— Я всегда мужчин разделяла на умных и всех остальных. В моем неживом состоянии мне чужды были увлечения и прочая эмоциональная фигня, но зато я могла сосредоточиться на достойных мужчинах и рафинированной ненависти. Когда человек влюблен, у него нет стимула и мотивации делать что-то еще. Куда-то двигаться. Но ненависть, пусть даже к чему-то в себе, это — сильнейший стимул… Каждым своим значимым поступком, шажком по служебной лестнице, уродливым выращенным кактусом, никому не нужной сказкой о рыбаках и рыбках — человек пытается бороться с объектом своей ненависти. В себе.
Белая голова замолчит. Черная закурит. Протянет пачку белой.
Внезапно погаснет свет. Красиво подсвеченная краснеющим сигаретным огоньком, черная голова неловко встанет со скамейки. Белая ровно произнесет:
— О, это часто у нас бывает. Старый дом. Короткое замыкание, и вылетают пробки. Если тебе не трудно, щелкни предохранителем на лестничной площадке. Наша квартира шестнадцать. А я посмотрю на пакетник здесь, в ближней кладовой…
Черная голова шагнет за порог, непонимающе вглядываясь в гостеприимно распахнутые внутренности электрического ящика. Еще бы понять, что именно здесь относится к квартире шестнадцать. Электричества Юля побаивается с детства. Мелькнет трусливая мысль о резиновых перчатках и, прости господи, резиновом коврике.
Белая голова быстро пройдет в спальню, деловито вытащит из брошенных на пол (следовательно, подлежащих стирке) мужниных брюк хороший кожаный ремень, плетеный и мягкий, соорудит грамотную петлю, прекрасно соображая, что зачем и куда вязать, усмехнется своему отражению в гигантском зеркальном шкафу-купе и решительно шагнет в его просторное, приятно пахнущее лавандовыми отдушками нутро.
Прикроет поплотнее створку, призывая ночь, обещая быть с ней нежной, как кошка.
Несколько продуманных, точных движений, и, когда пришедшая тьма начнет разламывать ее шею, выворачивать глаза и разрывать в клочки легкие, Маша не станет сопротивляться.
* * *
Слегка аутичный подросток Дмитрий беседует о важном со своей одноклассницей Натанзон. Ее родители работают в Европе, и за полной зрелой Натанзон присматривает бабушка, смешная плюшевая старушка. Как правило, она читает древние «Роман-газеты», вооружившись увеличительным стеклом.
— Это ты не хочешь нормальных отношений, — говорит подросток Дмитрий влажной Натанзон, чуть задыхаясь и тиская ее за левую, вытарчивающую из-под разоренной одежды, грудь. Коричневатый крупный сосок давно требует, чтобы его хватали и рвали руками, губами, можно зубами. Чуть просвечивают через молочно-белую кожу фиолетовые кровеносные сосуды, очевидно, исправно снабжающие ткани кислородом. Подросток Дмитрий не уверен. Правая грудь ненадежно скрыта слоями клетчатой форменной гимназической жилетки, нежно-голубой блузки и чашечки белого лифчика полноценного второго размера.
— Если б ты меня любила, ты брала бы в рот и давно дала бы, на полкарасика… у нас все парни уже…
Давай, а? Блядь, клянусь, как только скажешь, сразу остановимся, — неубедительно врет слегка аутичный подросток Дмитрий своей однокласснице Натанзон, нервно дергая заклинившую молнию на узких джинсах.
— Нет, с этим мы, пожалуй, повременим, — лениво тянет невозмутимая Натанзон, чуть отодвигается и снисходительно помогает освобождению восставшего члена подростка Дмитрия, — а рукой я могу… давай сюда… детский сад, бля…
* * *
Из дневника мертвого мальчика
У жизни тысяча способов заставить тебя смотреть на чье-то лицо, а у тебя всего один, чтобы не смотреть, — закрыть глаза руками, но лучше чужими, потому что своя ладонь начинает играть с глазом в веселые жмурки.
Мое лицо — первое, которое ты видишь получасовым младенцем на клеенчатом столике в родильной палате, но ты этого уже не помнишь.
