Читаем без скачивания По образу Его - Пол Брэнд

Я объяснил женщине, что причиной ее недомогания является опухоль, образовавшаяся в очень необычном месте. Опухоль растет в сторону грудины. Есть опасность, что она перерастет в злокачественную, поэтому ее надо удалить. Я обратил внимание женщины на то, что если опухоль не будет удалена, то вскоре могут возникнуть проблемы с дыханием.

Операцию делал мой руководитель, а я ему ассистировал. Мы приготовились распилить кость, чтобы открыть доступ к грудной клетке, но этого не потребовалось: шишкообразный выступ оказался прямо в поле нашего зрения. Это была плотная фиброзная опухоль размером с апельсин. Она действительно сильно придавила трахею, зажав ее с обеих сторон. Мы удалили опухоль и зашили рану.

В следующий раз я увидел эту женщину через несколько недель, когда она пришла на осмотр. Она бросилась мне навстречу и буквально закричала: «Теперь я могу дышать!»

Некоторое время я стоял в замешательстве. Потом спросил: «А что, вы боялись, что после операции не сможете дышать?»

«Нет, нет. Вы не так поняли, — возбужденно произнесла она. — Теперь я могу дышать впервые за многие и многие годы. Я могу взбегать наверх по ступенькам! Я снова чувствую себя подростком. Я могу дышать!»

И она рассказала свою историю. Судя по всему, опухоль появилась около 15 лет назад и медленно увеличивалась. Постепенно она сжимала трахею, будто удав, душащий жертву в своих объятиях. Женщина не знала, что с ней происходит. Она думала, что так и должно быть. Она привыкла часто останавливаться, чтобы восстановить дыхание. Поначалу это ее беспокоило. Но, зная, что пожилые люди часто задыхаются, что им трудно из–за этого подниматься по лестнице, она решила, что ее сердце просто рано постарело. Она приучила себя ходить медленно, делая размеренные шаги. Она считала себя преждевременно состарившейся. Дрожь в руках являлась убедительным доказательством придуманного ею же образа.

И вот она может глубоко вдыхать воздух и бегать по ступенькам! За 15 лет она забыла, что значит глубоко и свободно дышать. И теперь она с нескрываемым восторгом извещала мир, что ее дыхание восстановлено. Эта женщина была одной из первых моих пациенток. С тех пор я не раз сталкивался с людьми, приходящими в себя после приступа астмы, или с курильщиками, справившимися со своей пагубной привычкой, дыхание которых восстановилось. И я помню их реакцию в этот момент. Но больше всего мне врезалась в память невероятная перемена во всем облике, в выражении лица, в отношении к жизни у той женщины после удаления опухоли щитовидной железы. Ее лицо выражало исступленный восторг, когда с очередным вдохом ее грудь высоко вздымалась и она кричала: «Я могу дышать!»

Иногда я стараюсь особенно прочувствовать наслаждение, получаемое от благих Божьих даров, таких как дыхание, представив на минуту, что я его лишился. Я задерживаю дыхание, притворяясь, будто воздух не проходит через мое дыхательное горло. Тогда я явственно ощущаю, как все мое тело охватывает паника. Я представляю, как мои красные кровяные тельца становятся голубыми. В голове раздаются пульсирующие удары. Тогда я резко открываю рот и делаю глубокий вдох. Затем выдыхаю углекислый газ и накопившиеся пары, снова высоко поднимаю грудь и позволяю воздуху проникнуть внутрь. Я испытываю облегчение, меня охватывает бурный восторг — такой же, как у той женщины с тиреотоксикозом.

Чтобы выжить, моим клеточкам требуется вдыхать кислород. Герберт Спенсер вывел следующий научный принцип: количество выделяемой организмом энергии любого вида равно количеству энергии, получаемой организмом извне. Точно такой же принцип действует и в духовном мире. Тело Христово нуждается в дыхании, чтобы вдохновиться Его Духом. Мы нуждаемся в том жизненном источнике, который исходит от Бога; им может снабдить нас только Его Дух. «Духа не угашайте», предупреждает нас апостол (1 Фес. 5:19).

15.

