– Тебе следует спросить об этом Элен, – настороженным тоном ответила Формория. – У меня к тебе есть другой разговор. Я пришла, чтобы предложить тебе помощь.
– Помощь?
– Да. Ты не можешь избежать замужества, зато можешь избежать синяков.
– Как это? – заинтересовалась Дейдре.
Формория улыбнулась.
– Мужчины чувствуют… э-э… уважение к женщине, которая хорошо владеет кинжалом. Если он знает, что ты не промахнешься, то подумает дважды, прежде чем повернется к тебе спиной, когда ты злишься. К тому же, – добавила она насмешливо, – острое лезвие остудит жар в чреслах, и ты избежишь назойливых приставаний. Нилл должен осознать, что ты не побоишься пустить в ход оружие.
Кастрировать Нилла? Заманчивая мысль. Или всадить нож в его черное сердце – тоже неплохо. Дейдре решила, что сделает это, если не будет другого выхода. Она кивнула.
– Давайте начнем!
* * *
– Леди Элен опять становится слабее, – сказала Дейдре Гилеаду, когда два дня спустя они поехали в лес искать развалины.
– Да, я заметил, – встревоженно отозвался Гилеад. – Ты пробуешь ее вино?
Дейдре кивнула. Первый раз, когда она сделала это в присутствии Ангуса, в глазах лэрда бушевала буря. Казалось, он хотел пробуравить ее взглядом насквозь и пригвоздить к стене. Потом неожиданно рассмеялся и сказал, что рад избавиться от ее подозрений. Но в его голосе все-таки звучали зловещие нотки.
– Меня беспокоит, что утром я нашла в спальне пустой бокал. Леди Элен объяснила, что этот отвар помогает ей уснуть.
– Я благодарен тебе за заботу. Не спускай с нее глаз.
Они остановились на полянке. Гилеад спешился и подошел к Уингеру, чтобы помочь Дейдре. Сильные руки снова обвились вокруг ее талии, но Дейдре мужественно преодолела желание прижаться к нему. После их страстных поцелуев в стоунхендже он держался на расстоянии. Она знала; стоит ей приблизиться, и он опять спрячется за стеной холодности. Она горько вздохнула. Что ж, по крайней мере, он не сердится на нее. И он поверил, что она ищет философский камень. Он уже отвез ее в языческое святилище, но безрезультатно. Они ездили и на кладбище друидов, однако магическая сила давно покинула это место. Гилеад понятия не имел, где еще безумный маг мог спрятать реликвию.
Они пешком спустились по склону, и вдруг Дейдре зачистила камни, похожие на остатки фундамента какого-то здания. Оно было прямоугольным, и в нем могло поместиться человек десять, не больше. В дальнем конце стоял мраморный алтарь. Дейдре провела рукой по его гладкой прохладной поверхности.
– Эту часовню построил один из монахов святого Патрика.
Дейдре была озадачена.
– Если это христианская святыня, то ни один маг или друид и ногой сюда не ступит. Они не поклоняются тому, что создано руками человека.
– Но эта церковь была выстроена на месте древнего языческого кладбища, – возразил Гилеад и с улыбкой добавил: – Наверное, так христиане хотели избавиться от старой религии.
– Они все равно не сумели избавиться от Великой богини, – возмутилась Дейдре. – В их религии одна из ипостасей Исиды связана с Девой Марией, а другая – с Магдалиной. – Она пнула ногой камень. – Ты поможешь мне копать?
– Да, но мы должны соблюдать осторожность. Это будет трудно объяснить кому-то. Я привезу лопаты, и мы спрячем их здесь.
Он хочет помочь! Дейдре радостно улыбнулась, готовая броситься в его объятия, но Гилеад с непроницаемым выражением лица отстранился.
– Нам пора возвращаться.
Дейдре посмотрела ему вслед, и вдруг ее осенило. Он боится ее. Но почему?
Нилл жалел, что при нем нет его меча. Хотя, если план сорвется, он все равно не сможет бежать. Грубые саксы, которые встретили его на болотистых берегах озера Лох-Левен, отобрали оружие, прежде чем он успел спешиться. А: потом завязали глаза и повели куда-то. До их лагеря, расположенного в укромном месте, они шли долго. Господи, Ида просто обязан угостить его крепкой медовухой, чтобы он мог позабыть о таком бесчестье.
Наконец стражи сняли с Нилла повязку и втолкнули его в шатер вождя. Глаза не сразу привыкли к тусклому свету свечи. Ида сидел на краешке убогого ложа. На его плечи была наброшена накидка из волчьей шкуры, желтоватые волосы заплетены в две толстые косы. Он указал Ниллу на пень, который служил стулом, и налил медовуху в две большие деревянные чашки.
– Хочешь поговорить, да? – Вождь протянул Ниллу чашку.
Тот сделал большой глоток, посмаковал сладкий напиток во рту, проглотил его и ощутил приятный огонь, разлившийся в желудке.
– Ага. Думаю, у нас одна цель.
Сакс смотрел на него пристально, не моргая.
– Какая?
– Земля. – Нилл вытащил из сумки пергамент и отдал его Иде.
Нилл потянулся и ткнул толстым пальцем в то место на карте, которое было обведено кругом.
– Эта земля принадлежит Ангусу Макэнгусу. Часть ее по праву моя. Другая может стать твоей. Тебе даже не придется сражаться за нее с пиктами.
Ида обвел пальцем круг.
– Хорошая земля, плодородная. На побережье можно ловить рыбу, заниматься мореплаванием. Вряд ли этот человек отдаст ее по доброй воле.
– Ага, так просто не отдаст, – согласился Нилл. – Но главы кланов думают, что ты поплывешь на юг, в Лотиан. Ангус уже послал туда свое войско, так что его замок остался почти без охраны. – Он помолчал, внимательно глядя на Иду. Ему понравилось выражение лица сакса: жадность лучше всего побуждает людей к действию. – Мои войска не окажут сопротивления. И когда все кончится, я попрошу отдать мне только мою долю.
– Кулросс далеко. Нас заметят прежде, чем мы начнем атаку. Я не собираюсь без нужды жертвовать моими лучшими воинами.
Жертвовать! Бог мой! Что такое несколько сотен людей, когда их ждет такая награда? Нилл никогда не мог понять и Туриуса, который проявлял мягкость в таких вопросах, а тут еще бесстрашный якобы сакс несет такую же чепуху. Ладно, как только они захватят земли Ангуса, он расправится и с Идой. Это будет несложно. Нилл с трудом удержался от ухмылки.
– А ты отвлеки их внимание. У тебя есть маленькие лодки? Их нетрудно переправить по реке до озера Лох-Левен, а оттуда рукой подать до Кулросса. Для Ангуса это будет неожиданностью. А потом ты бросишь в наступление свои главные силы с моря.
Ида задумчиво поскреб подбородок.
– Рискованно разбивать армию.
Черт побери! Нилл затрясся от злости. «Рискованно!» А как иначе? Неужели он думает, что воевать – это то же самое, что пить медовуху! Как вообще эти саксы при своей нерешительности ухитрились захватить земли на юге?
– Нам нужно привлечь на свою сторону Фергуса, – заявил Нилл, пожирая глазами бурдюк с медовухой. Ида подлил ему вина. – Я знаю подземный ход, который ведет прямо в покои лэрда. Если ты похитишь его жену, он наверняка будет посговорчивее.
