и Астраханской областей, а также Северного Кавказа, и выступила посредником в переговорах с Советской Россией об установлении мирных отношений с Доном.
В июле командование Донской армии, имевшей уже до 45 тысяч штыков и сабель, 610 пулемётов, свыше 150 орудий, намеревалось полностью очистить от большевиков северные районы Донской области и взять Царицын, чтобы ликвидировать угрозу своему правому флангу и тылу.
Для этих целей Донская армия разделилась на три группы. Две группы наступали на Царицын: одна — полковника Полякова, свыше 10 тысяч человек, наносила удар из района станицы Великокняжеской[110] на город Сарепту и южнее, другая — генерала Мамонтова, около 12 тысяч, наступала из района Верхне-Курмоярской на Калач. Третья — генерала Фицхелаурова (23 тысячи) — от Кременской, Усть-Медведицкой, хутора Чаплыженский шла на север, на Поворино, Камышин и Балашов.
Красных войск на Царицынском участке было менее 40 тысяч бойцов при 120 орудиях. Причём они состояли из разрозненных, плохо обученных в боевом отношении отрядов; наиболее боеспособными были части из группы Ворошилова.
Как развивались события первого периода обороны Царицына?
С середины июля красные в Царицыне оказались в смертельной опасности. Белоказаки давили со всех направлений. Царицынский фронт трещал по швам. Крачковский с трудом справлялся с его управлением. Сталин рекомендует Военному совету СКВО заменить Крачковского Ворошиловым. При этом он ссылается на предписание военного руководителя Высшего военного совета Бонч-Бруевича Снесареву, в котором Крачковскому приказывалось с окончанием операции по прибытии в Царицын группы Ворошилова «поступить в подчинение т. Ворошилова».
Снесарев был категорически против. Своё несогласие он доложил Высшему военному совету Республики, обосновав его тем, что Ворошилов в силу низкой военной культуры не способен управлять войсками на обширном театре военных действий. Тем не менее, несмотря на аргументы военрука округа, Ворошилов принимает командование Царицынским фронтом.
Сталин вошёл в непримиримую вражду со Снесаревым. От него ежедневно летели по телеграфу Ленину жалобы, что военрук округа саботирует все разумные инициативы (разумеется, инициативы Сталина), «старается расстроить дело», связывает по рукам и ногам, «не хочет вести войну с контрреволюцией, со своими земляками-казаками». Необходимо убирать Снесарева с должности военрука.
В очередном телеграфном докладе Ленину 16 июля он излагал свою оценку положения дел с железнодорожным сообщением с Северным Кавказом. По линии к Тихорецкой, конкретно на участке Котельниково — хутор Гашун — Зимовники, происходят серьёзные заторы. Сталин писал, что в результате двухдневного пребывания там им сделан вывод, что линию можно прочистить в короткий срок, если за броневым поездом двинуть двенадцатитысячную армию, стоявшую у Гашуна без пользы по распоряжению Снесарева. Вместе с комиссаром СКВО Зединым и командующим Царицынским фронтом Ворошиловым он принял решение предпринять некоторые шаги вразрез с приказом Снесарева. Сталин не без гордости сообщал, что это решение уже проводится в жизнь и дорога в скором времени будет очищена, ибо «снаряды и патроны имеются, а войска хотят драться».
В конце вновь настоятельно просил убрать из округа Снесарева.
При существовавшем тяжёлом положении с продовольствием в Москве, Петрограде и других рабочих районах страны и огромной зависимости от поставок хлеба, мяса, овощей из Царицына Ленину не оставалось ничего другого, как уступить Сталину.
19 июля создаётся Военный совет Северо-Кавказского военного округа, председателем утверждается И. В. Сталин, членами А. Е. Снесарев, С. К. Минин. Комиссарами — Карл Зедин и Алексей Селиванов[111]. Снесарев пока ещё не смещён с занимаемого им поста, однако командные функции его сильно урезаются.
Через пять дней Высшим военным советом РСФСР принимается постановление об образовании Военного совета Северного Кавказа. Вот в сокращении содержание первой его части:
«Высший военный совет постановил:
1. Военному совету Северо-Кавказского округа обратиться к непосредственному исполнению его прямых обязанностей, к делам, касающимся окружного комиссариата.
Наркому Подвойскому совместно с наркомом Сталиным, военкомом Мининым поручено организовать Военный совет Северного Кавказа, обнимающего в оперативном отношении районы Донской, Черноморо-Кубанский и Бакинский. В состав Военсовета Северного Кавказа должны входить: нарком Сталин, военком Минин и военный руководитель, который будет назначен дополнительно по представлению наркома Сталина и военкома Минина...
Наркому Подвойскому поручено, если не встретится препятствий со стороны Военного совета Северного Кавказа, назначить состав Военсовета Донского района: военруком Миронова[112] и военкомом Трифонова[113]...»[114]
В это время Зедин и Ворошилов под руководством Сталина развернули операции на Гашунском участке фронта. Однако неподготовленное наступление по двум расходящимся направлениям — к западу и югу от Царицына — закончилось неудачей. Устойчивость обороны была нарушена, на правом фланге красные войска были отброшены на восток и потеряли железнодорожную линию между Поворином и Логом.
С провалом наступления красных частей под Гашуном совпал вызов военрука СКВО Снесарева в Высший военный совет Республики. Но военрук не успел выехать в Москву, по приказу Сталина он был арестован и посажен в «волжскую посудину» — так царицынцы окрестили плавучую тюрьму, устроенную большевиками на старой речной барже. Арестанты содержались в тёмных трюмах в ужасных условиях, подвергались изощрённым пыткам. Здесь находились не только явные враги советской власти, много томилось военных специалистов, к которым Сталин и его окружение питали неприязнь. Накануне ареста Снесарева в баржу-тюрьму было посажено несколько работников штаба округа из «бывших».
22 июля временным военруком округа назначается начальник мобилизационного управления штаба СКВО Александр Николаевич Ковалевский, в прошлом полковник царской армии. Его вводят в состав Военного совета округа. Ковалевский имел добрые отношения с начальником штаба А. Л. Носовичем, теперь эти отношения ещё более укрепились.
Ковалевский знал, что состояние обороны округа никуда не годится. Став ВРИО военрука, воочию убедился в этом. Он выступил на Военном совете с заявлением, что при существующем партизанском принципе управления войсками организовать прочную защиту Царицына, коммуникаций вокруг него от Донской армии Краснова — дело безнадёжное. Носович поддержал его выступление. Ковалевского смещают со всех должностей. Проходит неделя, и вслед за ним убирают с поста и начштаба Носовича. Обоих военспецов царицынская ЧК заключает под стражу. В ордере № 252 от 10 августа 1918 года, подписанном членами Военного совета Сталиным и Мининым, приказывалось «коменданту города т. Якимовичу немедленно арестовать бывшего начальника штаба Северо-Кавказского военного округа Носовича, а также заведовавшего мобилизационным управлением Ковалевского и отправить в Москву в распоряжение Народного комиссариата по военным делам»[115].
Почти одновременно ЧК арестовывает всех сотрудников артиллерийского управления штаба округа. Сталин принимает решение ликвидировать и сам штаб.
Происходит кардинальная реорганизация Северо-Кавказского округа. Членом Военного совета СКВО становится Ворошилов. К руководству ключевыми управлениями округа приходят командиры войск, пробившихся в Царицын из Донецкой республики, — сподвижники Клима Ворошилова: Руднев, Пархоменко,
