Читаем без скачивания Дело о племяннице лунатика - Эрл Гарднер

– Что он делал?

– Выдвигал ящик. Не знаю, убирал он туда что-либо или доставал оттуда. Он задвинул ящик и ушел.

– Задолго ли это было до того, как вы сами выдвинули ящик?

– Приблизительно минут за пять.

Бергер торжествующе кивнул Перри Мейсону.

– Можете приступать к перекрестному допросу, – объявил он.

Мейсон поинтересовался почти небрежно:

– Между прочим, вы втайне от всех женились на Эдне Хаммер, свидетельнице, которая только что давала здесь показания, это верно?

Присутствующие в зале суда, которые вот уже несколько минут затихли в напряжении, зашевелились, вытягивая шеи и подаваясь вперед, чтобы уловить ответ Харриса. Харрис смутился на мгновение, затем подтвердил:

– Да, женился.

– Когда вы поженились?

– Десятого числа последнего месяца.

– Где?

– В Юме, штат Аризона.

– Женитьба держалась от всех в секрете?

– Да, сэр!

– После этой свадьбы Эдна Хаммер установила пружинный замок на дверь своей спальни, не так ли?

– Так, сэр.

– У вас, – спросил Мейсон, – был ключ от этой двери?

Харрис смутился. Бергер вскочил и заявил:

– Ваша честь, я возражаю. Вопрос не имеет ничего общего с перекрестным допросом.

– Я снимаю свой вопрос, – ответил Мейсон, – оставляя за собой право задать его в дальнейшем, когда смогу обосновать.

Бергер медленно занял свое место, весь вид его говорил о готовности в любой момент вновь вскочить на ноги. Мейсон развалился на стуле, положив ногу на ногу, и казался в высшей степени довольным собой.

– Итак, в ночь убийства вы отправились в Санта-Барбару? – спросил он.

– Да, сэр.

– Это было по моему предложению?

– Да, по вашему.

– Кто отправился вместе с вами?

– Мисс Уорингтон, секретарша Кента.

– А кто еще?

– Больше никого, сэр.

– Вы утверждаете это?

– Да, сэр.

– Вы, как полагаю, находились вблизи резиденции миссис Дорис Салли Кент?

Бергер заявил:

– Один момент! Ваша честь, я считаю вопрос неправильно сформулированным, не по существу и не соответствующим процедуре перекрестного допроса. Какое имеет значение, куда поехал и чем занимался свидетель, пока был в Санта-Барбаре?

Мейсон улыбнулся и ответил:

– Прокурор сам затронул эту тему, ваша честь. В попытках доказать присяжным, что я причастен к событиям, связанным с убийством, и что отправил этого свидетеля в Санта-Барбару, он задал вопрос, где тот был во время совершения преступления. Следовательно, я вправе допытываться до самых существенных, пусть даже сокровенных деталей, чтобы внести ясность в ту часть показаний, которая связана со мной!

Судья Маркхэм хотел было что-то сказать, но сдержался и заявил:

– Возражение обвинения отклоняется.

– Ответьте на вопрос, мистер Харрис. Ездили ли вы к дому миссис Дорис Салли Кент?

– Да, ездил.

– Что вы сделали по прибытии в Санта-Барбару?

– Отправился к дому миссис Кент. Некий мистер Джексон из офиса мистера Мейсона наблюдал за домом. Он предложил оставаться на посту до двух часов ночи, но я знал, что ему предстоит работа утром в суде, поэтому сказал, чтобы он отвез мисс Уорингтон в отель, а я останусь наблюдать за домом. Он и мисс Уорингтон уехали в автомобиле мистера Джексона, а я поставил машину там, откуда мог следить за домом, и оставался, пока меня не сменил частный детектив в восемь или девять часов утра.

– Находились ли вы напротив резиденции миссис Кент в три часа утра?

– Да, сэр.

– Что произошло в это время?

– Зазвонил телефон у миссис Кент.

– Вам было слышно, о чем она говорила по телефону?

– Да.

– О чем был разговор?

– Ваша честь, – запротестовал Гамильтон Бергер, – не вызывает сомнения цель задаваемых защитой вопросов. Этот свидетель настроен враждебно к обвинению и дружески к защите, как это явствует из его ответа на один важный вопрос, заданный мною. Сейчас под маской перекрестного допроса с помощью наводящих вопросов в пользу обвиняемого защита пытается установить то, что нельзя доказать, используя принятую процедуру допроса.

– Но, ваша честь, – уточнил Мейсон, – господин прокурор сам спросил этого свидетеля, где тот находился во время убийства, и…

– И вы желаете в ходе перекрестного допроса добиться от него исчерпывающих показаний по этому весьма важному пункту?

