Зачем? Чтобы изменять и причинять боль другому человеку? Измена отца нанесла такую психологическую травму матери, что мы чуть ее не потеряли. Они смогли это пережить, но у мамы начались серьезные проблемы с сердцем. Я не хотел так поступать, поэтому и не задумывался о семье. Но в мою жизнь ворвалась чистая, сильная, упрямая девочка и перевернула все вверх дном в моей душе.
Она с каждым днем влюбляла меня в себя все сильнее. Не мыслил уже провести без нее свою жизнь. Белла с каждым днем все больше открывалась, тянулась ко мне.
Видеть слезы и испуг на ее лице было невыносимо. Во мне просыпался Халк. Я готов был голыми руками рвать на части ее обидчиков. Не хотелось становиться убийцей ее брата, но он напрашивался. Из кожи вон лез, вынуждал его покалечить.
Оставив супругу с родными, я вышел во двор, этому ушлепку мне было что сказать.
— Я тебя слушаю, — поднял он трубку после первого гудка. Значит, ждал.
— Слушай и запоминай! Еще раз ты расстроишь мою жену, я перестану быть таким мягким. Не вынуждай меня, родственничек! Этот мир не много потеряет, если в нем не будет тебя.
— Не надо мне угрожать, я тоже не пальцем деланный! — алкоголь придавала ему храбрости.
— Хорошо, ты услышал меня, а я услышал тебя. Потом не говори, что я тебя не предупреждал, — холодно произнес и сбросил вызов. Тут же набрал Самиру.
— Алмаз, мы тебя теряем? — он пытался шутить, но в голосе чувствовалась усталость.
— Ты о чем? — не понял я.
— Неужели тебе нечем заняться в медовый месяц, как только звонить другу?
— Не переживай. Жена залюблена и счастлива.
— Ты меня успокоил.
— Чех, у тебя все тихо?
— Пойдет. Нет ничего такого, с чем бы я не смог справиться. — не нужно быть мудрецом, чтобы понять, Лея продолжает воевать со своим опекуном. — У тебя что случилось?
— Мой свояк со мной случился, — зло выплюнул я.
— Алмаз, нужно время. Мне еще «кровавую свадьбу» не забыли.
— Я не прошу тебя убивать Левина, только немного привести в чувство. Не могу сейчас сорваться в Москву, а этот урод этим пользуется, бьет жену и угрожает Белле.
— Алмаз, не хотел тебе говорить, но видимо придется.
— Что еще?
— У Людмилы Левиной появился поклонник, который планирует забрать ее у мужа.
— Ты о чем, Чех? Не говори загадками.
— Да какие загадки. Сам подумай, кто мог положить на нее глаз.
Я выругался сквозь зубы.
— Он с ума сошел? Останови этого бабника! После мужа тирана ей только такого счастья не хватало! Пусть не лезет в это дело!
— Он уже влез и его послали, — усмехнулся Чех.
— Теперь залечивает душевные раны, топится в коньяке?
— Это мне неизвестно. Я подумаю, что можно сделать. А ты наслаждайся отдыхом.
— Спасибо. — закончив разговор, я постоял еще немного во дворе. Надо бы позвонить Гризли и предупредить, чтобы не совался больше к жене Степана. Белла мне не простит, если Мила будет несчастлива. Я его интерес еще на свадьбе заметил, но не думал, что он зайдет так далеко. С другой стороны у Чеха и так много проблем, а Люде встряска не помешает. От Степы он ее избавит, а там посмотрим. Гризли не создан для семейной жизни, думаю, после брака с Левиным Миле это и не надо.
Вернувшись в дом, я умыкнул жену в спальню.
— Что сказал Степа? — Белла тревожно ожидала ответ.
— Ничего. Говорил я, а он слушал. Белл, не переживай, пока нас нет, за Людой присмотрят мои друзья. — в подробности я вдаваться не стал.
— Гризли и Самир?
— Да, я их попросил. — ей не стоит знать, что Макса ни о чем подобном я не просил. Зачем зря волновать. Будем надеяться, он не наломает дров за время моего отсутствия. Все-таки нужно будет позвонить и поговорить с ним. — Не переживай, мы решим этот вопрос.
