Видите, Андрей, все эти книги? — он повернулся к трём большим, до самого потолка и полностью заполненными книгами, стеллажам. — Их все я прочитал. Несколько книг я написал сам. И что?.. Моим детям и моим внукам дело, которому я посвятил всю свою жизнь, НЕИНТЕРЕСНО!.. Но, Вы знаете, Андрей, самое грустное и даже одновременно смешное заключается в том, что сейчас, по большому счету, оно и мне становится неинтересным…
Мы с ним разговорились. Хоть он и занимал одну из высших должностей в олимпийском комитете страны, в нём абсолютно отсутствовала какая-то внутренняя значимость, начальственная гордыня или спесь. Он оказался очень тактичным и внимательным собеседником…
Наш разговор касался темы расширения возможностей человека в области спорта. Этот разговор мог бы и не состояться, если бы о встрече не похлопотали одновременно с двух сторон: один врач реаниматолог, в прошлом работавший в спорте, и ректор одного из рижских вузов, тоже лично знающий этого ответственного руководителя.
— Большой спорт — это одновременно и наука о возможностях человеческого организма. Поэтому открыть что-то революционно новое невозможно. Сейчас между крупными государствами идут соревнования не на спортивных площадках, а в фармацевтических лабораториях. Изобретаются новые виды допингов, которые не фиксируются контрольными организациями. И пусть они даже слабее предыдущих, важен факт того, что их невозможно засечь. Поэтому они безумно дорогие. Ведь спорт уже во многом становится и политикой, и деньгами… К сожалению.
В этом хорошо преуспевают американцы и европейцы. Они могут себе позволить покупать для своих спортсменов такие препараты. А старые — вчерашние виды допингов, как утечка информации, сдаются контролёрам. А это значит одно: новое и дорогое — для нас роскошь не по карману, а потреблять «вчерашний день» — заведомо обрекать наших спортсменов на дисквалификацию…
Знаете, Андрей, сколько экстрасенсов и колдунов к нам обращалось с предложением «запрограммировать» на успех наших спортсменов? Были среди них действительно уникумы, которые могли читать мысли или взглядом двигать по столу спичечные коробки… И мы поначалу даже хватались за них, предоставляли им требуемые условия.
— А что потом? — переспросил я его.
— А потом депрессии и травмы, — довольно грустно ответил он на мой вопрос. — И мы в дальнейшем, на всякий случай, отказались от всей этой паранормальщины…
Как он мне потом, в конце, сказал, что начал со мной разговор только потому, что я не стал предлагать ему фокусы, а затронул тему, которая фактически нигде не высвечивается, но негласно является головной болью многих тренеров. Но подчеркну — порядочных тренеров. Дело в том, что человек, который изо дня в день по многу часов занимается одним и тем же делом, становится специалистом в этой области. Но только в этой области! У спортсмена, мечтающего о мировом рекорде, вся жизнь превращается в движение к этому рекорду. Происходит кошмарное сужение интересов… Как личность этот человек неинтересный. С ним поговорить, как правило, не о чем… Далеко не всем удаётся поступить и учиться в спортивных институтах. Далеко не все могут стать тренерами. Далеко не все становятся чемпионами…
И когда приближается пора уходить из большого спорта, ему в обычной жизни становится очень трудно. Здоровье нередко подорвано. Кроме как бросать, бить или толкать, как правило, ничего не умеет… И куда такой?..
Его очень заинтересовало не столько повышение результативности спортсмена, сколько возможность кардинального снижения травматизма и более эффективное восстановление. А ведь это в свою очередь не может не сказаться на росте того же результата. И ещё одна немаловажная деталь в том, что касается интеллекта — человек, как личность, будет развиваться. Его сил будет хватать на то, чтобы учиться ещё чему-нибудь другому…
Но сейчас я бы хотел вернуться к началу этой главы…
— Вы прожили достаточно долгую жизнь (моему собеседнику около семидесяти) и понимаете, что подходите к заключительной её части. Простите меня, но Вы должны быть честны перед собой… И вот, под конец жизненного пути начинаете в нём разочаровываться. И что вы хотите предложить своим детям и внукам? Своё разочарование? Чтобы они, так же как и Вы, разочаровались? Да им уже сейчас это неинтересно! А ничего другого Вы им дать не можете. Вы же ничего больше не знаете. Так что же, загонять их в этот же тупик?.. И это проблема далеко не Вас единственного…
Кажется, его это на тот момент зацепило. В итоге дальнейший разговор перешёл уже в деловое русло. Он меня вывел на некоторых тренеров, с которыми, как ему показалось, возможно интересное сотрудничество…
В работе со спортсменами был один интересный случай. Он ещё лишний раз демонстрирует, как неожиданно могут повернуться события для человека.
Проходил практику один стрелок — человек в возрасте, имеющий за плечами уже пять олимпиад! В предварительном разговоре он жаловался на то, что стрелять становится все труднее и труднее. Нервы ни к черту. И результаты стрельбы стабильно ухудшаются. Потом уже выяснилось, что и со здоровьем уже было далеко не всё в порядке, и в семейных делах хотелось бы лучшего. Но это стало известно позже, когда во время практики он стал с удивлением обнаруживать в себе положительные перемены. Просто на тот момент его неудачи в спорте заслонили у него всю остальную жизнь. И он незаметно скатился до того, что не помнил, когда улыбался от души в последний раз.
— Давненько, давненько я так не смеялся, — сквозь слёзы, чуть виновато оправдывался он, поднимаясь с пола и держа в руках обломки стула. На одном из занятий, он так хохотал, что сломал под собой стул. У него было лицо счастливого человека… Как жаль, что люди, порой, просто не оценивают это своё состояние и затраченный для этого труд, считая всё само собой разумеющимся.
Он поделился своим самым большим желанием на тот момент — получить возможность съездить на свою последнюю в жизни олимпиаду. Шестую! А после этого зачехлить ружье. Да ещё и в книгу рекордов Гиннеса попасть. Но результаты, результаты… В общем, не светило ему по его кондициям на тот момент.
Чтобы попасть на олимпиаду, ему надо было выиграть хотя бы одно из трёх оставшихся квалификационных соревнований.
Ему были даны все рекомендации, как заниматься и что делать в различных ситуациях, но, к сожалению, он некоторые моменты или упустил, или проигнорировал. А это и отразилось на его стрельбе, и на эмоциональном состоянии. Все серии он идёт в лидерах, а на последней обидная срезка, которая отбрасывает его за черту призеров. Хоть плачь. Как будто что-то издевается над ним. И результат может показать
