Командующий Эро пожал плечами:
– Дэвид дал мне отпуск, передохнуть от сплошных обязанностей, поэтому я решил помочь другу в его путешествии.
– Значит, вы спешите, – медленно проговорил Ольгар, обдумывая слова оборотня.
– Ну не то, чтобы очень, – покосившись на своего юного спутника, лениво отозвался темный.
Воин неприятно улыбнулся.
– Значит, вы можете вернуть мне долг? Ленты моей дочери – это очень ценная вещь.
Юноша, чьего имени он никак не мог вспомнить, но прекрасно помнил его владение двуручным великолепным мечом, вздохнул:
– Ну для начала хотелось бы услышать, в чем вы видите выплату этого долга?
Все-таки трезвым он был более сговорчивым, сделал вывод удовлетворенный Ольгар. Темный воин перевел взгляд на своего командующего.
– Я нашел Пириса.
Зеленые кошачьи глаза широко распахнулись. Именно в этот момент подошла служанка, которая проворно поставила на стол поднос с заказанной едой и питьем.
– Разговор не для этого места, – наконец, произнес оборотень.
– Да, – широко улыбнулся Ольгар.
Сапфировые глаза спутника командующего Эро с некоторой растерянностью смотрели на них обоих.
– Мне явно все это не нравится, – пробормотал он себе под нос.
– Брось, Лиани, – усмехнулся Кэртис, подхватывая с подноса с золотистой прожаренной корочкой свиную ногу. – Мы же действительно не торопимся, а стать участниками истории, которую потом воспоют в песнях… неужели не заманчиво?
Тот медленно покачал головой:
– Вот оно что. Окончание долгой истории?
Ольгар медленно кивнул. Теперь он вспомнил. Лиани… так его называл командующий, сам парень представлялся как Лилиан.
– Я мог бы пойти и убить его. Но этого мало и недостаточно. Я не знаю, где он прячет Камень. Мне нужна не только месть. Спустя тридцать лет, у меня есть шанс оправдать доверие Лорда Дэвида.
– И души твоих родных смогут успокоиться, – тихо добавил Кэртис.
– Да, – кинул Ольгар. – Именно.
– Я охотился за ним тридцать лет, – медленно говорил Ольгар, когда мы все втроем расположились в его комнатах, которые он снимал в этом городе. – Я многое узнал о своем бывшем "друге". Узнал его намного лучше, чем в те времена, когда я считал, что знаю все его побуждения, и восхищался им. Теперь пришло время воспользоваться всеми этими знаниями. Сама судьба послала вас ко мне.
– Расскажи, – тихо попросил Кэртис.
– Пирис уничтожил мою семью, пытаясь овладеть силой Камня Дракона. Но легенды и песни врут, утверждая, что моя жена погибла, потому что выбрала меня, а не его. Все намного непригляднее. Пирис связался со жрецами Роя.
Я не сдержал удивленного возгласа. Это походило на какую-то странную игру, внезапно начать так часто встречаться с этим культом. Ольгар не понял моего удивления и объяснил его по-своему:
– Пирис оказался садистом и, став воином бога Мрака и Крови, он смог позволить себе щедро лить эту кровь во имя своего нового покровителя. Кроме того, он может удовлетворить свои самые низменный инстинкты, убивая по его мнению недостойных существования существ – женщин, и наслаждаясь пытками над молоденькими мальчиками…
– Стоп, – поднял я ладони и недоверчиво уставился на воина. – Ты хочешь сказать…
Тот кивнул:
– Пирис не мог быть влюблен в мою Асию, он считал её чем-то вроде грязи. И он предпочитает свой пол. Желательно помоложе. Поэтому я и сказал, сама судьба послала вас ко мне. К тому же он не скрывает, что песни о нем и обо мне для него своеобразное признание толпы, поэтому редко скрывает, кто он такой. Но всегда умудрялся сбежать до того, как я приходил к нему. В этот раз не успел.
Кэртис медленно повернул голову, его серьезный взгляд уперся в меня. Но он молчал. А я прилагал кучу сил, чтобы сдержать нервную дрожь отвращения. Тишина царила в комнате такая, что, казалось, даже уличные звуки не проникают сквозь ставни.
– Желтые ленты… – наконец, процедил я сквозь зубы. – Она точно знала, что просила в тот день.
Кэртис вскинул левую бровь, словно формируя безмолвный вопрос.
– Он точно воин Роя? – мрачно поинтересовался я у Ольгара.
Тот медленно кивнул:
– Уже двадцать лет.
– Я выплачу долг.
Я подготовился тщательно. Наверное, так же как в день, когда Регил лишал меня права наследования престола. Битвы на мечах, магией и божественной силой – это на самом деле намного более просто, чем то, что предстояло мне.
Думаю, в свое время кажущаяся мне блестящим решением проблемы, идея была все же не моей. Теперь я понимал это достаточно ясно. Еще одна форма подготовки служения моей богине. И чем больше я познавал свою госпожу, тем сильнее убеждался, насколько она беспощадна и жестока. Но одно оставалось неизменным, какой бы не была она и что бы она не сделала, чтобы заполучить меня в свои жрецы и подготовить к служению ей, я все же любил её.
Лестница под ногами буквально текла, словно ступени сами подстраивались под мой шаг.
Пирис устроился весьма неплохо. Настоящий дворец. И сплошь увешан зеркалами, так что я мог любоваться на свои многочисленные отражения бесконечно.
Образ, который я выбрал после долгих расспросов Ольгара о его враге, можно было бы назвать ледяным. Серебристые тени на веках, четко очерченные тонкие брови, даже помада с ледяным отливом. Холодные тона в косметике и одежде. Снежный струящийся щелк. Я сам себе напоминал ожившую статую, если бы не темный каскад волос и драгоценные сапфиры вместо глаз. Я приостановился перед одним из зеркал, разглядывая эту сотворенную маску. Неприступный, прекрасный и соблазнительный. То, что нужно, главное, угадать с пропорциями.
– Лорд Лилиан?
Голос за спиной заставил меня обернуться, сделав вид, что я несколько удивлен, хотя зеркало позволило уловить приближение тени. Почему-то я представлял его немного другим. Наверное из-за того, что он был ровесником Ольгара, а тот выглядел огромной скалой, которая невозмутимо выдерживала многие годы удары бушующего моря. На самом деле передо мной стоял относительно молодо выглядящий, стройный, поджарый мужчина, на вид лет тридцати-тридцати пяти. Удивительно доброжелательное лицо, располагающее к себе, напомнило мне похожее выражение у Растина, и я едва сдержал дрожь ярости, пронзившую кулаки.
Удивительно, но песни не врали, его волосы действительно напоминали языки пламени, разбросанные по плечам.
– Лорд Пирис?
– Удивлены? – ослепительно улыбнулся он. – Представляли меня другим? Думали все эти песни преувеличение?
– Честно говоря, да, – сознался я. – Вы же знаете, как любят приукрашивать сказители свои истории.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