Тревоги Беллы нужно рассеять. Я знал отличный способ ее отвлечь. Притянул к себе и поцеловал. Страсть мгновенно разгорелась между нами, словно мы не говорили только что о проблемах. На пол полетела одежда. Не всегда получалось ее снять, не нарушив целостности. Хотел ее безумно. Крышу сносило. Будто не занимался сексом целую вечность. Подхватил жену на руки и отнес в постель. Расположившись сверху, я продолжал целовать сладкие распухшие губы. Белла страстно отвечала, извивалась в моих руках. Тихие стоны, громкие крики всю ночь я срывал с ее губ. Как же мне повезло, что она такая чуткая любовница. Даже не думал, что секс может быть на грани безумия. Уставшая она лежала в моих объятиях, приходила в себя после очередного оргазма.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
— Я люблю тебя, Белочка! — эти слова каждый раз рвались из души, сегодня я решил себя не сдерживать. Она подняла на меня взгляд, счастливо улыбнулась, а вот слезы в уголках глаз мне не нравилось наблюдать. Не зная, как реагировать, я вытер предательскую влагу.
— И я люблю тебя, — глядя мне в глаза, так искренне произнесла она, что я не мог не поверить. Наверное, я это уже знал, потому что не было и тени сомнений. Ее поведение, открытость, то, как она ко мне тянулась, раскрывалась, отдавалась, говорило, что она не солгала. Сердце давно знало то, что еще не принимал разум…
— Я сделаю все, чтобы ты была счастлива! — поклялся я и намерен был эту клятву исполнить.
Эпилог
Белла
Три года пролетели, как один день. Наверное, большинство женщин, выходя замуж думаю, что это навсегда. Когда я выходила замуж за Алмазова, так не думала, а вот сейчас в это не сомневалась. Тогда был страх, что любовь мужа быстро пройдет, и он продолжит вести привычный образ жизни. Брат научил не доверять мужчинам. Как же хорошо, что не все представители сильного пола одинаковые. Ренат каждым своим поступком доказывал, что он лучший мужчина на свете. Ни разу он не дал повода в нем усомниться. Порой мне кажется, что улыбается он только нам — своим родным и близким. Больше всех, конечно Машеньке. А вот назойливые девицы к суровому бизнесмену боятся подступиться.
Впрочем, своим яростным видом он отпугивал не только девушек, но и всех мужчин находящихся в радиусе моего поля зрения. В институте ко мне парни ближе, чем на два метра не подходили. Поклонникам дочери я заранее сочувствовала. У Маши не просто папа, а настоящий защитник, который уже сейчас ненавидит возможных претендентов на ее руку и сердце. Мне бывает весело слушать его рассуждения о том, как он не хочет отдавать Машу, какому-то козлу. А ведь нашей дочери всего лишь годик. Машенька всеобщая любимица. Бабушка с дедушкой души не чают в единственной пока внучке. Катя с Ромой тоже хотят дочку, но никак не решатся на еще один заход.
Свекровь, меня успокоила, сказала, что со временем Ренат перестанет так ревновать свою принцессу. Добавила, правда, что для этого нам нужно родить еще троих, а может четверых детей, чтобы папочка немного остыл. Не уверена, что осилю подобный подвиг. Хотелось еще наследника, но это в отдаленной перспективе. Сейчас у меня открытие ресторана и я хочу посвятить немного времени своему любимому делу.
Машенька, конечно, не останется без внимания мамы. Ведь в кухню нанятый Ренатом французский шеф-повар разрешил мне входить только два дня в неделю, но даже этого времени хватит, чтобы многому у него научиться. Я и не горю желанием весь день стоять у плиты, ведь у меня есть более важные роли, которые я ни на что не променяю — роли жены и мамы.
— Ты почему не спишь? — подкрался незаметно Ренат и обнял меня сзади. Я так глубоко погрузилась в свои мысли, что не услышала, как он поднялся с постели.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
— Волнуюсь. Как послезавтра все пройдет? Смогу ли я сделать бизнес успешным? Понравятся ли наши блюда клиентам? На открытии будет столько важных гостей…
— Успокоительный секс стал помогать только в течение трех часов? Нужно срочно повысить дозу, — понизив шепот до приятной будоражащей хрипотцы, прошептал мне Ренат на ухо. Я не сдержалась и засмеялась.
— Мне грозит передозировка.