– Да, ваша честь!

– Думаю, – сказал судья Маркхэм, – что суд может разрешить вам допрашивать свидетеля о том, где он находился, что делал, что видел и, в общем, что слышал, не уточняя то, что кто-то другой говорил в его присутствии. Считаю, что это может завести нас слишком далеко, особенно если касается фактов, не имеющих существенного значения и не связанных напрямую с делом обвиняемого.

– Очень хорошо, ваша честь!

На мгновение наступила тишина.

– Продолжайте, – распорядился судья Маркхэм, обращаясь к Мейсону.

– Где вы находились во время телефонного разговора? – спросил Мейсон.

– На улице, напротив дома миссис Дорис Салли Кент.

– Вы лично знакомы с ней?

– Да.

– Она сама ответила на звонок?

– Возражаю, – вмешался Бергер, – на том же основании, что и раньше. Защитник не вправе доказывать факты, не имеющие к делу прямого отношения, подвергая перекрестному допросу моего свидетеля.

– Вправе, если свидетель коснулся этих фактов тогда, когда отвечал на ваши вопросы.

– Считаю, что следует отклонить возражения обвинения, – заметил судья Маркхэм, – думаю, не помешает убедиться в достоверности показаний о том, что свидетель во время убийства действительно находился в Санта-Барбаре. Однако я не допущу, чтобы в качестве такого доказательства использовалось содержание подслушанного чужого разговора. Разрешаю защите получить ответ на вопрос, так как считаю, что это имеет отношение к делу.

– Итак, она отвечала по телефону?

– Да.

– Вы видели ее отчетливо?

– Да.

– Между прочим, вы знаете… – Мейсон оборвал фразу на середине, когда, развернувшись на своем вращающемся стуле, взглянул в переполненный зал. Внезапно он оказался на ногах. – Ваша честь, – обратился он к судье, – я только что заметил в зале суда миссис Дорис Салли Кент, понимаю, что вначале ей была вручена повестка как свидетелю со стороны обвинения, но ввиду того, что ею были предприняты действия, направленные на то, чтобы отменить через суд решение о разводе, возник вопрос – правомерно ли использовать ее показания против обвиняемого в этом процессе? Однако совсем недавно, в ходе обсуждения, с ней было достигнуто соглашение, где были оговорены условия, на которых она согласилась признать действительным окончательное решение о расторжении брака между нею и Питером Кентом. Исходя из этого и пользуясь случаем, что миссис Кент сейчас находится в зале, я хотел бы использовать ее как свидетеля со стороны защиты. Могу я просить суд дать указание миссис Кент не покидать здания суда, пока я не смогу вручить ей повестку?

Судья Маркхэм, нахмурившись, произнес:

– Миссис Дорис Салли Кент, встаньте, пожалуйста!

Поднялась молодая белокурая женщина. Все головы повернулись в ее сторону.

– Вы не должны покидать зал суда, – приказал судья, – пока защитник не получит возможность вручить вам повестку, а чтобы ускорить этот процесс, суд удаляется на десять минут, в течение которых миссис Кент, как я еще раз предупреждаю, должна находиться на месте. Во время отсутствия суда, напоминаю присяжным, они не должны обсуждать между собой или с кем бы то ни было любые аспекты этого дела и ни в какой форме не высказывать своего мнения относительно виновности или невиновности обвиняемого до тех пор, пока суд не предоставит им это право. Суд удаляется на десять минут.

Судья Маркхэм отправился в отведенное для него помещение. Зал тут же зашумел и заволновался. Мейсон, подойдя к столу секретаря суда, заполнил повестку и передал судебному приставу с наказом вручить ее миссис Кент. Затем небрежной походкой направился к двери, ведущей в помещение, куда удалился судья. К нему присоединился Гамильтон Бергер, который натянуто предложил:

– Думаю, для нас обоих будет лучше, если мы посетим судью Маркхэма вместе.

– Да, не сомневаюсь, – с иронией согласился Мейсон.

На пару они вошли в апартаменты судьи. Тот сидел за столом, заваленным книгами по юриспруденции, и взглянул на них поверх свода законов, который просматривал, с видом человека, которого оторвали от важного занятия.

– Я не хотел делать подобного заявления перед присяжными, судья Маркхэм, – сказал холодно-официальным тоном Бергер, – но считаю, что суд должен осудить поведение мистера Мейсона.

– Мое поведение? – спросил Мейсон.

– Да.

– В какой части?

– В части того, что вы преднамеренно занимались подделкой вещественных доказательств, – я имею в виду, достали такой же нож и тайком подложили его в ящик буфета, – чтобы усложнить и запутать расследование убийства.