Мое лицо — последнее, которое ты видишь, вдавившись затылком и спиной в слишком твердый асфальт, но ты этого уже не помнишь.
Мои руки закрыли твои глаза, мои слезы смыли твою кровь, мое сердце вместило твою боль, мое лицо приютило твое лицо, но ты этого еще не знаешь.
Я проживаю твою жизнь в своей жизни, мы оба — гороховые зерна, мы оба — кукурузные зерна, и я закрываю наше лицо своими ладонями, они немедленно начинают играть с глазами в жмурки, а ты прорастаешь сквозь мои пальцы щеточкой густых ресниц.
* * *
Довольная утренней прохладцей кровожадная Зоя Дмитриевна терпеливо поджидала Киру Николаевну у главного входа. Удовлетворенно заметив уныло бредущую через больничный парк любимую собеседницу, неторопливо вышла вперед:
— А как же вам спалось, уважаемая Кира Николаевна? — обеспокоенно спросила она, поигрывая ремешком огромной дамской сумки.
Кира Николаевна немедленно отвечала, дважды моргнув и предчувствуя подвох:
— Да вроде бы как и неплохо, Зоя Дмитриевна, спалось-то…
— А вот я, — победительно резюмировала Зоя Дмитриевна, выпрямляя широкую драповую спину, — а вот я глаз бы не позволила себе сомкнуть, Кира Николаевна, уж будьте уверены, если бы по моей вине текли трубы и родное отделение теряло бы десять тысяч рублей в неделю!
Зоя Дмитриевна в полном соответствии со значимостью момента сложила губы трубочкой, горделиво развернулась через левое плечо и поплыла на работу.
Кира Николаевна еще несколько минут потопталась на крылечке, изредка смачно сплевывая и повторяя в сердцах:
— Тьфу, дура какая!..
…После него человеку, дочитавшему по-русски примерно до этих строк, становится ясно, что солнце встает, солнце садится, прорастают всходы, и жизнь продолжается. Но не для всех, эх, не для всех, призадумается человек, ежели читал он честно, а не заглянул просто так в конец — от нечего делать.
I was there with you[30].
Примечания
1
Из романа Ричарда Бротигана «Экспресс Токио — Монтана».
2
Twins — близнецы (англ.).
3
Watchmaker — часовщик (англ.).
4
Из романа Ярослава Гашека «Похождения бравого солдата Швейка».
5
Из песни «Сытая свинья» группы «Агата Кристи».
6
Человек человеку волк (лат.).
7
Расстройство центральной нервной системы в виде сочетания тикообразных подергиваний мышц лица, шеи и плечевого пояса, непроизвольных движений губ и языка с частым покашливанием и оплевыванием. Болезнь может иметь наследственный характер. Одно из проявлений этой болезни — навязчивое повторение слов, слогов или звуков, а также тяга к сквернословию.
8
И так далее, и так далее (лат.).
9
Главный герой книги Михаила Веллера «Приключения майора Звягина».
10
В частности, слова припева: «А я день рожденья не буду справлять, все заебало, пиздец на хуй, блядь».
11
Роман Джозефа Хеллера «Catch-22» (более распространенный перевод «Уловка-22»).
12
Песня «Тоталитарный рэп» группы «Алиса».
13
Просто скажи НЕТ (англ.).
14
Я сделал это (англ.).
15
Ямс — тропическая сельскохозяйственная культура, похожая на картофель.
16
ЭКО — искусственное (экстракорпоральное) оплодотворение; одиннадцатый протокол — одиннадцатая попытка.
17
Анальгетическое наркотическое средство.
18
Синтетические сильнодействующие обезболивающие.
19
ИВЛ — аппарат для искусственной вентиляции легких.
20
Популярная книга Юлии Лемеш.
21
Кто скоро даст, тот дважды даст (лат.).
22
Способ фильтрации воды, известный также как гиперфильтрация.
23
Из песни «Немое кино» группы «Аквариум».
24
Что позволено Юпитеру, не позволено быку (лат.).
25
Из стихотворения «Свобода» Н. А. Некрасова.
26
Моя вина! (лат.)
27
Молозиво — секрет молочной железы, выделяемый в последние дни беременности и первые дни после родов.
