С криком она высвободилась и отбежала, тяжело дыша. Она переводила недоумевающий взгляд с Джеффри на Корделию и обратно.
— Что ты со мной сделала?
— Надавила на определенное место в твоей голове, — спокойно объяснила Корделия.
— Я должна научиться этому!
— Я не собираюсь учить тех, кто собирается использовать эти знания не в мирных целях, — твердым голосом произнесла Корделия. — Это лекарское знание и используется, чтобы помочь пациенту, когда он испытывает сильную боль… Если хочешь научиться, ты должна стать целительницей.
— Я и так целительница, — медленно проговорила Ртуть. — Ты сама это видела, когда мы перевязывали раненых. И я никогда не сравню оружие с этим занятием.
— Я тоже, — заверила ее Корделия. — Но я должна испытать тебя сперва, прежде чем смогу доверить орудие смерти и знание жизни.
— Какое же лечение ты применила ко мне?
— Боюсь, никакое, — вздохнула Корделия, — я только надеялась на него. Брат, я предоставляю ее тебе. Больше я ничего не могу сделать.
— Ты и так сделала предостаточно! — гневно вмешалась Минерва.
— Даже слишком, — Ртуть медленно повернулась к Джеффри. — А ты знаком с теми знаниями, которыми владеет и так искусно применяет твоя сестра?
— Нет, — ответил Джеффри, — она сказала правду, это известно только целителям. Я знаю некоторые точки на теле и на голове, на которые можно воздействовать для обездвиживания противника.
Ртуть нахмурилась, внимательно глядя ему в глаза.
— А почему ты не применил это знание ко мне?
— Потому, — совсем тихо прошептал Джеффри, — что хочу, чтобы ты пришла ко мне по доброй воле, просто сделав свой выбор, а не из страха насилия.
Ртуть застыла, по-прежнему глядя на него. Кровь отхлынула от ее лица.
Потом снова повернулась к Корделии.
— Ты пыталась ему помочь?
— Много раз, — вздохнула Корделия, — но безрезультатно.
Боюсь, что придется дожидаться девушки, которая окажется более женщиной, чем я. И по всей видимости, не сестрой.
Ален обнял ее за плечи.
— Если она будет женственней тебя, вся страна окажется в опасности.
— Очень приятно это слышать от тебя, любимый. — Корделия взяла его за руку и крепко сжала" — Но я никогда не представляла опасности для кого-либо, я только помогала и лечила.
— Несмотря на это, ты принесла такое смятение! — ласково добавил он, целуя ее волосы.
Корделия нетерпеливо пожала плечами.
— У меня тоже есть характер.
Ртуть стояла неподвижно, с непроницаемым лицом, и наблюдала за ними. Минерва озабоченно смотрела на Ртуть.
— Все дело в том, кто чего хочет, — Корделия повернулась к Ртути, — но гораздо важнее, как я подозреваю, каков человек на самом деле. Какова его истинная природа!
— А ты на самом деле моя пленница, — напомнил Джеффри, слегка касаясь руки Ртути. Она вздрогнула, вздернула голову и свирепо посмотрела на него. — Ты моя пленница, — повторил он, — хотя я всеми силами старался лишний раз не напоминать тебе об этом.
— Давай не будем больше причинять неприятностей ни друг другу, ни твоим людям. Поедем к королю и королеве, как ты обещала.
— Конечно, я сдержу свое слово, — промолвила она, — но если в замке Логайр появился новый герцог, может, мне сначала лучше предстать перед ним? Мой отряд и я живем в его владениях. Он имеет право вынести свое решение до того, как скажет последнее слово корона.
Разбойники одобрительно зашумели, но Джеффри внезапно встревожился.
— Храбро и прекрасно сказано! — воскликнул Ален. — И верно, ты должна доверить свое дело герцогу и предстать перед их величествами, только в случае, если не согласишься с его решением!
Джеффри бросил быстрый взгляд на Алена. Должно быть, увиденное успокоило его, потому что он снова повернулся к Ртути и предложил:
— В таком случае, к замку Логайр. Прикажи своему отряду разойтись.
— Для чего? — удивилась она.
— По крайней мере, ради видимости твоего подчинения, — чуть раздраженно буркнул он. — Вряд ли твои люди ведь хотят, чтобы ты только для виду пошла в замок Логайр? Поэтому попроси их разойтись!
Ртуть бросила на него оценивающий взгляд.
— Как хочешь, сэр рыцарь, — с этими словами она вышла вперед и начала отдавать приказания.
Джеффри отвел Алена в сторону.
— Ты уверен, что это не глупо?
— Доверься новому герцогу Логайру, — успокоил юношу Ален.
— И своему собственному сердцу, — строго добавила Корделия. — Брат, если ты упустишь эту девушку, то будешь не только дураком, но и всю жизнь проведешь в несчастье и одиночестве, сколько бы женщин ни затащил к себе в постель!
— Нисколько не сомневаюсь, что ты говоришь правду, — ответил ей Джеффри. — Но, кажется, прежде чем начать ухаживать за ней, я должен спасти ее, а для этого придется отправиться к Диармиду.
— От твоей тюрьмы я спасать ее не собиралась, — язвительно сообщила Корделия.
— Угу, но на этот раз я совсем не уверен в успехе.
— Не уверен? — со смехом в глазах спросил Ален.
— Именно, не уверен, — мрачно ответил Джеффри. — Я знаю, что можно овладеть телом женщины, но не ее сердцем.
— А ты попытайся, — улыбнулась Корделия.
— Я и пытаюсь, — вздохнул Джеффри, — но сама девушка — хочет ли она этого?
Ртуть переоделась в собственную одежду, вернув свадебное платье неудавшейся невесте, извинившись за то, что пришлось сделать на нем разрезы. Девушка ответила, что это не страшно, обняла и расцеловала разбойницу со словами самой пылкой благодарности. Ртуть, совершенно ошеломленная, выехала из Онридди и поскакала рядом с Джеффри.
— Ты ведь привыкла к благодарности крестьян, которым помогаешь, — заметил Джеффри.
— Да, хотя меня никогда не благодарили так, — призналась Ртуть.
— А приходилось тебе раньше вырывать девушек из челюстей дракона?
— Нет, — Ртуть поджала губы, потом покачала головой. — Нет, так близко не приходилось. Обычно это происходило за день до битвы, и женщины успевали укрыться у меня. Кое-кого я избавила от незавидной участи, захватив дом шерифа и замок Лаэга, но никто из них не находился так близко от этого кошмара.
Джеффри улыбнулся.
— Иногда сердце переполняется даже у тех, чьи мысли и чувства надежно скрыты.
— Да, — Ртуть, нахмурившись, повернулась к Джеффри.
— Кстати, это напомнило мне о том, сэр, что я должна сделать тебе выговор за грубое обращение со мной.
— Грубое? — Джеффри удивленно посмотрел на нее. — Нет, я заставил тебя сдаться в честной схватке.
— Разве это честно, — возразила она, — если туя не только воин, но и чародей?
— Честно, когда приходится сражаться с ведьмой, которая великолепно владеет мечом!
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
