу. На проезжей части толпились человек десять полицейских. Улицу с обеих сторон блокировали машины. Ловить нас съехалась почти вся дневная смена!

Жители высыпали из домов и ошеломленно таращили глаза. Несколько полицейских с громкоговорителями расхаживали по улице. Всем приказывали немедленно расходиться по домам. Копы стучали во все двери подряд, обходили дом за домом. Зная, что почти все здешние обитатели — жалкие нелегалы, местные стражи порядка не забивали себе голову такими мелочами, как ордера на обыск.

Мне уже доводилось участвовать в погоне с вертолетом, поэтому я понимал: пока он висит надо мной, я в ловушке.

Я пытался сообразить, как бы убраться отсюда подальше. Сейчас главное — отвлечь их внимание от Рокки. Потом надо будет избавиться от «заряженного» ремня — лучше всего незаметно подбросить его в какую-нибудь машину и понадеяться, что они возьмут ложный след. Моя форма сейчас была одновременно и преимуществом, и недостатком. Все ищут полицейского, поэтому форма сразу ставит меня под подозрение. С другой стороны, здешние жители до смерти боятся людей в форме…

Я решил снять форму. Без нее я, возможно, сойду за мексиканца, здешнего жителя. Волосы у меня черные, я останусь в белой нижней рубашке и кальсонах. Форменный китель я швырнул в мусорный бак, а рацию и все остальное, в том числе спутниковый передатчик, оставил себе. И, естественно, я не выкинул свой «смит-и-вессон». Оружие и остальное пришлось запихать за пояс.

На веревке сушилось белье, я снял кухонное полотенце и намотал себе на голову. Надо попробовать смешаться с толпой, а потом незаметно выбраться отсюда и добежать до следующего квартала. Я вышел во двор и остановился вместе со всеми, щурясь на ночное небо и прикрывая глаза рукой.

Из громкоговорителя послышалось:

— Все по домам! Немедленно, иначе вы будете арестованы! — Через несколько секунд тот же самый голос повторил по-испански: — Regresa a su casas inmediatamente о quedan detenido!

Вместе с толпой здешних обитателей я двинулся на тротуар, нырнул в проем между двумя домами и вбежал еще в чей-то двор. Толкнул калитку и очутился в узкой аллее.

Вертолет сместился на восток, но кружил совсем недалеко, в квартале отсюда. Я бросился бежать, не зная толком, куда направляюсь. Впереди горели огни торгового центра, я бросился к нему. И тут вертолет развернулся и полетел назад.

Я вышел из-под дубов на перекрестке, сунул руки в карманы и с беззаботным видом зашагал через дорогу, направляясь к супермаркету «Вонс». Может быть, там мне удастся позвонить из телефона-автомата…

И вдруг — я уже почти пересек пустую парковку и подходил к раздвижным дверям — на площадь перед торговым центром вырулили две патрульные машины. Водитель одной из них притормозил, развернулся и помчался ко мне.

Я побежал и услышал, как в кармане снова ожила рация. Кто-то требовал срочно прислать подкрепление.

На стоянку перед торговым центром въехали еще две черно-белые машины. Я понял: все, попался. Бежать некуда. Пришлось бросить пистолет и положить руки на затылок.

Из второй машины вылезли Алонсо Белл и Орас Веларио. Орас двигался с трудом, и все же ему удавалось не отставать от Алонсо. Похоже, сейчас меня накормят и омлетом, и тостом…

— Повернись и сцепи пальцы на затылке! — приказал Алонсо.

Я подчинился. Они быстро обыскали меня, надели наручники и тут же сбили с ног.

Где же, где же агент Лав и спецназ ФБР? Почему не спешат мне на помощь? Меня грубо поставили на ноги, я смотрел прямо в беззубое, распухшее лицо Ораса Веларио.

— Вот сейчас повеселимся по-настоящему. — Из-за выбитых зубов он сильно шепелявил.

Он достал обшитый кожей «усмиритель» и врезал мне в висок. Я угадал, куда он метит, и постарался уклониться, но не успел. Мне показалось, что голова лопается; перед глазами встала белая пелена. Я пошатнулся и упал.

— Хватит, Орас, отомстить ты еще успеешь! — смутно услышал я голос Алонсо.

Мир сузился и почернел.

— Нет проблем, — прошипел Орас как будто из густого тумана. — Только разомну его немножко…

Что-то с размаху ударило меня по ребрам. То ли он пнул меня ногой, то ли снова отоварил «усмирителем»… Перед тем как потерять сознание, я услышал, как Орас сказал:

— Так-то лучше, гад!

Глава 49

Придя в себя, я обнаружил, что нахожусь на огромном продуктовом складе бог знает где — скорее всего, в одном из громадных комплексов в ближайшей промзоне. Для местного супермаркета «Вонс» помещение выглядело слишком большим. Значит, пока я был без сознания, меня куда-то перевезли. Надо мной нависали штабеля коробок с ярлыками «Зеленая фасоль консервированная».

Мозги у меня каким-то чудом еще работали. На меня даже снизошло странное спокойствие.

Я попробовал пошевелиться. Оказалось, что руки мне завели за спину и приковали к металлическому стулу. Попытался повернуть голову — и едва не ослеп от боли. Как будто кто-то вонзил железный прут в висок… Лишь чудом мне удалось снова не потерять сознание. Я несколько раз глубоко вздохнул, зажмурился, повторил попытку повернуть голову… и увидел прямо перед собой круглую, как сковородка, физиономию сержанта Белла. Алонсо сидел в двух шагах от меня, оседлав стул и положив подбородок на скрещенные лапищи. Увидев, что я пришел в себя, он как-то не обрадовался.

— Привет, — не сразу сказал он.

Некоторое время мы с ним молча смотрели друг на друга.

— «Люси, придется тебе объясниться!» — Алонсо процитировал популярный в прошлом сериал «Я люблю Люси».

Я не ответил.

Он встал и осторожно отодвинул свой стул в сторону.

— Что ты успел рассказать агенту Лав?

Я следил за ним одними глазами и соображал. Главное сейчас — потянуть время. Скорее всего, у меня сотрясение мозга — отсюда и ложное спокойствие, кажущаяся безмятежность. При травмах головы так бывает…

— Ты ведь не можешь не понимать: сейчас ты покойник, — продолжал Белл. — Живым тебе отсюда уже не выйти. Приказ ликвидировать тебя мне передал Карлос Реал, значит, инициатива исходит от самого Хозяина. Реал сказал коротко и ясно: «Убей гада!» Этими самыми словами. Но прежде чем я тебя ликвидирую, требуется кое-что прояснить…