Сопричастность

Мы не можем уследить взглядом за движением собственных глаз в зеркале. Но, повернув голову в то или иное положение, мы можем видеть в отражении собственные глаза. Можем видеть их в статике, но не в движении из одной точки в другую. Мы можем их видеть, только когда всматриваемся в зеркало. И, выходит, наше представление о самих себе ложно, потому что та часть нашего тела, которая для других самая живая и подвижная, нам видима лишь неестественно застывшей. Глаз — это инструмент, позволяющий нам все видеть, а потому его самого мы в истинном свете увидеть никак не можем. То же можно сказать о силе, с которой мы откликаемся на книгу или что–то еще… Именно поэтому книги о Святом Духе так трудны и так мало удовлетворяют. Мы не можем следить за движением Духа, потому что Он — Сила, которую мы используем вместо зрения.

В природе, как и в человеческом обществе, все построено на тесном сотрудничестве всех членов. И здесь и там встречаются, конечно, отдельные отшельники, живущие сами по себе. Но в целом наблюдается полное взаимодействие, без которого мы не могли бы ни дышать, ни есть. Чтобы обеспечить синтез жизненно необходимого нам кислорода, требуются целые колонии фотосинтезирующих бактерий. Процесс пищеварения тоже осуществляется такими же колониями бактерий, без которых не произойдет переваривание проглоченной нами пищи.

В мире насекомых сотрудничество достигает таких масштабов, что со стороны кажется, будто насекомые снабжены одним «общим умом». Вот как Льюис Томас описал деятельность колонии термитов. «Когда в одном из отсеков термитника находятся три–четыре термита, они бесцельно слоняются по углам. Но как только их число увеличивается, они сразу же приступают к строительным работам. Разбившись на бригады, они работают бок о бок: подбирают фекальные шарики друг друга и складывают из них аккуратные, ровные колонны. Когда колонны достигают нужной высоты, термиты строят над ними перекрытия в виде арок, служащих основанием термитника. Ни один термит сам по себе не знает, что нужно делать. Но когда они объединяются, то каждый превращается в блестящего архитектора. Термиты — слепые, но каждый из них чувствует, на каком расстоянии от другого находится. Вместе они возводят сложнейшее сооружение с собственной системой кондиционирования воздуха и регулирования влажности».

Такие термитники — конические замки из красного грунта в стиле рококо — украшают пустыни Индии и Африки. В башнях этих замков вы не увидите управляющего или главного архитектора с чертежами в руках, отдающего команды строителям при помощи жестов. Взаимосвязь насекомых осуществляется на более глубоком, более первозданном уровне, чем простая иерархия.

Куда бы мы ни посмотрели, создается впечатление, что повсюду действует один и тот же принцип: сосуществование — это требование сегодняшнего дня. Наша земля — это не центр Вселенной, а скорее пылинка в бесконечной плеяде планет, звезд и галактик, взаимодействующих между собой и оказывающих влияние друг на друга. Мельчайший атом, раньше казавшийся нам невидимым, теперь сам превращается во вселенную, состоящую из проносящихся со свистом электронов, мезонов и кварков[53] — отблесков реальности, существующих в течение всего лишь наносекунды.

Живая материя открывает путь к новым уровням непредсказуемости. Наименьшая единица живой материи — клетка — включает ядро, битком набитое хромосомами. В клеточной цитоплазме, как и в ирандском рагу, содержатся разнообразные органеллы[54]: митохондрии, лизосомы, вакуоли, канальцы и жгутики, принимающих какие им вздумается формы и перемещающиеся почти хаотически.

Эта книга посвящена сообществам подобных клеток, число которых достигает сотен триллионов. Они просто обязаны взаимодействовать друг с другом для обеспечения нормального функционирования нашего организма. Короче говоря, каждая существующая известная на данный момент система — атом, клетка, организм, вселенная — образует подсистему в пределах своей высшей системы. Мы можем понять действие некоторых из них, изучив поведение их членов.

Что делает возможным существование таких совместных предприятий? Как взаимодействуют между собой термиты, электроны или митохондрии? Какие волшебные силы объединяют клетки моего тела таким образом, что все они (за редким исключением) ведут себя именно как Пол Брэнд? Ни один вопрос современной науки не порождает столько разнообразных мыслей и чувств, сколько этот. Выдающиеся ученые (Агар, Добжанский, Торп и Гейзенберг) объясняли происходящее «очевидностью», которая прослеживается в самих первичных частицах материи. А социобиологи даже не допускали мысли о некоей свободе поведения человека. Как сказал сэр Артур Эддингтон несколько лет назад: «Нам часто кажется, что если мы изучили какое–то одно понятие, то уже знаем все о двух понятиях, потому что «два» — это «один и один». Мы забываем, что следует еще изучить «и».