Читаем без скачивания Алая граница - Андрей Лег

- Значит только намерение? – сжав покрепче покорёженную шпагу: - Значит сестру которую я встретил, была лишь пустым ОТГОЛОСКОМ?!

Эти слова стали триггером и татуировка на правой руке немедленно воплотилась, может не в того монстра размером с приличный дом, но в существо почти с саму фею. И гусеница бросилась вперёд, подчиняясь озлобленной воле Стефана. Но хоть фея и удивилась и позволила насекомому вцепиться себе в руку, напуганной она не показалась. Лишь разозлённой. Поэтому сжав кулак, она заставила коросту на руке обратиться во множество длинных шипов, которые пронзили красную гусеницу и обратив ту в искры, которые вернулись обратно в татуировку. Вторая же рука схватила лезвие покорёженной шпаги, и фея попыталась как и много раз в прошлом приструнить зарвавшегося Лииса. Но была вынуждена почти сразу отбросить оружие в сторону. Рука её зашипела, а едва заметный кусочек силы перетёк в Стефана. Который немедленно упал и закричал от новой боли. Божественная энергия отвергала смертное тело, а фея просто села на тут же сформированный кровавый трон и начала с интересом наблюдать за происходящем.

Злилась ли она? Конечно. Но как и всегда почти сразу простила младшего брата. Да очередной её план провалился и противный чужак снова уцелел, но неожиданные возможности открыл её второй подопечный. Выживет он? Она не знала, но надеялась. Как собственно и всегда. Неожиданный успех однако не развеял все неприятные мысли. Филип всё-таки добрался до места, где ему не надо было быть. А значит скоро предстоял серьёзный разговор. Разговор, который она привыкла проводить по своей инициативе, избегая острых углов.

*****

Поместье Мерисвишен

Филип осматривал горло вяло сопротивляющейся Светланы, и мысленно бил себя по голове. За слабость, за беспечность, за лень. Да признаков очередного прорыва способностей не было, но он помнил что с ним произошло на той стороне. И юноша корил себя, за «доверие» к Экалрат.

Он снова вздохнул, смотря на Светлану, которая в полубреду бормотала молитву. Тяжело жить в осаде, даже если она больше психологическая, а не физическая. Поэтому когда девушка перед ним открыла глаза, он почувствовал себя немного лучше. И только сейчас заметил, что они вообще-то не одни в комнате.

Мерисвищен дрожала как осиновый лист. Кусала губы почти до крови, нервно поправляла каштановые волосы время от времени вырывая волоски. Графин уже давно лежал на полу, но за что Филип был ей благодарен, младшая хозяйка дома не бежала и не звала на помощь. Наоборот с трудом заставив себя посмотреть на «Лииса», она подняла графин, в котором ещё оставалась вода и приблизилась к ним двоим.

- Вам нужна помощь. - не спросила, констатировала она: - Ваши способности растут и без должного контроля всё может закончиться плохо. - при этом Мерисвищен показала на девушку, которую Филип переложил на диван. После этих слов молодой человек почувствовал, что вокруг будто стало спокойнее, а ему сильно захотелось спать. Ему даже пришлось стукнуть себя по ноге, провоцируя боль как в руке так и ноге. Гораздо более острую чем можно было ожидать.

- И мой отец ещё надеется на вашу победу.

- Леди у меня нет выбора как победить. Так что не стоит списывать меня так рано.

- Действительно. - ободрилась непонятно чему девушка: - И какова ваша причина победить?

- Я должен слишком много кронпринцу Альбрехту. И он пообещал достать меня с того света если я не справлюсь.

- Что ж достойная причина, позвать ваших людей?

- Благодарю, фрау. И надеюсь случившееся останется между нами.

Кивнув девушка поднялась, после чего протянула юноше платок: - Вытрите кровь герр Лиис, не стоит показываться своим слугам ваши раны.

Глава 14

Родовое гнездо вымершего рода. Главный штаб Лииса

Война всегда начинается внезапно. Даже если к ней готовиться так и первое наступление Вельфа началось неожиданно и едва не достигло полного успеха. Как отряд в почти тысячу человек смог потащить к «Цитадели» не только пехоту, но и артиллерию, Филип не стал выяснять сосредоточившись на противостояние осадному корпусу, который отрезал его от снабжения и большей части своей армии. Да у него было чуть больше двух тысяч человек с неплохим оружием. Только вот его войско было размазано большой площади и готовилось встречать войска на дальних подступах, из-за чего возникала парадоксальная ситуация. Сил у Филипа и Стефана было в двое больше, а по факту он оказался в три сотни рыл против тысячи. В замке, который может до пушечной эпохи и котировался как укрепление, потерял до восьмидесяти процентов своей эффективности. Магия также уже давно оставила эти стены и поэтому воздушные удары, которые наносил маг со стороны Вельфа, то и дело отправлял людей вниз. Некоторые к несчастью разбивались, но даже те кто выживали, ломали себе конечности и выбывали из боя.

Во время очередного такого падения, которое Филип был вынужден пронаблюдать из одного из окон третьего этажа, прибыл Курт с докладом: - Герр Лиис, удалось связать с фрац Краус, она сообщила, что удерживает позиции по линии Брюнст-Кюндофф, но понесла большие потери, а союзники не отвечают на запросы.

- Как вообще они смогли пройти линию Цайлах-Хюрбель? Не через лес они же тащились!

- Не могу знать! Нам также не удалось выйти на связь с Гишли. Как впрочем и со всеми остальными нашими силами. Вестовые были отправлены по вашему приказу, но время…

Филип махнул рукой останавливая Дресслера. Он не очень верил в вестовых. И дело было не в окружение замка. Враг не брал родовое гнездо в жесткую блокады, проблема была во времени, которого у него не было. Лейтенант Фольк смог грамотно организовать оборону, но это была лишь отсрочка. Враг притащил целую батарею и она была решающим аргументом.

Юноша снова вспомнил события прошлого и свои размышления о повторении, того маневра. И в очередной раз отверг эту идею. Стены давали больше надежды продержаться. Он нервно ходил по комнате, видя, как в глазах подчиненного всё быстрее гаснет надежда, как вдруг мир мигнул.

Канонада стихла не полностью, но теперь не мешала и даже когда один из снарядов ударил парой этажей выше, Филип лишь чуть-чуть поморщился, больше сосредоточившись на окружающем тихом мире. Мире тихом, но люди сидящие в